Валерий Сидоров – Способность жить (страница 7)

– Как скажешь, Уилл, – я хлопнул его по плечу. – Тогда завтра в шесть утра на этом же месте. Доброй ночи.

Уилл стоял в нерешительности, покинутой всеми и вся, нервно рассматривая старые глинные стены домов. Я знал, что он сломается и ждал этого. Именно поэтому, как только я попрощался с ним, сразу же направился к гиду и его компании, в желании побыстрее добраться до дома. Не успев сделать и пару шагов, как услышал позади себя голос Уилла.

– Стойте. Стойте. Стойте. Я пойду с вами, – подбегая к нам, тараторил мой земляк.

– И готов простить зверства твоего дружка, – он посмотрел на мужчин. – На самом деле, всегда уважал чилийцев.

Улыбнувшись, я сказал гиду:

– Después de todo, vendrá con nosotros86[1].

Гид лишь сдержанно кивнул.

Уилл явно повеселел от мысли, что у него появился ночлег. Поэтому он, игнорируя

анатомию тела, растянул улыбку до ушей, сказав:

– Ну что, друзья? Вперед к ночлегу.

Я кивнул гиду, сигнализируя, что мы можем идти.

– Síganme chicos87[1].

Мы ватагой отправились вслед за гидом, теснясь в узеньких улочках, однако в этот раз обошлось без открывающихся перед лицом ставней и это к лучшему. Я надеялся, что жилище гида находится неподалеку отсюда, ибо единственное, что мне сейчас хотелось – упасть и сразу же заснуть. Даже не помню, когда в последней раз я так изматывался, как в этот день. Но что за день это был? Что за день!

**********

Минут через десять, мы подошли к маленькому, на удивление, двухэтажному домику. Всю дорогу Уилл напевал какую-то песню, сильно фальшивя, гид что-то активно обсуждал со своим другом, пока другие внимательно его слушали. Что до меня, то я не издавал ни звука, вяло тащась за группой мужчин. Казалось, что вот-вот меня сломит сон, поэтому старался держать веки максимально высоко.

Когда гид уже открывал входную дверь, а мы с Уиллом с интересом осматривали старую облицовку дома, улицу сотрясли неистовые крики, сильно напугавшие нас.

– Aquí está. Atrápalo88[1].

Я повернулся в сторону звуков и увидел в метрах ста четверых крепких мужчин, двое из которых держали ножи. Мое сердце ушло в пятки при виде этой агрессивно настроенной группировки, явно желавшей расправиться с кем-то из нас. На Уилле не было лица, он испуганно переводил взгляд с мужчин на меня.

– Ты их знаешь? – спросил я у него.

Он мне не ответил, продолжая семенить глазами.

Мужчины мешкать не стали – резко сорвавшись с места, они побежали прямо на нас, размахивая ножами. От страха предстоящей кончины, я не мог сдвинуться с места, лишь тупо смотря на приближающихся недругов.

– Что делать? – сказал я вслух.

Уилл, будто оживившись после моего вопроса, молниеносно бросился к дому гида, расталкивая всех на своем пути. Остановившись у входа, он забежал внутрь дома, громко захлопнув за собой дверь. Равнодушно проследив за его побегом, я медленно закрыл глаза, прислушиваясь к все нарастающему гвалту.

Глава 10.

Когда мне было лет двенадцать, мы с семьей жили в округе Штата Нью-Йорк, Саффолк. Тогда все было иначе, но об этом я расскажу чуть позже. Мне нравилось там, несмотря на все пройденные испытания планиды и несмотря на то, что последние годы жизни я всячески избегаю каких-либо воспоминаний об этом периоде. Такой вот парадоксальной бывает наша жизнь.

Я часто гулял с друзьями во дворах, обсуждая все подряд, начиная от новых серий анимационных фильмов, заканчивая политикой, пытаясь казаться взрослым. Все же мужчины после работы обсуждают политику сидя за банкой пива? Мы были не исключением, только в нашем случае вместо пива была дешевая газировка и ужасно сладкие снэки, и мы заканчивали 6 класс. Это были славные времена.

В одну из таких праздных прогулок, я с друзьями пинал мячик на затрапезном футбольном поле в соседнем дворе. Район хоть и казался нам беспредельно красивым и миловидным, но в то время (наверно сейчас там ничего не изменилось) довольно часто можно было встретить разгуливающих местных хулиганов, которые перманентно находились в хмельном угаре. Именно в тот день, играя в мяч, одурманенные пивом толпа взрослых подростков шла мимо футбольного поля.

Первыми их заметил я, однако не обращал на них никакого внимания, зная, что в обратном случае, будет лишь хуже. Но как бывает практически всегда, толпа пьяниц решила сообщить нам о своем прибытии.

