Валерия Чернованова – Невеста Стального принца 1 (страница 37)
— Спасибо, ваше величество, — поблагодарила максимально искренне.
Помнится, служанка в замке Адельвейнов утверждала, что за Филиппу тогда вступилась покойная королева. Ну да ладно. Хочет Рейкерд почувствовать себя героем — на здоровье.
Игра продолжалась. Его величество выглядел расслабленным и довольным, я тоже не переживала. Просчитывала свои (и его) ходы наперёд и как могла тянула время. Хорошо бы, если бы партия продлилась хотя бы до рассвета.
Выиграю, а де Горту всё равно скажу, что всё было и что это была самая лучшая аморальная ночь в моей жизни.
Пусть и над ним полетает птица обломинго, а с меня и песца хватает.
Прямо зоопарк какой-то получается.
— Скажите, Филиппа, если бы вам представилась возможность отомстить тому, кто разрушил вашу семью (это ведь он, де Горт, раскрыл графа Натана и рассказал Стальному кругу, что тот тайно женился на иномирянке), вы бы ею воспользовались?
Ну вот, опять двадцать пять. Получается, де Горта здесь все ненавидят, а отдувается Лиза. Сначала Жеребчик агитировал на убийство, теперь соблазняет величество.
Ответить категоричным «нет» могло быть чревато, соглашаться непонятно на что — тоже, поэтому я промычала что-то совсем непонятное, а Рейкерд, делая ход, милостиво предложил:
— Не торопитесь с ответом, просто подумайте над возможностью наказать безжалостного убийцу. Во время охоты вам вполне может выпасть такой шанс, и тогда ваши бедные родители наконец-то будут отомщены. Ну а пока… Шах, — Каменный король вскинул на меня хищный взгляд, — и мат.
От такого заявления я едва не поперхнулась воздухом и, не веря своим глазам, уставилась на шахматную доску. Не может быть! Я ведь была так осторожна! Просчитывала, продумывала каждый свой шаг!
Но это действительно был шах и мат. И вместо того чтобы озвучить своё желание, мне придётся всю ночь удовлетворять желания этого старикана.
Рейкерд поднялся, не сводя с меня жадного взгляда.
— Чувственная, невинная малышка…
Ы-ы-ы-ы!!!
— Может, у меня получится отыграться? — вжалась я в спинку кресла, а подумав, азартно выкрикнула: — А давайте сыграем на две ночи аморалии!
Увы, его величество не проникся моим запалом.
— Я предпочёл бы сейчас заняться с вами другой игрой, не менее интересной. И в ней, моя дорогая наина, вы уже точно выйдите победительницей.
Король поставил меня на ноги. Сцапав за отвороты камзола, притянул к себе и тут же нетерпеливо его распахнул, скидывая на пол. По спине, вместе с мурашками, протянулся колючий холод.
— Надеюсь, герцог ещё не успел сделать с вами то, что с такой чувственной красавицей мечтает сделать каждый мужчина в расцвете лет.
И на закате, выходит, тоже.
Это своё «надеюсь» Рейкерд прошептал мне уже в губы, за мгновение до того, как впился в них жёстким поцелуем. Меня резко тряхнуло. Попыталась рвануться от него, но Каменный держал крепко, вжимая меня в своё тело.
В ушах зазвенело от злости — не очень-то приятно чувствовать себя постельной грелкой одноразового использования! Наверное, поэтому, из-за звона, я не сразу обратила внимание на крики и шум, раздавшийся за дверями королевской спальни, как будто что-то или кого-то опрокинули на пол.
Лишь заметила краем глаза, как створки разлетаются, раскрываясь настежь, и по комнате ударной волной прокатывается рычание разъярённого животного, ну то есть хальдага:
— Отпусти её немедленно!
Не знаю, как его величество, а меня требование герцога, мягко говоря, слегка шокировало. Обхватив себя за плечи руками, я уставилась на де Горта (сильно помятого и слегка побитого) вопросительным взглядом. Нет, он, конечно, мой герой и всё такое, но как бы нас сейчас обоих не отправили куда-нибудь в подземелье на продолжительный отдых. Не то чтобы я рвалась в постель к пенсионеру, но и в тюрьму тоже как-то не хочется.
Вот если арестуют только моего недосуженого…
— Как интересно, — не сказал — мурлыкнул король. Увы, не как ласковый и пушистый котёнок, а как готовящийся к атаке тигрёнок. Вернее, тигр, целое тигрище.
У него даже взгляд опасно потемнел. Про Мэдока вообще молчу. У того тьма вперемешку с дымом валила изо всех возможных дырок.
— Его всемогущество решили к нам присоединиться?
Кстати, про валить… Заметив «отдыхающую» на полу в смежной со спальней комнате стражу, я подумала, что сейчас с удовольствием куда-нибудь бы испарилась.
— Может, я выйду?
На мой робкий вопрос наслоилось рычание герцога:
— Я забираю её. Филиппа!
Удивляюсь, как ещё не добавил: «К ноге, наина!». Точно с такой же интонацией в голосе он звал к себе Морса.
Неандертальское чудовище.
