Валерия Ангелос – Ты моя одержимость (страница 59)
Разве есть более идеальная месть?
- Они оба исчезли, - говорю я. - И тот, кто это устроил. И тот, кто выполнил всю грязную работу. Забудь о них навсегда. Дело закрыто. Этап пройден.
- Тимур, - она сглатывает. - Но я должна понять, разобраться во всем. Нельзя скрывать правду вечно. Хотя бы скажи, кем оказался этот... кем он был? А вдруг это кто-то из старых знакомых моего отца? Вдруг я его лично знала и не представляла, что вполне обычный человек может оказаться чудовищем? Вдруг я с ним общалась и считала его близким другом семьи?
Ника слишком близко подбирается к разгадке. Верный ответ чует. Знакомый отца. До черта близкий знакомый. Одноклассник, блять.
Только вряд ли она его помнит. После женитьбы Генерал стал гораздо реже пересекаться с Королевым. По работе встречались. Бывало. Но рожа Вени не мелькала на снимках из фамильного альбома. На похоронах и то не замечен. Видно, исподтишка наблюдал.
Венечка пару раз наведывался в гости к матери Ники, но только когда дочки не было рядом, причем началось это все после смерти Кайзера. Болтливая соседка раскололась. Стоило ей показать пару крупных купюр, как напрягла память и выговорилась по полной программе. Она запомнила Веню, поскольку мать Вероники вообще не встречалась ни с какими мужчинами после смерти супруга. Незнакомец в дорогом костюме ей сразу же в глаза бросился и запал в душу.
- Такой представительный мужчина, - щебетала она на видео, которое мне передали мои ребята. - Я еще удивилась. Ну что он в такой женщине нашел? Она же обычная. Хм, даже никакая. После смерти мужа себя запустила. Таскалась только в черном тряпье. Совсем не красилась. Седину не маскировала. Еще и худющая, кожа да кости. А тут рядом появился ухажер. Но он только пару раз приходил, причем в такое время, когда ее дочка на работу уходила. Однажды притащил цветы. Шикарный букет. Прямо букетище. Пакет какой-то держал в руках. Наверняка, с подарками. И знаете, что эта чокнутая сотворила? Она его за дверь вытолкала, букетом этим дорогущим по морде отходила и пакет следом швырнула. Ох и картина была. Я чуть перед глазком в обморок не рухнула. Дура она. И чего ей было нужно? Потом вообще пустила пулю в лоб на могиле покойного супруга. Блаженная. А может и правда сильно любила, смириться не вышло, вот и повернулась мозгами. Эх, да как же такого любить? О чем страдать? Покойник. Лучше бы отпустила с миром и на нормального мужика глянула. Живому шанс дала. Может, и вышло бы чего в итоге.
Королев хотел заполучить женщину Генерала. Логично. Соседка опознала ублюдка по фото. Полагаю, он таскался в дом на правах друга детства, лил в уши всякую хрень, но когда получил отказ, то взбесился. Не смог простить верность тому, кого так сильно ненавидел.
Ника носила пулю, которую выпустил этот подонок. Она не верила в самоубийство своей матери и была абсолютно права.
- Тимур, - проводит рукой по моей щеке. - Ответь мне.
- Эта паскуда и так достаточно потрепала твои нервы, - говорю я. - Хватит. Слишком долго ты во всем этом варилась. Пора заканчивать. Я счета закрыл. Сполна. Оплатил каждый грош.
- А мой отец знает?
- Нет.
- Он тебе не простит, - невесело усмехается. - Ты украл его месть. Когда он поймет, то будет рвать и метать.
- Поздно, - отрезаю я.
А сам думаю о том, что Генерал вообще опоздал по всем пунктам, позволил этой гниде подобраться к собственной семье, бить раз за разом. Должен был почувствовать. Понять, откуда ветер дует. Должен был разгадать. Пресечь каждый гребаный выверт.
А чем он занимался? Мотался по своим долбанным миссиям?
Я бы и его запер в той клетке. Рядом с Королевым, пусть бы грызлись, пусть бы друг другу раздирали глотки.
- Он тоже украл твою месть, - глухо произносит Ника.
- Не уверен, - кривлюсь, вспоминая записку от Ахметова.
- Ты опять встречался с теми людьми? - хмурится. - Ты принял их предложение?
- Я слишком стар, чтобы плясать под чужую дудку, - хмыкаю. - Но кое-что мне нужно проверить. Только тебе беспокоиться не стоит. Я ничем не рискую, иначе бы туда не влезал.
- Теперь ты пугаешь меня еще сильнее, - она закусывает нижнюю губу. - У тебя сейчас такой взгляд, как будто ты на взводе и уже не сможешь остановиться сам.
- Ника, - я накрываю ее ладонь своею, трусь о гладкую кожу щекой. - Ты у меня на первом месте. Одно твое слово - врежу по тормозам.