– Эй вы, сопляки, – закричал во всю глотку один из толпы. – Моя бабка после инфаркта и то лучше пинала мячик.

После едкого замечания, последовал дружный пьяный гогот. Группе хулиганов настолько понравилось такое сравнение, что некоторые принялись кидать пустые пивные бутылки прямо об асфальт, разнося по всей улицы звуки разбитого стекла.

Мой друг, Герри, замер от страха, забыв про игру.

– Герри, – сказал я, – Давай пасуй.

Он взглянул на меня.

– Давайте уйдем? – с надеждой глянув на моего второго друга, Смита. – Они же изобьют нас.

Смит молчал, мельком глядя на хохочущую пьяную группу, боясь пошевелиться. Он не слушал Герри. Поэтому командование взял на себя я.

– Успокойся. Не обращай на них внимания и все. Они скоро уйдут. Давай пасуй.

Герри легонько ударил мячик, словно боясь сломать ногу, боковым зрением наблюдая за передвижениями хулиганов.

– Что за удар? – возмутился я. – Соберись, Герри.

Местным пьяницам явно не нравилось, что мы никак не реагируем на их слова.

– Идиоты малолетние, мы с вами разговариваем вообще-то, – крикнул тот же хулиган.

Конечно, тогда надо было просто уйти, избавив себя от возможных пакостей с их стороны, тем более что в нашем микрорайоне было немало футбольных полей. Однако, мне уже опротивели ежедневные издевательства этих маргиналов над местными, именно по этой причине, я принципиально решил остаться на поле. По лицам моих друзей было понятно, что они не разделяют мою идею.

– Вы что, глухие? – заорал уже другой пьянчуга.

Потом все произошло слишком быстро, чтобы я мог доходчиво описать последующие минуты после вопроса хулигана о нашем состоянии слуха.

Герри, все также как статуя, неподвижно покоился на месте, когда прямо ему в голову прилетела пустая бутылка пива. Мой приятель, закричав больше от неожиданности, нежели от боли, тяжело упал на колени, держась руками за голову, легонько покачиваясь из стороны в сторону. Мое терпение иссякло.

– Вы, пьяные свиньи! – крикнул я, чуть дрожащим писклявым голосом. – Что вы делаете? Убирайтесь отсюда.

Группа хулиганов, которая с момента прихода во двор безостановочно смеялась, вдруг погрузилась в тяжелое молчание. Они тупо смотрели на меня, не ожидав такого поворота событий.

Мне было безумно страшно, но я знал, что сейчас защищаю своего друга и даю отпор местной группировке, который они давно заслужили. Ясное дело, что тогда я не был способен ни на что, кроме оскорблений, но для начала было неплохо хотя бы это, потому что они опешили оттого, что кто-то смог сделать им замечание. Тем не менее музыка играла недолго.

Толпа начала медленно приближаться к полю, не отрывая от меня взгляда. По ним было видно, что они готовы прямо здесь беспощадно разделаться со мной. Мои ноги непроизвольно начали дрожать. Я посмотрел на неподвижного Смита и все так же сидящего на коленях Герри.

– Герри, – сказал я. – Ты как? – мне было страшно подходить к нему.

Он не отвечал мне. Переборов страх, я быстро подбежал к нему, тихонько трогая его за плечо. По крайне мере, Герри был жив.

– Ты можешь встать? – я посмотрел на хулиганов. – Пора уходить, Герри.

Группа маргиналов уже входила на территорию поля, агрессивно изучая нас с другом.

– Что ты сказал, парень? – крикнул один из хулиганов. – Жить надоело?

Я не посмотрел в их сторону, все мое внимание было обращено на раненого друга.

– Герри…

Все, подумал я, это конец. Оставить своего раненого друга было для меня немыслимым. Оставалось умереть всем вместе, как триста спартанцев. Смит так и не подавал никаких признаков жизни, стоя все на том же месте.

– Маркус… У меня болит голова, Маркус, – через слезы сказал Герри.

– Вставай, пожалуйста. Нам надо бежать.

Не знаю как, но Герри, собрав всю волю в кулак, принялся тяжело подниматься, чуть постанывая. Хулиганы, увидев, что мой друг встал, принялись уже в который раз издавать дикий хохот.

– Жив! Но здорово я ему всадил.

Я взял под руку Герри, уже хотя уйти, как маргинал, кинувший бутылку в голову моего друга, сказал:

– Не так быстро идиоты. Тебе придется ответить за свои слова.

Группа была всего в нескольких метров от нас, но прекратила идти на нас, видимо, ожидая, что мы предпримем.

– Можно мы просто уйдем? Вы его чуть не убили, – я показал на Герри свободной рукой.

Группа посмотрела на меня, как на сумасшедшего. Я понял, что они не дадут нам уйти. Оставался лишь единственный выход.