— Забрать её вы сможете только с первыми лучами солнца. — Рейкерд приобнял меня за талию, за что я мысленно окрестила его чудовищем номер два. — А пока что попрошу оставить нас одних. О вашем поведении будет доложено совету хальдагов. Будет жаль, если из-за этого опрометчивого поступка ваше участие в Беспощадной охоте закончится, так даже и не успев начаться. Какая досада…
И столько довольства звучало в голосе Каменного интригана, что даже наивному ребёнку стало бы ясно: король издевается. Провоцирует, дразнит, наслаждается яростью хальдага.
Вишенкой на этом многоярусном торте из побед короля и наших с де Гортом проигрышей стало появление свежих стражников. В том смысле, что те, которых вырубил Мэдок, так по-прежнему и пребывали в бессознательном состоянии. Зато новая группа с алебардами наперевес выглядела очень даже бодро и была полна желания скрутить мятежника.
Хальдаг метнул в них яростный взгляд, даже руку зачем-то вскинул. Не знаю, может, собрался магичить, но его опередил Каменный правитель:
— Стоять! Не хватало ещё представлений в моей собственной спальне!
Стражники замерли как вкопанные, будто тоже стали каменными, тоже окаменели, и его величество, удовлетворённо кивнув, продолжил:
— Я нисколько не сомневаюсь в ваших возможностях, герцог, и знаю, что не пройдёт и минуты, как вы уложите на лопатки и этих. Но подумайте, чем для вас обернётся такое своеволие. Продолжите бунтовать и уже точно проиграете. А мне бы не хотелось, чтобы вы так быстро выбыли из состязаний. Это была бы слишком лёгкая победа. Лёгкая, а следовательно, неинтересная. Не-е-ет, я собираюсь смаковать ваше громкое поражение долго и с наслаждением. Поэтому, — его величество хищно сощурился, — выходите. И оставьте меня наедине с вашей наиной. Уйдёте сейчас, и я так уж и быть закрою глаза на ваше безрассудство. Но для этого вам придётся закрыть двери с той стороны.
По лицу хальдага прошла судорога. Было видно, ярость отступает, и начинает накатывать осознание, что какая-то малознакомая девчонка не стоит того, чтобы из-за неё расставались с заветной мечтой. Наверное, в какой-то мере я даже понимала герцога. Вернее, пыталась понять, поставить себя на его место, а потому тихо проговорила:
— Идите. Всё хорошо.
Но вместо этого де Горт, поморщившись так, словно собирался выплюнуть попавший ему в рот яд, сделал к нам несколько шагов. Стражники напряглись, сжали крепче в руках оружие, но без приказа короля не отваживались броситься наперерез Истинному.
Остановившись перед королём, тот проговорил, громко и резко чеканя каждое слово:
— Ты отпустишь мою наину, а взамен я пройду через пламя Ильсельсии, когда
Интересно, все хальдаги тыкают его величеству?
Кажется, Рейкерд даже не заметил столь непочтительного обращения. Он продолжал смотреть на хальдага, прямо ему в глаза, и улыбался вместо того, чтобы злиться. Понятия не имею, что предложил ему Мэдок, но, судя по выражению лица короля, только что он одержал ещё одну победу.
— В любое удобное для меня время? — уточнил вкрадчиво.
— Когда пожелает его величество, — с явным оттенком пренебрежения подтвердил Истинный.
— Ну что ж, — король перевёл взгляд на меня, — как бы ни было сильно моё желание провести эту ночь с вами, моя красавица, предложение вашего жениха оказалось ещё более заманчивым. От такого не отказываются, а потому я вас отпускаю. Выйдите, леди Филиппа, чтобы мы с герцогом могли заключить сделку на крови. Пригласите свидетелей! — приказал Рейкерд и недвусмысленно подтолкнул меня к выходу.
Так как служанки забрали мою одежду, даже обувь унесли, пришлось шлёпать босой и полуголой. Благо де Горт стянул с себя местами порванный плащ и набросил его мне на плечи.
— Спасибо, — шепнула ему.
Выскользнув из королевской спальни, быстро прошла через просторную гостиную, стараясь не наступать на стражу его величества, и, только оказавшись в полутёмной галерее, облегчённо выдохнула. Закуталась плотнее в тёплую одежду, чувствуя, как мех приятно щекочет мне кожу. Оглянулась на сомкнувшиеся за спиной створки и скользнула к окну, посеребрённому лунным светом.
Что это ещё за пламя Ильсельсии? Вряд ли что-то приятное для герцога, иначе бы этот столетний интриган так не радовался. Ещё и сделка на крови… При свидетелях… Подозреваю, что от такого потом не отвертишься.
Вздрогнула от тревожных мыслей и прислушалась. Слух уловил едва различимый звон бубенчиков, доносившийся откуда-то из полумрака. Не знаю, что тогда на меня нашло, но я оттолкнулась от окна и пошла на звук. На цыпочках пробежав по холодному полу, приблизилась к шторе, одной из многих, что перемежались с развешанными на стене портретами. Отодвинув её, обнаружила нишу с каменным выступом, на котором, как на скамейке, сидел переквалифицированный в шута целитель.