Валерий Сковородкин – «Контрабанда» для шефа (сборник моих рассказов) (страница 2)

Продолжая свои скептические замечания, по поводу рационализаторских разработок Галерского, Рита осторожно нажала клавишу аварийной радиосвязи.

Сначала, кроме воя и свиста межзвёздного потока фотонов, ничего не было слышно. Потом в динамиках раздался писк морзянки.

– Ага! – обрадовался Галерский. – Автомат подаёт сигналы бедствия. Надеюсь, что в радиусе двух астрономических единиц нас услышат. Осталось только набраться терпения и ждать. Ответ может прийти не сразу.

– Если вы думаете, что вы одни такие умники, то сильно ошибаетесь! – прямо-таки оглушил Галерского и Риту чей-то грубый голос, – Лучше гребите к нашему спасательному модулю малым ходом, вот наши координаты…. Если для вас это трудно запомнить, то выгляните в иллюминатор. На уровне шести часов и тридцати минут наш модуль и увидите. Мы собираем всех вокруг себя. Удачной стыковки.

– Братцы! – заорал обрадовано Галерский. – Мы думали, что кроме нас никто не выжил. А почему сразу не дали о себе знать?

– У вас была рация выключена. Вот мы и решили, раз молчите, значит…. Ну, сами понимаете.

Как выяснилось из дальнейших переговоров, в спасательных капсулах уцелел почти весь основной экипаж. И лишь только немногие остались в изолированных каютах носовой и средней жилых зон повреждённого звездолета. Они уже успели сообщить, что их жизнь вне опасности.

Погибло, по предварительным подсчётам, человек двадцать. Все из ремонтной бригады двигателистов. Они устраняли какую-то мелкую неполадку, как, неожиданно для всех, произошла мощная вспышка всесокрушающего взрыва. Всю хвостовую балку с двигательными установками, как бритвой отсекло. Фрагментами двигателей и частями хвостовой балки была разрушена часть корпуса астролёта, в основном нежилая задняя зона. Но в ту зону нет доступа, из-за сильной радиации.

– Внимание, подводим черту переговоров, – все услышали спокойный голос адмирала флагмана, – Я объявляю чрезвычайное положение. Приказываю, всем спасательным капсулам вернуться к своим стыковочным местам на флагмане. Таким образом, мы сможем немного сэкономить энергетические ресурсы. За работу, господа астронавты.

– Ну вот, Рита, – проговорил Яша без особого энтузиазма в голосе, – теперь ты можешь быть спокойна. Как только состыкуемся с флагманом, я отправлюсь на поиски своей капсулы-каюты. И тебе никто больше мешать не будет. А мы, тем временем, отремонтируем, что возможно, и будем ждать подхода нашего флота.

– Скажи, пожалуйста, Галерский, – решила задать, как бы невинный, вопрос Маргарита, – а какие координаты твоей каюты?

– Тебе-то зачем?

– Ну…, скажем, у меня предчувствие.

– Ты какая-то странная, Рита….

– Ну, всё-таки….

– Хорошо. По левому борту, третья палуба, каюта семьсот сорок первая. И всё-таки, повторяю вопрос. Зачем тебе?

– Скоро узнаешь, – и Маргарита таинственно улыбнулась.

Когда капсула медленно проплывала вдоль борта третьей палубы, Галерского ждало большое разочарование. На бывшем месте его каюты-капсулы зияла рваными краями обширная пробоина, которая захватывала ещё и четыре соседние каюты. Но Яшина каюта была прямо в центре этой дыры. Галерский даже узнал свой запасной монтажный ботинок, который сиротливо висел в пространстве, зацепившись за торчавшую на потолке пружину.

– Ни хрена себе! – вырвался у Галерского неконтролируемый эмоциональный возглас, – Вот это да-а-а…. Выходит, я второй раз сегодня родился? Если бы я не вышел в открытый космос с инспекционной проверкой, то не было точно также и меня, как и моей каюты! И если бы не твоя капсула, Рита, то кувыркался бы я сейчас в безмолвном космосе куском замороженной плоти. Ритуля, я твой должник на веки!

– Да, дорогой, именно это я и предчувствовала. Родной ты мой! – и Рита неожиданно сильно притянула Галерского в свои объятия и прильнула к его губам, с жадностью женщины, давно соскучившейся по мужской ласке. Но разгореться обоюдному желанию не дало следующее объявление, переданное голосом адмирала.

– Внимание всем! Последняя новость! Нас услышали! Флот ведёт наши целенаправленные поиски. Держитесь, братцы! Ровно через трое суток они будут в нашем квадрате. А чтобы вы не скучали, в ожидании спасателей, постарайтесь максимально устранить неполадки и повреждения на звездолёте. Но не сразу, даю два часа на восстановление собственного здоровья. Выполняйте.

– Вот она, судьба! – в один голос воскликнули Яков и Маргарита, и тела их вновь сплелись в крепком, страстном поцелуе.

– А у нас есть ещё время, – намекнул Яша, переводя взгляд на спальное место, – спасибо за это адмиралу….

