Валерий Увалов – Затерянный мир (страница 25)

Беглый осмотр обычно не очень оживленной улочки подтвердил мои догадки. Совсем неумело разыгрывая из себя случайных прохожих, на противоположной стороне улочки толкались трое зевак, справа и слева у заборов присели несколько мальчишек из голышей. Да и над соседским забором торчала парочка любопытных голов. Да, основная задача не высовываться провалилась с треском.

— Воледар, — решил спросить напрямую, — я выложил все свои деньги без какого-либо умысла и не ждал благодарностей. О своем поступке я не жалею, но твоя жизнь — это только твоя жизнь, и тебе решать, что с ней делать. Так чего же ты от меня хочешь?

— Нет, Дамитар. — Воледар закрыл глаза и отрицательно покачал головой. — Я готов был умереть, но остался жив только благодаря воле Господа, которую он высказал через тебя, Дамитар. Но теперь тебе решать, как поступить с моей жизнью дальше. Я могу выйти за ворота и найти свою погибель, далеко мне уйти не дадут, или…

Он замолчал, и я тут же передопросил:

— Или?

Воледар снова поклонился и задержался так на мгновение, а затем, словно нырнув с головой, встал на колени. В этот момент в небе ударила молния, осветив все вокруг, а следом пустился ливень, от которого одежда мгновенно стала мокрой. Продолжая стоять на коленях в уже образовавшейся луже, Воледар, не поднимая головы, сказал:

— Прими мою службу вечную, князь.

Вот тут я чуть не сел на задницу. Мое лицо вытянулось, а дыхание перехватило. А умеют тут устраиваться на работу: возьми на службу, а то пойду сдохну. А третий вариант есть? И при чем тут «князь»?

— Присядь Дамитар. — Васимир положил мне руку на плечо, и, когда я сел на стул, он обошел свой стол и тоже сел.

Я не стал давать согласие Воледару на службу мне. Я понимаю, когда человек посвящает себя служению своей стране, человечеству или Господу, наконец, но чтобы вот так, человеку, да еще и на коленях, — это перебор. Конечно, я прекрасно осознавал, в каком мире я нахожусь, что служба хозяину, как, например, Вараня, Надея и Сергут служат Васимиру, здесь в порядке вещей, но себя я никак не видел в роли такого хозяина. И что я могу предложить Воледару, если я сам здесь нуждаюсь в чьей-то опеке? Да и это обращение — князь — выбило меня из колеи, ну какой из меня князь?

Вот по поводу этого я и пришел к Васимиру за разъяснениями.

— Дамитар, — степенно начал Васимир, — я знаю, что ты ничего не помнишь, поэтому расскажу небольшую историю, которую знают все. Пять веков назад, когда люди впервые появились в Беловодье…

Услышав ключевую фразу, я подобрался и навострил уши, похоже, сейчас боярин поведает мне одну из загадок этого мира.

— … нас было мало, около пятисот человек. Точную цифру летописи не раскрывают.

В окне сверкнуло, бросив мрачные тени на внутреннее убранство лаборатории, а затем раздался оглушительный гром. Васимир взглянул в окно и, повернувшись лицом в угол, где висели иконы, перекрестился. Снова посмотрев на меня из-под кустистых бровей, он продолжил:

— Тогда это место показалось раем: изобилие пищи, отсутствие угроз и невиданные чудеса вокруг. Еще не было жутких тварей в лесах, нелюдей на границах, да и железодеев тоже. Побродив в окрестностях, наши предки обнаружили уже построенные укрепления, такие как, например, Ручейково, — заходи, строй дом и живи. Так и поступили.

Теперь понятно, почему такой резкий контраст между технологией строительства стен и домов внутри. Те, кто оказался здесь, просто обжили уже готовое, хотя тот же храм не уступает технологией строительства стенам. Но это не раскрывает тайны, кто построил эти укрепления и зачем.

Тем временем Васимир продолжал:

— Поначалу все жили в одном поселении, названным Старградом, которое стало столицей наших земель. Предки плодились и размножались, как и завещал Господь, и со временем людей стало так много, что они начали расселяться по всей округе, расширяя границы человеческих земель. И все было бы хорошо, если бы в одночасье не появились злобные твари, мечущие молнии, пышущие огнем и сваливающие взрослого мужа с ног ветром.

Снова раздался гром, и Васимир, лишь мельком взглянул на иконы, немного поерзал на стуле и продолжил свой рассказ:

— Тогда мы впервые понесли здесь утрату, а связь между новыми поселениями и столицей прервалась на долгие десять лет. Когда это случилось, к святому Акинфию явился посланник Господа и передал дар, который есть у нас по сей день. За этот десяток лет он смог собрать и обучить святое воинство из рожденных здесь детей, которые могли противостоять напасти. И, несмотря на довольно преклонный возраст, он возглавил святороков и смог зачистить близлежащие окрестности от злобных тварей. А после отправился в другие поселения в надежде, что там кто-то остался жив.

