Валерия Чернованова – Охотники и чудовища (страница 9)

— Поль, подожди! — Я бросилась за ней.

Нагнала уже на втором этаже, возле ее комнаты. Коснулась острого девичьего локотка, и де Морсан резко обернулась.

— Ты чего взъелась? Ничего ведь не случилось.

Не знаю, может, показалось (в коридоре было сумрачно и все такое), но у нее после моих слов глаза налились кровью. Вот реально налились. Даже захотелось шарахнуться от злющей девицы за ближайшую тумбу или заползти под банкетку, горделиво возвышавшуюся на гнутых золоченых ножках под чьим-то там портретом.

— Ничего не случилось, говоришь… — прошипела наина. — Может, я все нафантазировала? А? И, наверное, мне показалось, как ты на нем висла. Без стыда и совести готова была отдаться ему прямо там, у всех на глазах! А еще называется невинная сиротка!

— Успокойся, — оборвала я раскипятившуюся девицу. — Мне нужно было как-то его отвлечь. Он собирался, между прочим, войти в туалет. А там твой брат, если ты еще помнишь, воздействовал на чужую наину.

— Ну, так упала бы в обморок! — взвизгнула рыжая. — Сказала бы, что тебе плохо. Тошнит, душно, голова кружится… Что угодно! Но нет, ты воспользовалась возможностью и сразу же на нем повисла! Мало, значит, тебе было, что он тебя постоянно на руках таскает, так теперь еще и целоваться к нему полезла при всех в театре!

— Я сделала первое, что пришло в голову. Извини, но у меня не было времени продумывать идеальный план, который бы тебе понравился.

— И почему-то в голову тебе пришло именно наброситься на Мэдока. — Паулина скривилась так, словно увидела, как по стене ползет таракан.

— И вовсе я на него не набрасывалась! — не сдержавшись, гаркнула я.

Маниакальная ревность де Морсан, если честно, начала раздражать. Ведет себя так, словно она обманутая жена, а я коварная любовница-змея. Это мне их законы и традиции кажутся дикими, но она-то на них выросла? И тем не менее стоит тут и права качает.

— Предлагаю забыть об этом досадном инциденте, — вдохнув и выдохнув пару раз, уже спокойнее сказала я. — Обещаю, что больше не буду на него, как ты выразилась, набрасываться. Оно мне, ну то есть он, и даром не надо.

Наина криво усмехнулась:

— Я тебе не верю, Филиппа. И знаешь что? Все у вас тогда было. И потом тоже было. В ночь, когда меня Морок напугал. А я еще ради него старалась и тебе помогала. Не иначе как совсем дурная стала.

Это уж точно.

— Но больше дуреть не буду. И чтобы убедиться наверняка…

В следующую секунду Паулина схватила меня за руку. Окаянные подвески у нее на браслете скользнули по моему запястью, на миг на нем задержались, но цвет, разумеется, не поменяли, остались белесыми и мутными.

Никакой небесной голубизны там не было и в помине.

Снова раскрасневшись, наина выпалила:

— Так я и знала! Обманщица ты, Филиппа! Змея и интриганка!!!

С этими словами она рванулась в спальню и громко хлопнула дверью, оставив меня с осознанием, что нам с Паулиной теперь уже точно не стать подругами.

Равно как и мне никогда не подружиться с этой стервой Фортуной.

Утром я специально проснулась пораньше и сразу позвала к себе Илсе. Еще вчера, готовясь ко сну, выяснила, что камеристка Паулины делит квадратные метры с моей камеристкой, и попросила за ней последить. На случай если эта дурында отправит служанку на ночь глядя со срочным посланием к брату.

— Ну что, леди де Морсан куда-нибудь отсылала свою… Как ты говоришь, ее зовут?

— Якобина, моя леди. — Илсе споро расставила на туалетном столике кофе, сок и плетеную миску, полную румяных рогаликов с пылу с жару.

Жаль, сигаретка к завтраку не прилагалась. Но я ведь бросила, так что нечего возвращаться, даже в мыслях, к вредным привычкам. Еще бы как-то поумерить свой аппетит, потому что в последнее время я буквально ем за двоих. Эх… С такими темпами и количеством поглощаемых углеводов меня никакой корсет не спасет.

— Она как помогла леди де Морсан приготовиться ко сну, так сразу и вернулась. Умылась, переоделась и спать легла.

— А утром никуда не убегала?

— Нет, моя леди. Якобина только-только поднялась.

Это хорошо. Аллард обещал заскочить с утра пораньше, перед занятиями. Я собиралась его подкараулить и забрать декокт для Морса, пока рыжая все не испортила.

Признаться, вейру я помогала не только из сострадания, но и преследуя свои, корыстные цели. Как говорится, долг платежом красен. Очень надеюсь, что после этого Морсик будет передо мной в неоплатном долгу, а мне помощники и должники в этом мире ну просто жизненно необходимы. Конечно, это он меня сначала спас и только потом я его, но все же хотелось верить, что вейр оценит.

