Валерий Увалов – Затерянный мир (страница 31)

Я обвел взглядом свою команду, по крайней мере на ближайшее время, и мысленно махнул рукой. Будь что будет.

— Никфор, веди, — кивнул я пацану.

Тот, развернувшись на месте, засеменил вперед, а я, стараясь не смотреть остальным в глаза, направился за ним.

И мы помчались, хотя «помчались» — это громко сказано. Мы двигались с максимально возможной скоростью нашей походной кухни в лице Варани. Я готов был выдрать себе волосы на голове, лишь бы она шла быстрее. Тем более на улице был ясный день, и все встречные прохожие оборачивались при виде такой процессии.

Но надо отдать должное Никфору: он вел нас такими закоулками, где людей все же было минимум. Сначала он убегал вперед, а затем возвращался, показывая нам дорогу, — впрочем, для него это не составляло труда, учитывая нашу скорость.

Иногда я наблюдал ребят из его ватаги, которые периодически подбегали к Никфору и что-то шептали ему на ухо. В один из таких забегов туда и обратно он вернулся и сказал:

— Воевода закрыл все ворота из сельбища.

Надея ахнула, прикрыв рукой рот, и посмотрела на пацана округлившимися глазами. Но тот не растерялся улыбнувшись, подмигнул:

— Не бойся, я вас выведу. Никто и не заметит. — Никфор повернулся вполоборота и указал дальше по улочке. — Тут осталось всего два поворота, и мы на месте. — После чего снова сорвался, чтобы заглянуть за угол.

Я думал, что малец приведет нас к какой-нибудь норе в стене или лазу, но мы все еще находились в центре поселения. И каково же было мое удивление, когда мы оказались у невысокого строения кубической формы с ребром три метра. Выглядело оно, как монолит с непонятного, на первый взгляд, угольно черного материала, прямоугольными отверстиями сверху и козырьком, прикрывающим эти отверстия от дождя.

Мое сердце пропустило удар, когда я понял, что это мне напоминает. Уж больно это строение похоже на венткиоск, который закрывает вентиляционный ствол шахты. Подобные я видел предостаточно еще на Земле. И мои догадки подтвердились, когда я подошел ближе и почуял запах воздуха из отверстий. Кто хоть раз бывал в подземных транспортных системах, никогда не спутает этот запах с чем-нибудь другим.

Моя ладонь легла на поверхность, и я почувствовал, что она теплая, а на ощупь одновременно мягкая и твердая, трудно описать. Тактильно больше всего материал этого сооружения похож на пластиковые элементы органов управления, когда деталь вполне твердая и приятная на ощупь.

Обойдя строение с другой стороны, где нас ждал Никфор, я обнаружил узкий проход, меньше метра шириной, ведущий в темноту. Догадываясь, что будет дальше, указал на эту фактически щель и спросил у Никфора:

— Нам туда?

Пацан кивнул.

— Ты там уже бывал?

— Конечно, — снова кивнул Никфор. — Я там живу.

Несколько секунд мы все смотрели в черноту за проходом внутрь, а затем не сговариваясь обернулись к Варане.

— Неча на меня смотреть, — заворчала та и начала скидывать с себя рюкзак. — Я проскочу, как… — Она осеклась, взглянув на Надею и Никфора. — В общем, пролезу я. — Махнула рукой и добавила: — Идите, я сейчас.

Никфор подошел к трясущейся Надее и, глядя ей в глаза, взял за руку. После чего решительно затопал к проему, и, на мое удивление, девушка пошла не сопротивляясь.

— Мы будем ждать внизу, — не оборачиваясь сказал Никфор и шагнул внутрь.

Я проводил эту парочку взглядом, пока их фигуры не растворились в темноте, а затем вопросительно посмотрел на Воледара.

— Иди, я помогу Варане, — сказал Воледар.

Пожав плечами, я направился ко входу в шахту. Света хватало на буквально метров пять пространства за проемом, и сразу стало ясно, что вниз ведет гладкий спуск, под углом градусов тридцать. Впереди слышалось шарканье Никфора и Надеи. Пройдя освещенный участок, я вытянул руки в стороны, чтобы нащупать стенки неширокого тоннеля, и продолжил спуск.

Когда я сделал около двадцати небольших шагов, позади послышалось причитание Варани:

— Да тащи, чего встал как пень!

— Так я тащу, — стал оправдываться Воледар.

— Слабо, — сделала вывод Вараня, да с такой интонацией, что любой мужчина почувствовал бы свою никчемность.

Я даже улыбнулся, представив лицо Воледара.

Его реакция не заставила себя ждать:

— Да как ты…

Что-то сверкнуло, раздался треск, и внутрь тоннеля хлынул поток из металлической посуды, которая дребезжа катилась вниз, вызывая в замкнутом пространстве незабываемые ощущения. Но это был еще не конец, так как, видимо, Вараня решила отомстить Воледару за все ложки и поварешки и язвительно крикнула:

— Вот тебе, ирод бородатый!