Я слушал и, кажется, даже не дышал, а в моей голове роился ворох мыслей. Васимир вдруг сделал паузу и опустил глаза.

— Одним из святороков был мой предок, давший начало роду Тихогрядовых. — Он еще секунду смотрел в стол, а затем снова поднял взгляд. — Акинфий смог обнаружить пятнадцать выживших поселений. Люди в них были в отчаянии и не покидали стен долгие годы, возделывая поля прямо внутри укрепления. Но они выжили, и все благодаря храбрости, уму и упорству людей, которые возглавили их в трудное время. Именно таких людей Акинфий провозгласил князьями, а их предки до сих пор правят в своих княжествах.

Васимир поднялся и подошел к книжным полкам. Поводя пальцем, он подцепил самую большую из стоявших на полке книг и, держа ее обеими руками, вернулся на свое место. Книга выглядела очень старой. Боярин аккуратно раскрыл ее, предварительно протерев ладонью налипшую пыль. В глаза сразу бросилась не особо детальная карта, которая была старательно выведена на странице.

— Вот, — сказал Васисмир, указывая на карту.

И действительно, в неровных границах изображенной области располагались пятнадцать более мелких областей, разукрашенных в разные цвета и с шестнадцатой в центре, где большими буквами было написано: «СТАРГРАД». Васимир наклонился вперед, и его палец опустился в нижнюю часть карты.

— Это княжество Вяторечье, — он указал на одну из южных областей, — это Чарагор, — его палец переместился правее и, немного задержавшись, опустился еще ниже, где располагалась самое южное княжество, лежащее между двумя озвученными, — а вот это княжество Кровень. Точнее, бывшее княжество, двадцать лет назад оно было уничтожено вследствие нашествия железодеев.

Он оторвался от книги и снова оперся о спинку стула.

— У княжества Кровень был особый княжеский род. Когда люди оказались здесь, Воеводины были единственным знатным родом, будучи таковыми еще в том месте, откуда прибыли наши предки. Но никого из них не видели в живых вот уже двадцать лет с самого нашествия. Тут появляешься ты, Дамитар, и заявляешь, что принадлежишь роду Воеводиных.

Васимир замолчал и пристально посмотрел на меня, а я пялился расфокусированным взглядом на эту карту, укладывая в голове услышанную историю. Вполне допускаю, что я действительно потомок Воеводиных, которые остались на Земле, но мне ничего не известно о таких далеких предках. Поэтому то, что Васимир, да и, похоже, остальные воспринимают меня как князя, я не принимал всерьез, а вот перенос людей в этот мир затрагивал мое любопытство куда сильнее.

Видимо, не дождавшись какой-то реакции от меня, боярин продолжил:

— Воевода Гридар уже послал весточку князю Крепосветову о том, что нашелся один из Воеводиных, но я хотел сохранить это втайне от остальных, пока не выясню причины отсутствия у тебя дара и что ты тот, за кого себя выдаешь. — Он вдруг резко ударил кулаком об стол так, что лежащие на нем предметы подскочили. — Но, похоже, кто-то не держит язык за зубами!

В этот момент я не выдержал и, вскочив, начал ходить из угла в угол, бормоча себе под нос:

— Пятьсот лет назад, пятьсот лет назад… — Я щелкал пальцами, повторяя одно и то же, пытаясь напрячь свою память. — Семнадцатый век. Что у нас там произошло в семнадцатом веке? — Я продолжал бегать взад-вперед, а Васимир с немым изумлением поворачивал за мной голову. — Иван Грозный, — я на мгновение остановился, а затем продолжил забег, — нет, он умер в конце шестнадцатого. Дальше, кажется, был Годунов, а после… — Я снова пощелкал пальцами, резко остановился, повернувшись к Васимиру, и с улыбкой выкрикнул: — Смутное время, Лжедмитрий!

— Ты точно Воеводин, — благоговейно произнес Васимир и перекрестился. — Все знают, как люди появились в Беловодье, но мало кто знает, откуда мы пришли, а тем более историю того места. — Боярин шумно вдохнул и выдал: — Благодать-то какая! Теперь сила пятнадцати родов будет восстановлена.

Васимир расплылся в блаженной улыбке, а вот моя улыбка сползла с лица, когда я понял, что сболтнул лишнего.

Честно говоря, мне хотелось рассказать Васимиру, кто я на самом деле, но не смог, и даже не знаю почему. Я смотрел в его радующиеся глаза и боялся его разочаровать, а еще боялся его реакции и просто промолчал, не в силах выдавить из себя ни слова.

На улице уже темнело, и после долгого неловкого молчания Васимир, пообещав, что удвоит свои усилия по выяснению причин отсутствия дара, отправил меня в конюшню, чему я был рад. Войдя в свою каморку, лишь бросил мимолетный взгляд на незаконченную батарею и тут же завалился спать. По крайней мере, именно этого мне сейчас хотелось, но услышанная история не давала мне покоя. Она завладела всеми моими мыслями, и я постоянно ворочался, слыша, как в груди бьется сердце от возбуждения.