- Нет, я знаю, ты должен разобраться со своим прошлым, - тихо говорит она. - Но почему ты не хочешь отвечать на мои вопросы? Прошу, Тимур. Мне необходимо понять.
- А вот на эту тему я ставлю запрет.
- Но я...
- Ты сама поймешь, что так правильно, - обрываю. - Потом. Не сразу, но поймешь. Тут нет других вариантов. Ты больше не коснешься этого дерьма.
+++
Я ухожу из палаты, только когда моя Ника засыпает. Пока трудно понять, как действовать дальше. Держать легенду про смерть до конца и забить на политику? Вернуться обратно, ведь теперь угроза шантажа пропала? А что делать с предложением от кланов? Сейчас ближе идея на все забить, остаться в тени, заняться семьей. Скоро у нас появится ребенок, вот этим и тянет заняться. Свалить подальше. К черту карьеру. Бабла хватит.
Но с другой стороны - я же могу дать моим детям больше. Обеспечить мою женщину лучше. По высшему разряду всех близких упаковать.
Ладно, разгребу последний вопрос. Потом видно будет, куда двигаться дальше. Смотрю на часы, прикидываю, что успею вернуться прежде чем моя девочка опять проснется.
Перелет короткий. Само дело тоже надолго не затянется. Быстро расквитаюсь, пусть и слабо представляю способ разрешения вопроса. По ситуации ясно станет. Ухмылка Ахметова намекает на подвох. Такой тип не станет разбрасываться подарками без причины. Не расщедрится по доброте душевной. У него там своя цель. Теперь надо понять какая именно.
Адрес намертво врезается в память. Прокручиваю данные раз за разом, автоматом на повтор ставлю.
Я усаживаюсь за руль, завожу авто.
Позади раздается металлический щелчок. Стальное дуло упирается в затылок. Резко, выразительно.
- Далеко собрался? - спрашивает Генерал.
- Я человек занятой, - усмехаюсь. - Дел хватает.
-Ты покойник.
- Не дождешься.
- Где он?
-Кто?
- Хватит под дебила косить, - обрывает резко. - Отдай мне врага и на этом разойдемся. Надеюсь, ты не успел его грохнуть. Вениамин Королев должен сдохнуть от моей руки. Никому другому расправу над ним не подарю. Я лично раздавлю ублюдка.
- Знаешь, с этим я готов поспорить.
- Собственной жизни не жалко?
- Дешевый понт, - хмыкаю. - Ты не выстрелишь.
- Готов проверить? - чеканит Генерал и усиливает давление, буквально впечатывает оружие в мой затылок.
- Убьешь единственного, кто в курсе, где прохлаждается твой дружок?
- Убью, - бросает холодно. - Если ты мое забрал.
- А что же ты раньше его не прижал? - спрашиваю резко. - Пригрел змею и ни черта не замечал. Хорошо хоть в итоге дошло, где тварь притаилась. Но вообще, большой вопрос, насколько ты осведомлен обо всех его мерзостях.
- Ты меня не учи, щенок.
- Там на сиденье папка есть. Прямо рядом с тобой. Проверь. Изучи материал. Оцени, насколько сильно ты облажался, когда доверял такой паскуде как Венечка.
Дуло отъезжает назад. В момент. Генерал понимает, что я его ждал, врасплох застать меня не вышло. Теряет хватку. А может и прежде не имел, раз допустил жуть для собственной семьи?
- Я отвезу тебя к нему, - обещаю ровно.
Черт дери, придется сделать приличный крюк. Но, пожалуй, иначе не выйдет. Генерал не отцепится, а я не могу завалить отца своей любимой женщины.
- Он жив? - спрашивает сухо.
- Конечно, - кривлюсь. - С нашей последней встречи еще и сутки не прошли, думаю, он как раз успокоился и находится на стадии принятия своей судьбы.
- Что ты с ним сделал? Пытал? Изуродовал?
- Увидишь.
Никогда хвастать не любил. Шучу. Любил. Еще как! Но то по глупости, по молодости. Кровь бурлила, огнем закипала в жилах. Чего я тогда не отмачивал.
+++
- Ты должен казнить меня лично! - вопит Королев. - Должен! Ты сам знаешь. Неужели ты позволишь этому мальчишке поставить точку в нашей борьбе? Чужак. Он никто. Откуда вообще взялся? Выскочка!
Я позволяю Генералу разобрать кладку. Частично. Разрешаю ему извлечь несколько кирпичей, ровно столько, чтобы хватило для оценки обстановки.
Венечка бьется о железные прутья, тянет руки вперед. Оживленно перечисляет все свои злодеяния, расписывает в ярких красках, нарывается на жестокое наказание.
Но кто бы сомневался. Лучше сдохнуть сразу, чем медленно загибаться от голода и жажды, гнить в каменном мешке день за днем в абсолютном одиночестве.