Валерия Ангелос – Марат (страница 11)

Господи. Я снова хочу его. Снова начинаю возбуждаться. Безумие заразительно. Губительный вирус. Ядовитый. Отравленный. Токсический. Опасный.

Марат терзает мою грудь ртом и начинает вдалбливаться вглубь. Рычит и двигает бедрами, будто хочет меня разломать, кости раздробить, в порошок стереть.

А я обнимаю его широкие плечи, судорожно цепляюсь за ритмично сокращающие мускулы. Запах мужского пота кружит голову и дурманит.

Я скрещиваю ноги за спиной, которая будто соткана из стальных канатов, упираюсь пятками в ягодицы и поражаюсь силе мышц. Дух захватывает. Дыхание перехватывает. Мускулы как литые. Будто вылеплены, вытесаны из крепчайшего гранита.

- Давай, жена, - хрипло приказывает Марат. – Пришпорь своего жеребца, чтоб не ленился. Заставь его трудиться по-настоящему. Без поблажек.

Я не представляю, как это возможно. Еще быстрее? Сильнее? Жестче? Он меня сожрет, на куски порвет.

Но я готова рискнуть. Резко давлю пятками на мускулистые ягодицы, и в тот же миг громадный член приходит в неистовство. Меня прямо подбрасывает.

Марат начинается двигаться так, что я перестаю различать реальность. Глаза закатываются. Ток прошибает тело. Разрядом пробивает. Выкручивает судорогой.

Кричу. Срываю голос до хрипоты. И почти сознание теряю, чудом удерживаюсь на поверхности.

Господи. Неужели я теперь такая же дикая как он?

Рай в шалаше - 9

Марат относит меня на руках вниз. Даже не спрашиваю, что он собирается делать дальше. Пусть поступает со мной как угодно, как пожелает. Никогда прежде я не бывала до такой степени оттраханной. Он превзошел самого себя по всем параметрам.

Проклятье. Если первый день настолько бурно проходит, то что последует в дальнейшем? Что со мной будет за месяц? Становится немного страшно. Боязно.

- Просила – получила, - вдруг произносит Марат.

- Ты о чем? – еле голос тяну.

- Сама хотела, чтобы я тебя затрахал, - бросает с насмешкой. – Это только начало.

- Начало? – не понимаю.

- Ну да, раньше я себя в узде держал, прикипать не желал. Член к тебе всегда тянулся, мигом стойку делал, но я его обуздал. А теперь зачем сдерживаться? Нам надо ребенка заделать. Так что буду круглые сутки тебя спермой заправлять.

- Подожди, - бормочу сдавленно. – Разве ты сдерживался? Когда?

- Да я неделями на тебя даже не дышал, - ухмыляется. - Теперь кайфанем. Отыграемся за все дни моей завязки.

Мы оказываемся внизу. Тут как будто светлее стало. Хотя кругом до сих пор властвует безграничная ночь.

Марат натягивает на меня свежую футболку, причем свою, поэтому моя попа оказывается надежно прикрыта тканью. Потом усаживает на стул, но прежде, как бы невзначай проводит ладонью по ягодицам, по-хозяйски оглаживает. Мои глаза округляются, когда я вижу, как подергивается его член, как набухают и наливаются кровью вены.

- Ты что... Опять... Возбужден?

Понимаю, что мне даже сидеть больно, лоно саднит. Смазки было очень много, но для такого бурного и безумного количества секса никаких естественных выделений не будет достаточно. Чувствую, как тянет и ноет низ живота.

- Хватит с тебя, - усмехается Марат. – Вся аж красная, натруженная сегодня. Надо отдых дать. Буду приучать постепенно, чтоб вошла во вкус.

Кажется, теперь мое тело не успевает за порочной натурой.

Отворачиваюсь, ощущая, как горю от стыда. И вдруг обращаю внимание на главное. Ствол сдвинут, посреди комнаты красуется огромная чугунная ванная, вокруг, прямо на полу расставлены толстые пылающие свечи. Вот почему я сразу заметила, что здесь все выглядит светлее.

Это романтично. Очень. Необычно. Особенно для Марата. Совсем не в его характере.

Хотя разве не он подарил мне ту роскошную розу? В самом начале. Вспоминаю и как будто вновь ощущаю боль в пальцах от шипов.

О моего мужчину тоже пораниться можно. Порезаться. До крови. Но он же и слаще, ближе, нежнее всех прочих. Мой единственный.

- Ты приготовил ванну? – спрашиваю пораженно. – Еще и так красиво.

- Вода остыла, - безразлично констатирует Марат. – Сейчас заново нагрею.

Берет два ведра и в сторону печи направляется.

- Не думал, что ты там дрыхнешь, - бросает насмешливо. – И не думал, что буду трахать тебя без остановки.

Соскальзываю со стула, подхожу к ванне.

Как он ее сюда притащил? Гигантская. Как она вообще в дверь прошла? Прямо раритет старинный. Весит до жути много.

- Чистая, не бойся, - говорит Марат, неверно трактуя мой интерес. – Я днем ее хорошо выдраил.

