Валерия Чернованова – Невеста Стального принца 2 (страница 16)

С этой жизнеутверждающей мыслью я замахнулась и услышала нервное от Ирмы:

— Ну это ты уж без меня.

Наина скользнула за дверь, в туман, а я (не без удовольствия скажу вам), со всей силы запустила кубком в стену, а потом, прислонившись к перилам лестницы, стояла и смотрела, как по ней ползут, медленно стекая, мерцающие сгустки.

Смотрелось красиво.

Мимо пронеслась новая наина, но я на неё даже внимания не обратила. Только когда из стены традиционно появилась Маделиф, выпрямилась и проговорила:

— Надеюсь, я не ошиблась и не сделала тебе хуже.

— Напротив, леди! Вы сделали лучше себе! — проговорила она… мужским голосом.

Голосом очень и очень знакомым.

— Ринсон? — Я прямо-таки обалдела, когда на моих глазах привидение начало… рассеиваться.

Стёрлись жутковатые черты лица, схлынула мистическая мгла, впитываясь в трещины и щербины на мраморных плитах, открывая мне маленького зелёного человечка в ярко-оранжевом камзоле.

Вот ведь модник.

— Приветствую, леди Адельвейн, ещё раз! — Избавляясь от остатков образа неприкаянной наины, просто стряхивая с себя туманные клочья, как какие-нибудь ворсинки, недоэльф улыбнулась. — И поздравляю с успешно пройденным заданием. Вы единственная обратили внимание на печальную историю «привидения». Надеюсь, я хорошо играл? — спросил он и замолчал, явно напрашиваясь на похвалу.

— Вы отлично играли, Ринсон. Я сразу вам поверила и ни на минуту не усомнилась в том, что вы призрачная наина.

— Да, я такой, — подбоченился фей. — Так вот, о чём это я? Ага! Вы единственная пожалели бедняжку Маделиф и делали не только то, что вам говорят, но и то, что посчитали нужным и правильным.

— Это хорошо? — осторожно уточнила я.

— Это просто отлично! Подождите-ка. — Ринсон шустро просеменил к выходу. Высунувшись наружу, позвал: — Леди, заходите! Не мёрзните там! Испытание закончилось, и у нас даже наметилась победительница. Из вашей группы подопытных… я хотел сказать, испытуемых выиграла леди Филиппа Адельвейн. Можете её поздравить!

Наины быстренько вернулись в замок, все десять, но поздравлять меня почему-то не спешили. Смотрели растерянно то на меня, то на Ринсона и явно никак не могли понять, как так вышло, что наина, последней достигшая финиша, вдруг оказалась первой.

— Но почему именно она? За что?! Я ведь первая выход нашла! — наконец прорезался голос у симпатичной блондинки с блеклыми, как будто выгоревшими на солнце, веснушками.

— За то, юная леди, что королева должна иметь голову на плечах и уметь самостоятельно принимать не всегда простые решения. Слушаться своего господина, свою семью — похвальное качество для каждой леди, но правительница помимо послушания супругу должна обладать и другими качествами, а также стальным стержнем. Да и сострадание её величеству тоже должно быть не чуждо. Ни одна из вас даже не допустила мысль о том, чтобы помочь Маделиф. А леди Адельвейн осталась, думала не только о победе и подарке, но и о привидении. Поэтому! — Зелёный человечек в оранжевом камзоле повернулся ко мне и жутко, ну то есть торжественно (наверное) улыбнулся: — Продолжайте в том же духе, Филиппа, и, если герцог де Горт одержит победу в Охоте, совет хальдагов будет настоятельно рекомендовать ему сделать вас первой женою.

Господи упаси меня от такого поворота.

— Но у меня ведь мама нэймесса, — пригнувшись, шёпотом напомнила я Ринсону.

— Не беда! — «Эльф» махнул рукой. — Главное, что вы, леди, не такая, как она.

Ха-ха.

ГЛАВА 5

Обратно меня вернули тем же способом, каким и забрали, то есть банально телепортировали из замка Ор в герцогский «замок». Хорошо хоть не в герцогскую спальню, дабы продолжить с того момента, на котором мы поставили нашу ссору на паузу.

Сейчас я была не в состоянии ничего продолжать, как и бодаться с его всемогуществом и спасать от уничтожения другие детали своего дамского туалета. Хотелось есть и спать. Ну и ещё в горячую ванну. Утонуть в ароматной пене на пару часиков, покайфовать, празднуя возможную победу и предвкушая получение заветного приза. Не думая о му… жчине, с которым свела меня капризная судьба, заменив мягкотелого супруга на железобетонного, опять же, му… жика.

