Валерия Ангелос – Продана Миллиардеру (страница 77)

Он задевает какие-то странные точки, иначе мои ощущения не объяснить. Еще пару секунд назад я была скована, а теперь тело обмякает, внутри разливается теплота. Низ живота тянет. Дышать становится труднее. Дрожь струится под кожей.

– Глеб, это не массаж.

– Разве?

Он собирает разметавшиеся пряди моих волос в хвост, накручивает на кулак. Его ухмыляющиеся губы прижимаются к моей шее сзади, вызывая волну колючих мурашек.

Горячие пальцы не знают стыда. Проходятся по моей попе, сминают и поглаживают, перемещаются на бедра, а после резко взмывают к груди.

Принуждают простонать.

Я теряюсь. Сама себя не узнаю.

– Глеб, – выпаливаю прерывисто.

Трепет наполняет каждую клетку. Жидкий огонь заменяет кровь. Может, все дело в клубах пара повсюду. В дурманящем древесном аромате, который сливается с ароматическими маслами. Я раскаляюсь изнутри.

Эти ласки дурманят, реально сводят с ума и заставляют забыться. Падаю в бездну.

Глеб трется щетиной о мое плечо, прихватывает кожу зубами, скользит языком, а после снова прикусывает, чередуя нежность с грубостью. Его крупные ладони обводят каждый изгиб тела. Низ моего живота сводит судорога.

– Теперь можно парить, – заключает Волков и резко отстраняется, поднимается с лавки.

А я ловлю себя на том, что такой быстрый разрыв контакта ощущается будто жгучая потеря. Невольно тянусь к нему. Выгибаюсь на лавке, точно сама хочу попасть обратно во власть его сильных рук.

– Готова? – хрипло спрашивает он.

– Да, – роняю на автомате.

Я плохо осознаю смысл вопроса. Пар клубится не только вокруг, но и в моей голове, мешает трезво мыслить.

Веник медленно скользит по моему телу. Прижимается к лопаткам. Движется вниз. Застывает на пояснице. Неспешно проходится по ягодицам, обводит бедра, икры. Замирает на стопах.

Ощущения безумные. Бешеные. Конечно, я не знаю, как это обычно происходит, как правильно париться в бане.

Но черт, по жилам льет электрический ток. Разряд за разрядом сотрясает распластанное на деревянной лавке тело.

Тот массаж. Вдруг Волков надавил на особые точки? От этого меня и колотит, трясет точно в лихорадке.

– Расслабилась? – хриплый голос звучит над ухом, заставляя вскинуться, обернуться. – Тише, не дергайся.

Глеб возвращает меня в прежнее положение.

– Сейчас самый кайф пойдет.

Плавные движения сменяются хлесткими шлепками. Веник жалит тело, заставляя вскрикивать.

Это не больно. Просто странно. Необычно. Непривычно. И трудно с чем-то сравнить.

Я теряю чувство времени. Даже не знаю, сколько проходит. Минута? Час? Вечность? Но знаю, мне совсем не хочется, чтобы это прекращалось.

Волков чередует шлепки с поглаживаниями, причем теперь он гладит меня не только веником, но и руками, еще и там, где я совсем не ожидают, застает врасплох.

Я дергаюсь, будто ошпаренная, когда его ладонь вдруг проскальзывает между бедрами, пальцы накрывают складки, таранят створки лона, заставляя мигом прогнуться в спине, выгнуться в пояснице до боли и заерзать в инстинктивной попытке увернуться.

– Куда собралась?

Волков отбрасывает веник прочь и переворачивает меня на спину. Опаляет горящим взглядом. Разгоряченную кожу покалывает, кажется, под кожей вспыхивают тысячи искр.

Я пробую свести ноги, но Глеб не позволяет, расталкивает мои колени в разные стороны и устраивается между разведенными бедрами. Забирается на лавку, накрывая мое тело своим. Еще не прижимается вплотную, просто нависает.

Его глаза впиваются в меня так голодно и жадно, что дыхание перехватывает. Воздух комом забивается в груди.