Вздрагиваю, обнимаю себя руками, стараясь унять трепет. Кажется, мой мозг окончательно поплыл. Ведь от слова «выдраил» низ живота простреливает током. Абсолютное безумие, но я думаю о том, что он выдраил не только ванну, еще и меня. Выдраил огромным раздувшимся органом. А лучше просто выдрал.

Примерзаю к полу, точно завороженная наблюдаю за игрой мускулов под гладкой смуглой кожей. Впечатление, будто на руках и на спине питоны извиваются, передвигаются. Игра стальных мышц зачаровывает. Сколько же упорства и физического труда сюда вложено. Впрочем, для Марата это часть привычной рутины. Интересно, как он будет заниматься без тренажеров?

Облизываю губы. Повезло мне оказаться в глуши с правильным мужчиной.

С таким нигде не пропадешь, даже на безлюдном острове. Он и ванну найдет, и добычу поймает, притащит в дом. Хозяин. Сразу чувствуется. Голыми руками раздобудет все, что потребуется.

Мучительно жажду приблизиться к нему, обнять, вновь ощутить жар сильного тела.

И я себя не сдерживаю, подступаю вплотную, прижимаюсь сзади. Соски моментально твердеют, соприкасаясь с каменной твердостью. Льну к Марату, обтираюсь точно кошка. Наслаждаюсь его горячностью. Впитываю сокрушительную мощь.

- Чего? – мрачно интересуется он, поворачивается и ловит мой затуманенный взгляд.

- Хочу, - отвечаю коротко, не прячу глаза, обхватываю его вздыбившийся член, подрачиваю, плотнее сжимаю ствол ладонью.

- Обалдела? - скалится. - Я же тебе все в кровь сотру, если дальше продолжу драть. Меру знай.

- Мы можем сделать это иначе.Отпускаю его, только чтобы снять футболку и отбросить на стул. Обхожу, останавливаясь лицом к лицу и опускаюсь на колени. Опять обхватываю горячую дубину. Смотрю в черные глаза, снизу вверх, как покорная желаниям рабыня.

- Если мужчина возбужден, то нельзя ему сдерживаться, - говорю я. - Это вредно для здоровья.

Обрезанная головка выглядит такой аккуратной. И на ощупь бархатная. Замечаю, как на багровой поверхности выделяется сверкающая капля. Сглатываю. А так хочется слизать. Но у меня возникает идея получше. Стискиваю вздыбленную плоть сильнее, провожу головкой по соску, ласкаю себя закостеневшим от напряжения членом. Потом провожу указательным пальцем по груди, собираю смазку, не втертую в кожу, и облизываю. Проделываю все это, глядя на Марата безотрывно. Его глаза темнее ночи, а вены на громадном органе готовы взорваться, столь жадно бьются и пульсируют. Явно заведен моим спектаклем. А ведь это только начало. Накрываю свои груди ладонями, свожу вместе, зажимая восставший член между двумя полушариями. Начинаю дрочить его таким образом. Сама не понимаю, откуда эта разнузданность во мне берется. Просто знаю, как сильно Марату нравится моя грудь. Идея приходит из ниоткуда.

Рай в шалаше - 10

- Дьяволица, - хрипло заключает Марат.

Привычным жестом наматывает мои волосы на кулак, но не мешает продолжать, не останавливает, дает свободу действий.

Вдоволь наигравшись, подразнив хищника, я смыкаю губы вокруг бархатистой головки, посасываю, причмокиваю, обрабатываю весь ствол, щедро сдабриваю слюной жилистую плоть.

- Трахни меня в глотку, - прошу я. – Жестко. На свой вкус. Как ты любишь. Без жалости. Вытрахай из меня весь мозг. Чтобы я уже точно ничего не соображала.

Марат поглаживает меня по щеке пальцами, треплет как послушную зверушку.

- Правда хочешь этого? - уточняет вкрадчиво. – Чтобы я использовал твою глотку без тормозов? Без нежностей?

Ничего не говорю. Широко открываю рот, высовываю язык, прикрывая ряд нижних зубов. Запрокидываю голову назад, открывая полный доступ.

Марат отпускает мои волосы, проводит большими пальцами по щекам, берется за голову и входит в покорно распахнутый рот, натягивает мое горло на свой длинный член, как громадную змею вглубь заталкивает.

Дурею от такого мощного толчка. Дыхание полностью перекрыто. Слезы льются из глаз. Рефлекторная реакция. Инстинктивная.

Стараюсь расслабиться, но выходит с огромным трудом. Вздыбленная плоть заполняет горло до предела, растягивает, заставляя задохнуться от противоречивых ощущений.Упираюсь ладонями в мускулистые бедра, не отталкиваю, просто пытаюсь обрести утраченную опору.

- Вылизывай яйца, - приказывает Марат, продолжая удерживать меня в прежнем положении.

Кислород перекрыт. Разум затянут густой дымкой.

- Языком двигай, - резко выдает Марат. – Быстро.

Подчиняюсь, шевелю языком, вылизываю горячую разбухшую плоть. Пропитываюсь вкусом и запахом насквозь. Упиваюсь этим моментом.

Он отстраняется, позволяет рвано глотнуть воздух, потом снова входит под корень, до основания загружает.