Валерий Введенский – Похитители рождества (страница 8)
– Тогда вон отсюда. А то в камеру посажу.
– Так ведь божился, удостоверение показывал…
Крутилин выскочил из-за стола, схватил извозчика за шкирку и выволок в приемную. Хотел надзирателем с рук на руки сдать, чтобы в камере проучили, но увидев входящего Яблочкова, выпустил добычу из рук, напрочь про неё забыв:
– Ты где шляешься? Живо в кабинет.
Извозчик счел за лучшее незаметно покинуть сыскное.
Яблочков кратко доложив о постигшем фиаско, стоял, потупив глазки, ожидая когда же иссякнет поток ругательств в его адрес.
– А дружок твой где? Где Новосёлов? – вспомнил про агента Крутилин.
– А что? На совещании его не было? – забеспокоился Яблочков.
– Представь себе, нет. Я решил, что со вчерашнего вечера вместе водку жрёте.
– Нет, я как уехал в первый раз от ювелира, больше его не видал. Хотя приказал явиться с подчасками…
– В Рождественскую часть заезжал? Спрашивал про Новосёлова?
– Нет.
– Почему?
– Ну… Решил, что раз Змеевский к моему возвращению оказался в лавке, а Сергей ещё не вернулся, то ювелир дом не покидал. Кого-то другого к «охотнику» отправил. И Новосёлов топает за ним.
– За кем?
– Понятия не имею. Мало ли кто в гостях у ювелира мог оказаться? Праздник ведь.
– Спасибо, что напомнил. Ты мне так его испортил… В общем, как только Новосёлов явится, сразу ко мне.
Но Новосёлов так и не пришел. Вместо него в пятом часу пополудни в сыскное явился городовой Заводов из третьего участка Нарвской части:
– Товарища вашего из сугроба откопали, – заявил он Яблочкову.
– Какого товарища? – похолодело всё внутри у чиновника.
– Как звать, не помню. На облаву с ним вместе ходили, потому и опознал.
– Что значит опознал? Он мертв?
– Мертвей не бывает.
Арсений Иванович и Иван Дмитриевич уселись в санях вместе:
– Куда? – спросил их Демьян Корытов.
– Туда, где Таракановка в Фонтанку впадает, – мрачно ответил Яблочков и ещё раз спросил начальство – Неужто Новоселов?
– Больше некому. Все остальные агенты приходили утром на совещание, – буркнул Крутилин.
Всю дорогу корил себя за то, что разрешил втравить Новосёлова в это дело. А ведь у Сергея трехмесячный ребенок. Кто теперь будет его содержать?
– Серёга! Не может быть! Серёга! – заорал Демьян Корытов и бросился к трупу. – Серёга, миленький. Иван Дмитриевич, как же это?
– Оттащи его, без него тошно, – велел начальник сыскной Яблочкову и повернулся к околоточному третьего участка Нарвской части. – Кто нашел тело?
– Они-с, – показал он на двух крестьян, стоявших у дровней.
Крутилин подошел к ним.
– Мы с кумом «ледоколы». Подрядчик велел сёдня тутава рубить, – крестьянин показал рукавицей на Фонтанку. – Приехали, а на наше место с набережной снегу навалили по самую парапету. Пришлось нам сугробище разгребать. В нём мужичка и нашли. Кто-то его заместо снегу башкой вниз сбросил. Царствие небесное!
И оба «ледокола» дружно перекрестились.
– Куда труп везти прикажете? В нашу часть али к вам? – спросил у Крутилина околоточный.
– К нам. Доктор тело осмотрел?
– Ещё нет. С час назад за ним послал. А он, сволочь, не торопится.
Доктор Нарвской части Агарышев приехал минут через пять. На немой укор околоточного, мол, не лето на дворе, ответил философски:
– Пользовал пациента. Живым моя помощь нужней, чем покойникам. Ну, и что тут у нас? – Агарышев ногой откинул рогожу. – Переверните-ка на спину.
Городовые исполнили его приказание. Доктор, наклонившись, запустил пальцы в густую шевелюру Новосёлова:
– Глядите, какая гематома, Иван Дмитриевич. Причем прижизненная. Сперва оглушили кастетом или кистенем, а потом уже в сугроб скинули. Наверно, рассчитывали, что тело до весны не найдут.
Крутилин спросил у Яблочкова.
– Новоселов револьвер с собой прихватил?
– Да. Видел, как клал его в карман шинели.
– Обыщи-ка карманы.
Яблочков присел. Проверил сперва шинель, потом перешел к брюкам:
– А тело-то теплое.
– Не может быть. Вам показалось, – возразил Агарышев.
Арсений Иванович дотронулся до руки покойного и через секунду радостно закричал:
– Пульс, пульс!
Крутилин повернулся к околоточному:
– Вы что? Сердцебиение не проверили?
Тот помотал головой, указав на «ледоколов»:
– Сказали-с, что мертв.
– Быстро в госпиталь! Что встали, как вкопанные? – прикрикнул на городовых Крутилин.
Военный госпиталь находился сразу за Таракановкой, буквально в ста саженях.
– Штатского туда не возьмут. Давайте в Калинкинскую больницу, – предложил доктор. – Она тоже рядом. Где транспорт?
– Ещё не прибыл, – промямлил околоточный.
– Сажайте в мои сани, – предложил Корытов.
– Нет, нет! Удар по голове был слишком серьезным, усаживать потерпевшего никак нельзя, – возразил доктор.
Крутилин крикнул «ледоколам»:
– Эй, на дровнях, подъезжай!
Те попятились:
– Мы и так полдня потеряли. Нам рубить надобно.