— Да ты… — только и успел сказать Воледар.

Вот здесь я почуял неладное, так как услышал шлепок, потом что-то с резким выдохом упало на пол, и раздался уже истеричный голос Варани:

— Держи меня!

Ложки и поварешки продолжали звенеть, а сзади стоял такой гул, будто от катящегося валуна. Адреналин тут же хлынул в кровь, и я попытался побежать, но куда там. Что-то большое сбило меня с ног, и я кубарем вместе с этим «что-то» понесся вниз. Через несколько секунд такого спуска послышался крик Надеи, которая присоединилась к куче малой вместе с Никфором.

Я сбился со счета, сколько раз через кого-то в темноте переваливался, но, наконец, спуск закончился, и мы с разлетевшейся посудой замерли на месте. С минуту слышалось ойканье и кряхтение, а затем в глаза ударил тусклый голубоватый свет, идущий от чарового щита, который Воледар создал над собой.

Мы все лежали на полу широкого прямоугольного помещения и со скривившимися рожами пялились друг на друга, потирая ушибленные части тела. Но вдруг раздался сначала тихий, а потом все усиливающийся смех Никфора. Через мгновение его поддержала своим хихиканьем Надея, а спустя десяток секунд мы все неудержимо хохотали, и напряжение последнего часа сходило на нет.

Около получаса мы приходили в себя, прежде чем смогли подняться. Тусклого голубоватого свечения от щита Воледара едва хватало, чтобы освещать пятачок метров пяти в диаметре, но внезапно пространство озарило желто-оранжевым светом огня, и тьма резко отступила, проявив очертания помещения.

— Не надо, трудно будет дышать! — крикнул Никфор, и я обернулся на его голос.

Перед пацаном стояла Вараня, над ладонью которой горело пламя, но не тот автоген, который она мне демонстрировала, а обычный с пляшущими языками огонь. Если Никфор говорит, что трудно будет дышать, значит, количество кислорода здесь ограничено. А это еще одно подтверждение того, что никакие это не чары, а очень хитрое использование физических законов.

И действительно, присмотревшись к колеблющемуся огоньку, я увидел, как в ладони Варани собирается вода. Простая реакция окисления с участием двух атомов водорода и одного атома кислорода, в результате которой можно наблюдать горение и образование воды. Вот только, если кислорода в воздухе хватает, то откуда берется водород? Можно, конечно, предположить, что водород получается путем разложения воды, которой достаточно во влажном воздухе, но откуда тогда берется энергия для этой реакции?

— Он прав, — тем временем поддержал я Никфора. — Мы находимся глубоко под землей, и без принудительной вентиляции здесь скапливается опасный газ, вытесняя кислород.

— Чаво? — нахмурилась Вараня.

Я мысленно стукнул себя по лбу: какая вентиляция, какой кислород, тут нет такого понятия. Но объяснять мне не пришлось, так как Воледар просто положил руку на ладонь Варани — и огонь исчез.

— Тебе же сказали потушить, — буркнул он, сверля Вараню взглядом.

— Я сейчас! — задорно прикрикнул Никфор и умчался куда-то в темноту.

С минуту мы слышали какое-то лязганье металла, а затем там, куда убежал пацан, один за другим стали появляться круглые огоньки. Сначала они были красноватого цвета, но постепенно менялись на ярко-желтый, освещая пространство вокруг себя.

Вскоре стало видно и самого Никфора, который нес в руках пять светильников. Он приблизился и раздал их каждому по одному. Я поднес к глазам незамысловатое устройство и хмыкнул — это деревянная палка, через которую продета металлическая ручка миниатюрного ведерка. Правда, само ведерко неглубокое, скажем так, диаметр основания значительно больше, чем стенки. И вот в этом ведерке лежал камень, который и светился, но еще и грел воздух вокруг себя, что я ощущал рукой и лицом.

— Сам сделал? — поинтересовался я у Никфора.

— Ага, — кивнул и улыбнулся пацан.

— Спасибо, — потрепал я его по волосам и отправился изучать место, куда мы скатились.

И сразу же стало ясно, что это вентиляционная камера, так как я обнаружил еще пять подобных спусков с поверхности. Только вот остается вопрос: для вентиляции чего нужна эта камера? Обойдя по кругу, я остановился у входа в тоннель, ведущий в темноту. Интересно, он приведет в шахту, подземный комплекс или, может, на перрон транспортной системы? Странно, что я не заметил венткиоски на поверхности за все время пребывания на подворье Васимира и тем более того, что они скрывают под землей.

Прикоснувшись к стене, я понял, что здесь внизу материал точно такой же, как и на поверхности, — теплый и приятный на ощупь. В голове крутился вопрос: кто все это построил и для чего? В то, что это сделали люди, верилось с трудом, хотя храм с его парящим крестом тоже внушает уважение, но материалы и технологии явно не те.