06.10.2013 г. Евпатория. Крым.

Винегрет

(почти иронично-фантастический рассказ)

Агент Винни Грейт попал в Россию чисто случайно, в то время было модно обмениваться специалистами по цифровой экономике. Вот поэтому редакционный шеф решил использовать такой шанс и успешно продвинуть, через очень влиятельных специалистов из центрального разведывательного бюро, кандидатуру своего подопечного. Сам Винни Грейт в цифровой экономике разбирался на уровне простого обывателя. Так, кое-что слушал на спецкурсах, что-то видел, даже читал какие-то умные брошюрки, одну или две. Какие именно, теперь уже и не вспомнить. Единственное, в чём удалось убедить шефа, что он, Винни Грейт, больше принесёт пользы не в центральных регионах России, а на периферии. И желательно летом, и желательно в Крыму, а не на Камчатке.

– Во-первых, – авторитетно пояснял кандидат в специалисты, – близость к нейтральным тёплым морским водам (на случай форс-мажорных ситуаций), и, во-вторых…, – спецагент задумался и осторожно продолжил. – Вы же понимаете, шеф, делаем ведь одно дело, не так ли? Да, и, во-вторых, будет очень даже правильно включить меня, в качестве журналиста, в состав какой-нибудь контролирующей делегации от Евросоюза. В принципе, весь на виду и всё на виду, и делай постоянно умный вид, и умно кивай в нужный момент. Даже знание языка здесь необязательно, хотя, литературный русский знаю в совершенстве, и не только литературный, – продолжал рекламировать себя Винни Грейт, – Мечта, а не работа, честно говоря.

Правда, эту, самую последнюю, фразу спецагент решил не озвучивать, так как сработал инстинкт самосохранения. На удивление, шеф с доводами «ценного сотрудника» легко согласился и выписал командировочное удостоверение, выдал аккредитацию и даже, в качестве поощрения, сертификат о прививках за последние три года. Итак, ровно через месяц, пройдя карантин, таможню, Винни Грейт, как журналист одного известного еженедельника, вдыхал полной грудью благодатный крымский воздух в обычном приморском пятизвездочном отеле. Отель находился невысоко в горах, с прекрасным видом на море. Номера отеля были со всеми удобствами и неплохой местной кухней. Именно в этот отель и заселился Винни вместе с другими членами иностранной делегации, прибывшими на международную конференцию по развитию цифровой экономике причерноморских государств.

Открытие конференции было назначено на сегодняшнее утро, в десять часов по местному времени. Винни Грейт заранее запасся блокнотом, большим и дорогим цифровым фотоаппаратом фирмы «Olympus», авторучкой со встроенным диктофоном, повесил на шею бейджик, с надписью «Пресса» на русском языке и ровно без одной минуты десять был в специальном месте для СМИ. Агент Грейт не учёл одного, что в общей давке среди журналистов, он, почему-то, оказался в группе местных работников пера. Так как из родного сектора его погнали в шею, и всё из-за бейджика на русском языке. Так и сказали, – Вали до своих, оборотень! – и здесь не помогло даже прекрасное знание трёх европейских языков. Его, просто, послали очень далеко, причём по-русски, правда, с сильным иностранным акцентом. Пришлось покориться судьбе и занять единственно свободное место, у мраморной колонны возле входа в туалет.

– Что, брат, тоже проспал? – обратился к агенту сосед, бородатый крупный мужчина, с тощей косичкой на половину лысом черепе и с дорогим смартфоном в руках, – А я, как видишь, очень люблю поспать, особенно утром, вот так-то, брат….

– Ну да, вроде того…, – ответно промямлил спецагент и натянуто улыбнулся незнакомцу.

– Вот и у меня…, – продолжил философствовать незнакомец, – настроение, просто, препаршивое. Сам виноват, надо было не засиживаться долго у друзей, ведь всё равно все крымские вина не перепробуешь. Особенно если учесть, что последний бокал шампанского оказался просто фатальным. Да-а-а, вот такие дела, брат. Будем знакомы? – и мужик протянул огромную, почти размером с лопату, свою ладонь, – Меня зовут Даниил Кожемякин, журнал «Экономика и жизнь».

– Очень приятно, – агент ответно протянул руку, – а я, Винни Грейт.

– Винегрет? – очень удивился бородатый.

– Нет-нет, Даниил, – спецагент поспешил прояснить, – я не говорил про винегрет. Это моё имя такое, Винни Грейт, еженедельник «Брюссель эконом либересьён-окулосьён».

– Так ты нерусский, что-ли? – разочарованно протянул Кожемякин, – Вот невезуха-то! Я уж было подумал, что вечерком посидим за кружечкой пива, тёмного бархатистого…. Эх, стало быть, не судьба. Ну, да ладно, к нам-то как затесался?

– Да эти, как у вас говорят, русофобы евросоюзовские, чтоб им пусто было! – и Винни внезапно выложил новому знакомому свою нехитрую историю, и про то, как добирался сюда из Брюсселя, про бейджик на русском языке, и про жестокость бывших своих братьев по цеху.