После того как Илсе закончила колдовать над моими волосами, я быстро оделась и спустилась караулить Алларда. Если и Паулина явится в гостиную делать то же самое, снова попытаюсь с ней поговорить и убедить, что я ей не соперница. Возможно, приплету сюда и Рейчика. Скажу, что невинности меня лишил его величество, а не признавалась, потому что страх как стыжусь аморальных отношений с пенсионером.

Как-никак я скромная сиротка из обители…

Вскоре мое ожидание было вознаграждено. Когда возле ворот притормозила темная карета и из нее показался рыжеволосый красавец-хальдаг, я подхватила юбки и как была в легком платье бросилась на улицу. Опередила даже привратника. Подбежала к кованым воротам и, очаровательно улыбаясь, сказала:

— Аллард, знали бы вы, как я вас ждала!

— Леди Адельвейн, не стоит вам выбегать на мороз раздетой, — забеспокоился о моем здоровье начинающий истребитель нэймесс и нэймерров.

— Ничего, я ведь только на минутку. Получилось приготовить лекарство? — спросила и с мольбой воззрилась на мага.

— А то! — довольно произнес он, извлекая из нагрудного кармана камзола бутылочку темного стекла. — Вот, держите. Вкус не самый приятный, поэтому лучше добавить зелье в еду. Главное, чтобы вейр не воротил носа и съел все, что ему предложат. Зелья ведь и так получилось немного из-за небольшого количества крови.

— Все съест, я лично за этим прослежу, — заверила хальдага. Улыбнулась ему благодарно, коротко пожала руку. — Спасибо, Аллард. Вы наш спаситель.

— Авантюристки вы с Паулиной, — покачал головой молодой человек, но тоже улыбнулся мне в ответ. — Кстати, а где сестра?

— Спит еще.

— В этом вся Паулина. Дома так и вовсе раньше полудня не вставала.

Простившись с редким исключением из правил — нормальным хальдагом, — я помчалась на кухню добывать миску с чем-нибудь вкусным. Слуги его всемогущества уже были в курсе нежных чувств пятой наины к бронированной псине, а потому не удивились моей просьбе и сразу наполнили миску, больше похожую на тазик, густой похлебкой с утопленными в ней кусками мяса.

— Морок последнее время почти ничего не ест, — печально вздохнул повар. — Сомневаюсь, что и сейчас захочет. Но вы все равно попробуйте его накормить.

— Попробую обязательно. — С этими словами я отправилась на третий этаж, отчаянно надеясь, что хальдаг уже встал.

Вообще, он был ранней пташкой, но вдруг именно сегодня решил понежиться в своей кроватке. К счастью, мне повезло. Снова. В герцогских покоях герцога не обнаружилось, зато обнаружился Морсик, дремавший возле камина. Все такой же угрюмый — это выражение прямо-таки читалось на его морде.

«А, это ты, сиротка». — Вейр чуть приподнял голову и тут же опустил ее обратно на лапы.

Даже заскулил тихонько, отчего у меня болезненно защемило сердце.

— Я и не только. Ты как?

Преодолев короткое расстояние, поставила перед вейром миску, устроилась с ним рядом и услышала флегматичное:

«Как видишь, пока еще освещаю этот грешный мир своим бренным существованием. Правда, не уверен, насколько меня хватит».

Ах ты ж моя лампочка неугасающая.

«А ты как, цыпа?»

— А я к тебе с сюрпризом. Зельем с базовым ингредиентом в виде крови невинных наинушек.

«Все-таки сдержала слово». — Дог усмехнулся, но как-то по-доброму, я бы даже сказала, с уважением.

— Сделала для этого все возможное. Попробуешь?

Морок тяжело вздохнул:

«Ну давай, чего уж. Все равно терять мне особо нечего. Лей свой декокт, Филиппа».

Вознеся небу короткую молитву, чтобы лекарство действительно оказалось лекарством, а не отравой, состряпанной нерадивым студентом-магом, я выплеснула все содержимое бутылочки в тазик с похлебкой. Вейр принюхался, снова вздохнул, но уже не так безнадежно, после чего приступил к трапезе. Сначала настороженно, с опаской, а потом уже уплетая за обе щеки.

Если до этого у него аппетита не было, то теперь точно появился. И нескольких минут не прошло, как миска опустела, а дог, довольно облизнувшись, улегся обратно на толстую шкуру.

— Как быстро оно подействует?

«Пара-тройка часов, и будет ясно, что ты мне дала, краса моя».

— Значит, будем ждать. — Устроившись поудобнее на мягкой шкуре, я погладила Морока. — Я же тебе еще про новое испытание не рассказала. Опять над наинами будут издеваться, представляешь? Зато приз обещают самой удачливой. Я с удачей не всегда лажу, но все равно постараюсь выиграть, чтобы ее величество…

Договорить я не успела. В тот самый момент в спальню по традиции вошел герцог, но спрашивать на этот раз, что я здесь забыла, не стал. Вместо этого, наградив меня взглядом грозовым и грозным, раскрыл ладонь и протянул мне… браслет Польки.

— Я хочу, чтобы ты его надела, — не сказал — приказал.