Так вот, материализовалась я точнёхонько в холле, огляделась не без опаски и, поймав Фрисо, как раз мимо пробегавшего, поинтересовалась:

— А его всемогущество… эм-м… в себе? Ну то есть я хотела сказать, у себя? Дома в смысле.

— Изволили отбыть ещё утром, моя госпожа, как только вас и остальных леди забрали на испытание, — отчитался дворецкий.

Отбыть — это хорошо. Отбыть — это просто отлично! Какая-никакая, а всё-таки отсрочка. Передышка. Так что, может, и успею поесть и искупаться перед «казнью».

— А прибыть когда обещали?

Главное, чтобы не прибить. Меня не невинную.

— Это мне не ведомо, моя леди. Стол уже накрыт. Изволите отужинать у себя или с остальными?

— А остальные уже все вернулись?

— Только что, — кивнул слуга.

С одной стороны, я умирала от усталости и хотела поскорее остаться одна. С другой — было любопытно узнать, как справились с заданием другие наины и через что им пришлось пройти.

— Поужинаю со всеми. Спасибо, Фрисо.

Дворецкий церемонно проводил меня в столовую, поклонился и побежал на кухню торопить служанок, чтобы поскорее приносили нам вкуснятину. Заметив, что в нашем несплочённом кругу не хватает Паулины, я облегчённо выдохнула, улыбнулась и спросила:

— Как прошёл день, леди?

— Ужасно! — Винсенсия застонала. — Я за эти несколько часов такого натерпелась!

— А я, кажется, постарела лет на десять, — обеспокоенно проговорила Одель, рассматривая своё отражение в до блеска натёртой серебряной ложке. — Вот уже и морщинки появились. Вот здесь, в уголках губ. Ужас!

— А ты что скажешь, Марлен? — Я с удовольствием опустилась в мягкое кресло и бросила взгляд по сторонам в поисках вейра, но его в столовой не было.

Может, уехал с де Гортом?

— Всё было… терпимо, — сдержанно описала свои приключения наина. — Но с главным заданием я, увы, не справилась.

— И я тоже.

— И я, — эхом подхватили невесты.

Лучше для меня!

— А где Паулина?

— Решила ужинать у себя в комнате, — ответила Одель, с ещё большим усердием оглядывая себя в ложке.

— А тебя куда забросило, Ли? — полюбопытствовала Винсенсия.

Я вкратце рассказала о своих злоключениях в тюрьме для прелюбодеек, а в ответ узнала, где отбывали повинность другие наины. Оказалось, что все пять локаций были примерно одинаковыми — старинные замки-поместья, в которых пятидесяти пяти юным девам трепали нервы.

— Как вообще можно сажать в тюрьму за измену? — уплетая нежнейшее мясо под ягодным соусом, негодовала я.

— Раньше и не такое вытворяли, — вздохнула Тиссон. — Только с приходом к власти прадеда Мэдока Стальные поумерили свой пыл. Король Герберн был хорошим, достойным правителем, и я думаю, его всемогущество станет таким же, если сумеет одержать победу над остальными.

Ого! Значит, мой Стальной принц — принц в полном смысле этого слова. Вон какие корни и кровь голубая.

Хотя нет, там по металлическим жилам, скорее всего, ртуть растекается.

— А потом к власти пришёл отец Рейкерда, и законы опять ужесточили, — горько усмехнулась Марлен. — И при нынешнем короле наинам тоже, увы, живётся не сладко. И не только нам.

— Как так вышло, что прошлый король передал корону своему сыну? Разве тогда Охоту не устраивали? — удивилась я.

— Ещё как устраивали! — заявила Одель, наконец решив воспользоваться ложкой по назначению, и теперь наслаждалась ароматным супом-пюре, который я уже успела съесть и благополучно забыть, что это сделала. — Просто Рейкерд стал победителем.

— Хоть ходили слухи, что ему помогли выиграть, — заговорщицким шёпотом проговорила Винсенсия. — Но, может, это всего лишь слухи. Рейкерд — очень сильный хальдаг. Ну или был таковым когда-то.

Вернулся Фрисо с большим серебряным подносом, на котором возвышался обильно политый розовым кремом бисквитный торт, да ещё и увенчанный короной из фруктов. М-м-м… Предвкушая ударную дозу глюкозы, которую собиралась в себя впустить, я отодвинула опустевшую тарелку, чтобы тут же придвинуть ту, что была поменьше, и услышала нежный голосок нашей очаровательной блондинки:

— Скажите, Фрисо, а куда отправился его всемогущество?

— В Царс, моя леди.

— В Царс… — эхом повторила Ротьер и весело так воскликнула: — О, Филиппа, милая, а разве не в Царсе находится твоя обитель?

Я оторвала взгляд от торта и приклеила его к наине.

Это сейчас что такое было?