Валерия Ангелос – Идеальная для меня (страница 39)

Хватит с меня этих разговоров. Ничего же не меняется. Если только хуже становится. Ну и все. Не знаю, какие планы были у Богдана, но только ничем хорошим это все не заканчивается.

Чем дальше, тем хуже.

– Что мне сделать? – спрашивает Гром.

Останавливается передо мной, заложив руки в карманы брюк.

– Ты знаешь, – роняю, пожав плечами.

– Скажи.

– Мне нужно домой. К родителям. Сейчас.

– Это не вариант.

– Ну конечно, – киваю и нервно усмехаюсь. – Вам с отцом это не подходит, да? Вы как-то иначе планы наметили?

– А похоже, будто мы заодно?

– Ну вы явно договорились.

– Договор есть.

Хоть тут не спорит.

– Ну отлично, – бросаю, даже не пытаясь скрыть раздражения. – У нас намечается прогресс. Ты наконец начинаешь говорить правду.

– Я всегда говорю тебе правду.

– Да?

– Ты не слышишь.

– А ты меня слышишь?

Чувствую себя истеричкой. Но ничего не могу с собой поделать. У меня попросту слезы на глаза наворачиваются. Контролировать это все никак не получается.

Эмоции душат.

– Аля, – мягко обращается ко мне Гром.

И опускается вниз. Перед креслом. Усаживается, обнимает мои колени. Крепко. Кладет голову на мои ноги.

Знаю, нужно все это оборвать. Оттолкнуть его.

Но сейчас у меня не хватает сил. Чувствую себя предательски слабой. Умом вижу, как надо поступить, но в реальности ничего сделать не получается.

Мне бы хотелось ничего не чувствовать. Вообще, не воспринимать Грома как парня. Только нельзя отрицать очевидное. Его присутствие рядом действует успокаивающе.

Бесит. Очень сильно бесит. Но при этом и успокаивает.

Сама не понимаю, как такое возможно. Чувства окончательно смешиваются.

– У меня с отцом договор, – неожиданно произносит парень. – Пока ты со мной, он тебя не тронет.

– Прости, но твой отец совсем не производит впечатление такого человека, которому можно доверять.

– Согласен.

– Тогда как ты…

– Он не нарушит договор. Знает, что тогда создам ему проблемы с наследством. А до выборов ему никакие разбирательства не нужны.

– Наследство?

– От моей матери.

– Объясни.

– Долгая история.

– Разве мы куда-то спешим?

Он отрывается от меня. Немного. Перемещается так, чтобы посмотреть в мои глаза.

– Ты знаешь про меня все, – говорю тихо. – Про моих родителей. А я… не настаиваю. Но просто мне бы тоже хотелось хоть что-нибудь о тебе понимать.

– Говоришь, будто я скрываюсь.

– Разве нет?

– Нет.

– Ну да, – нервно улыбаюсь. – Ты идеальный пример абсолютной открытости в общении.

– Аля, – он тоже улыбается.

На долю секунду создаются иллюзия нормального общения между нами.

Но это же все нереально.

– Богдан, – сглатываю. – Мне действительно лучше уехать отсюда. Как ты сам не понимаешь? Не замечаешь? Твой отец… он даже смотрит на меня так, что становится не по себе. Он ненавидит моего папу, и готов на любые мерзости, только бы ему отомстить. Это ненормально. Не должна я здесь быть. Спокойно проводить время в его доме.

– Ты со мной, – говорит Гром. – На моей территории.

– Но тут…

– Этот коттедж оформлен на меня.

– И что? – невольно взмахиваю руками. – А вокруг

личная территория твоего отца.

– Он не перейдет черту.

– Да ну? – приподнимаю бровь. – По вашему разговору так не кажется.

– Ты не веришь, что я смогу тебя защитить?

– Не в этом дело, – качаю головой. – Если бы ты не привез меня сюда, то защищать бы не понадобилось.

– Я же тебе рассказал.

– Помню. Твой отец собирался устроить мое похищение. Ты сорвал его план. Но сколько это будет продолжаться? – осекаюсь. – Он опасен. Ничем хорошим ваше противостояние не закончится.

Гром молчит. Сам все понимает.

– Нужно что-то делать, Богдан.

– Например?

– Не знаю, – судорожно выдыхаю. – Обратиться в полицию. До того, как он подставит папу.

– У него там связи.

– Но не все же…

– Его ценят. Никто не станет идти против него. Слишком много информации получают. До сих пор.