Валерия Ангелос – Идеальная для меня (страница 30)
Нет. Вот ее муж. Не Царьков.
Но они все равно здесь все родственники. Семья. Так было сказано. И у меня невольно щемит внутри от этого осознания.
Дина родственница Богдана.
– Так вышло, – протягивает она после затянувшейся паузы на вопрос об универе. – Захотелось перемен.
И опять поглядывает на меня с притворной улыбкой.
– Кстати, Аля может остановиться в моей комнате. Она же просто огромная. Там две кровати. Гардеробная. А в других еще идет ремонт. Ну и на третьем этаже есть пара готовых, но там тоже стройка. Будет не слишком удобно.
– Хорошая идея, – кивает ее мать. – Вы же подружки. Так должно быть веселее.
Вот это перспектива.
– Благодарю, – отвечаю ровно. – Но думаю, это…
– Аля, будет жить со мной, – заявляет Гром.
Мать Дины слегка теряется.
– А это, – начинает она.
Да. Выглядит это все отвратительно.
– Мы встречаемся, – невозмутимо заявляет Гром.
Чувствую себя омерзительно. Однако возражать против слов парня не буду.
Если ты выбирать…
Жить с Диной или с Громом. Да это выбор без выбора!
Но конечно, остаться с Диной в одной комнате. Это просто кошмар. Рядом с ней и пару минут выдержать тяжело. Хотя и с Громом легко не будет.
Вообще, я лишь сейчас осознаю, что и представить не могла, где именно буду жить на этих каникулах.
– Ну все равно, – неуверенно замечает мать Дины.
– Там тоже хватает кроватей, – бросает парень.
Девушка ночует вместе с парнем. Да, мы «встречаемся». Но все равно. Это слабо успокаивает.
И даже если бы мы действительно встречались, я бы не ночевала с Громом.
Щеки горят от стыда.
Вся эта ситуация добивает окончательно.
Хотя волноваться стоит о другом. Я в доме врага моей семьи. Царьков опасен. Мой папа даже нашу охрану в доме усилил, только чтобы меня защитить.
А я приехала на каникулы к этому бандиту. Просто лучше не придумаешь.
– Александра, – представляет меня всем Гром, когда мы подходим вплотную к столу. – Моя девушка.
Он начинает представлять всех собравшихся. Коротко и сухо.
– Не думала, что ты всерьез начнешь с кем-то встречаться, – протягивает одна из женщин.
Высокая блондинка. Эффектная. Красивая. По-настоящему холеная. Ее лицо выглядит настолько идеально, что даже трудно понять сколько ей лет, и вообще кожа смотрится так, словно ее пропустили через графический редактор.
Вскоре становится ясно, что это мачеха Грома. Ее он представляет в последнюю очередь. И выясняется, она сестра матери Дины.
В это сложно поверить. Настолько они разные внешне. Но и в то, что Дина дочь такой приятной женщины мне тоже поверить тяжело.
В памяти плывут слова Дины о том, какая у нее жуткая семья. Тогда Гром сказал, это ложь. Вот откуда он все знал. Был лично знаком с ее родителями.
Чувствую невольное облегчение, понимая, что Богдан и Дина все-таки не родственники.
Атмосфера здесь тяжелая. Или это мое личное предвзятое впечатление?
Возможно…
За стол идет легкий непринужденный разговор. Но ощущение тяжести не покидает.
Впрочем, пока длится обед, мысли у меня только об одном – как бы отсюда поскорее удрать.
– Аля, кухня этого дома недостаточно хороша для тебя? – спрашивает Дина.
Намек на то, что я почти не притронулась к еде.
Мать Дины сидит передо мной. Замечаю, как ее брови недоуменно ползут вверх.
– За собой следи, – холодно произносит Гром.
– Что? – Как ужаленная дергается Дина. – Просто пытаюсь быть вежливой.
– Богдан, – мрачно говорит Царьков. – Мы это уже обсуждали.
Их взгляды встречаются. Воздух настолько наэлектризован, что еще немного и последует взрыв.
Но тут отец Дины заводит разговор, внимание переключается. Хотя Царьков и Гром продолжают буравить друг друга глазами.
Чутье меня не обмануло. Конфликт между этими двумя ощутим на физическом уровне.
А ведь мы здесь едва ли час провели. Что же последует дальше?
31
Считаю секунды до окончания обеда. Несколько раз кажется, что еще немного и все закончится. Приборы начинают убирать со стола – и я уже готова вздохнуть от облегчения.
Только это ложное впечатление. Происходит лишь смена блюд. И так несколько раз. Очередная порция закусок. Основное блюдо. Снова закуски. Десерт.
Если бы я не знала, кто такой Царьков на самом деле, могла бы решить, будто он какой-нибудь аристократ, раз в его доме соблюдается настолько серьезная церемониальность в подаче еды.
Пока понимаю одно: здесь точно не останусь.
Гром меня не заставит. Когда я соглашалась на его предложение, делала это вслепую и не представляла, что именно меня ждет.
Дина готова взглядом дырку во мне прожечь. Но она волнует меня меньше всего. От осознания того, что рядом Царьков, что я вообще нахожусь с ним за одним столом, потряхивает намного сильнее, чем от всего остального.
– У тебя проблемы? – резко спрашивает Гром у Дины.
Замечает очередную вспышку ее пристального внимания ко мне.
– Нет, – поджимает губы девушка и вздергивает бровь: – С чего ты взял?
Гром ничего не говорит, но всем своим видом дает понять, что проблемы обеспечит. Хотя Дину похоже ничего не угомонит.
Замечаю, как Царьков смотрит на наш край стола. То на Дину, то на своего сына. Хмуро сдвигает брови, но в то же время ведет разговор с женой, ровно отвечает на одну из ее фраз.
Наконец, обед подходит к концу. И мне уже хочется сорваться с места. Но когда порываюсь подняться, тяжелая ладонь приземляется на мое бедро.
Гром взглядом дает понять, что еще рано.
Хмурюсь – и он тут же убирает руку.
– Прошу всех быть здесь к шести, – холодно заявляет Царьков. – У нас назначена съемка.