– Быстро же ты, – бормочу сдавленно, стараюсь унять дрожь. – Я думала, париться нужно дольше.

– А я только начал, – ухмыляется Волков.

Прижимается губами к моему горлу, ударяет языком туда, где пульсирует артерия, ловит пульс, точно управляет биением сердца.

Его длинный и толстый член прижимается к моему животу. Обжигает, вынуждая содрогнуться. До жути твердый, раскаленный. Я ощущаю, как орган наливается возбуждением, как разбухают и бьются вены, обвивающие жилистый ствол. Он становится крупнее и горячее с каждым прошедшим мгновением.

Глеб целует меня в губы, сплетает наши языки.

Его ладони накрывают грудь. Чуть сдавливают. Пальцы играют с моими сосками, обводят и перекатывают, отправляя огненные стрелы.

Я издаю стон за стоном, и каждый звук тонет в одержимом поцелуе. Дрожь раскалывает тело, стекает по кончикам пальцев.

– Лика, – выдает хрипло. – Моя девочка.

Он целует меня везде. И так, что я окончательно растворяюсь в тягучем мареве. А потом обхватывает мое запястье, тянет к себе, кладет ладонь, заставляя обхватить возбужденный член.

Я не пытаюсь отстраниться. Орган под пальцами дико пульсирует, но это меня не пугает. Вены вздуваются, набрякают, такое чувство, будто могут взорваться от чудовищной натуги.

Глеб больше не держи меня за руку. Я сама провожу пальцами по мощному стволу. Вверх, а потом вниз. И обратно. Несколько раз.

Дыхание мужчины тяжелеет. Рельефный торс прорисовывается еще четче, мышцы точно из металла выкованы.

Интересно, что будет, если я дотронусь до него губами? Он же прикасался ко мне. Покрывал поцелуями без тени стыда.

От одной лишь мысли кровь приливает к щекам. Наверняка становлюсь пунцовой. Еще и предательская дрожь опять пробегает по телу.

Я поднимаю взгляд и сталкиваюсь с полыхающими глазами Глеба.

– Хочешь попробовать меня, как я пробовал тебя?

Волков все мысли читает. Распознает моментально. Без слов. Вот и сейчас понимает ответ. Поэтому поднимается и встает передо мной в полный рост.

Я не верю, что делаю это. Но протест слишком слабый, вспыхивает где-то на задворках сознания и почти сразу же гаснет. Я испытываю безотчетную тягу доставить удовольствие этому мужчине, дать ему то наслаждение, которое он дает мне.

Раньше я ничего такого не представляла. Не фантазировала. Но секс вообще мало меня волновал.

А теперь я подаюсь вперед и дотрагиваюсь губами до вздыбленного члена. На секунду. Отодвигаюсь и запрокидываю голову назад, чтобы посмотреть вверх, поймать взгляд Глеба.

Его глаза сейчас абсолютно черные. Или это игра света?

– Продолжай, – хрипло произносит мужчина.

Тяжелая ладонь опускается на мой затылок, но не толкает вперед, не притягивает. Пальцы вплетаются в мои волосы, слегка поглаживают.

Я опять накрываю ладонью его закостеневший член, обхватываю разгоряченную плоть губами. Действую смелее.

Должно стать неприятно? Противно? Или нет?

Мой язык скользит по стволу. Робко. Медленно. Темные вены раздуваются еще сильнее, словно даже самое легкое мое прикосновение доводит до кипения, заставляет кровь бурлить. Я пробую обхватить член губами.

Волков издает звериный рык.

– Ну все, – бросает отрывисто. – Наигрались.

Он отстраняет меня, но только для того, чтобы подхватить на руки, оторвать от лавки и прижать вплотную к себе.

– Я осторожно, – чеканит Глеб. – Медленно. Если чего не так пойдет, то мигом оборву.

Рассеянно киваю.

Он крепче обхватывает мои ягодицы. Держит меня на весу легко, точно я просто пушинка.

Раскаленный член трется о низ живота, упирается в лоно, надавливая на створки. Пока не проникает, просто дразнит.