Валерий Сидоров – Способность жить (страница 13)

Этот папирус, как я его прозвал, был картой, на которой с краю методической точностью были нарисованы горы, в середине находились несколько десятков маленьких поселений деревушек, похожих на ту, где сейчас был я. В самом низу карты графическим почерком написано предложение на незнакомом мне языке, очень походившим на испанский.

Больше всего меня поразило, как автор карты, мастерcки объединив черчение и само рисование, сумел реалистично изобразить деревушки и горы, не забыв добавить реки и хвойные леса.

Долго думать не пришлось: я был уверен, что эта карта отображает здешнюю местность. Теперь вопросов стало еще больше. Откровенно говоря, где-то в глубине души, мне хотелось верить, что это всего лишь красиво сделанный сувенир, проданный в типичной маленькой чилийской лавке, не имеющий никакого отношения к реальности. Уилл все больше казался мне загадочной личностью.

Мне стало немного дурно. Поэтому я сложил карту обратно и пошел в сторону соседнего дома, намереваясь спрятаться под тенью его крыши от солнца. Хотелось курить.

Это утро не перестало одаривать меня «сюрпризами» – в то время, пока я надеялся найти в кармане куртки завалявшуюся сигарету, увидел, как в пару метрах от меня, под крышей того самого дома, где хотел приютиться, стоял человек и, судя по его фактуре, это был мужчина. Я чуть замедлил шаг, пытаясь рассмотреть незнакомца. Через несколько секунд, почувствовав кончиками пальцев смятую сигарету, я ловко вынул ее из кармана, тут же заснув в рот.

Мужчина не двигался, не замечая меня. Видимо, он был поглощён своими мыслями. Не только у меня было тяжелое утро. Намереваясь попросить у незнакомца огонь – я только сейчас понял, что его у меня нет, попытался привлечь внимание, окрикнув его.

–Señor.

Никакой реакции. Я подошел к нему еще ближе, собираясь снова позвать его, как вдруг, мужчина резко вышел из тени, направившись мне навстречу.

– Огня?

Всмотревшись в лицо мужчины, я уронил сигарету изо рта, чуть вскрикнув от удивления.

Перед мной стоял Уилл, чье все лицо было испещрено свежими, еще кровоточащими ссадинами.

Глава 15.

Думаю, что каждый из вас знает, насколько важно верить людям. Легко впервые и сложно в последующие разы. Самые важные вещи в нашей жизни, благодаря которым мы до сих пор живы, самые хрупкие и опасные, как бы странно ни звучало последнее. Не устаю повторять себе, что любовь и вера – заставляют нас идти дальше, где нас ждут лучезарные виды лучшей версии жизни, идти вопреки мраку, лжи и клеветы, зла и горестей, сеющих самими же людьми.

Когда ты верен себе и своим идеям, то способен внести в мир что-то значимое, которое сумеет «вылечить» людей, дать им надежду, указать путь иной. Люди, изменившие время, пробирались чрез тернии ужасных дней, ужасных недель и даже годов. Но это не сломило их. Это лишь укрепляло их непомерное желание помочь и улучшить. Может ли оное служить примером, как мы должны жить? Жить как люди, не дав сделать из себя монстра, отрицающего все прекрасное.

Я не верю в то, что надежда убивает. Для меня она всегда была чем-то согревающим, поддерживающим в темные дни, пока ты идешь к цели. В конце концов, где мы бы были, если не надежда? Не слушайте тех, кто потерял или никогда не имел сердца, кто сдался – они самые опасные люди. Превратите себя в самого себя, если вы понимаете, о чем я. Каждый день мы видим монстров, иначе их не назвать, мечтающих решить за нас нашу судьбу – где и когда надо жить и что делать, растоптать наши мечты, отнести их таким образом в разряд «наивных», «глупых» и «вредящих». Однако, это не повод быть таким же.

Мне всегда было сложно доверять людям. Даже в первый раз. Я испытывал неописуемый страх, что эта верность сама меня и расплющит, не оставив и следа. Как бы там ни было, я видел много счастливых людей и все они когда-то доверились своим мечтам, своей любви и людям в целом. Если вам угодно, то не будем уходить так глубоко, и просто признаем, что рано или поздно, нам в дверь постучится смерть, расплющив нас всех, вне зависимости от того, доверились ли вы хотя бы самому себе или нет. Выиграли ли вы жизнь? Уберегая себя лишь от возможного риска, исходящего от доверия.

Так не лучше ли, что, когда придет последний час, последний вздох, держать руку того, кому мы однажды доверились, который украсил нашу жизнь яркими красками любви? Или вы предпочтёте встретить смерть в одиночку, как и все в вашей жизни, происходившее с вами? Нас всех расплющит —будьте уверены в этом, и не теряйте того, чего потом никогда не вернете.

Почему я решил это написать, спросите вы. Я хотел показать, как мне было сложно поверить Уиллу, слушая его тогда под крышей дома. Давайте вернемся туда, где мы закончили. Чувствую, что уже утомил вас.

Глава 16.

– «Человек, чья жизнь подходит к концу»? – повторил я.

– Именно, – Уилл затянулся сигаретой, выпустил тонкую струйку дыма и продолжил. – Логично, что это какой-нибудь старик, типа старейшины, мудреца.

– Не уверен, что это обязательно должен быть человек в преклонном возрасте.

– Тем не менее, я ищу старика, – он бросил бычок на землю, раздавив его ногой.

В этот момент, я вспомнил старика из моего сна. Меня слегка передернуло.

– Может, ты расскажешь, откуда у тебя эта карта?

– Это долгая история, дружище. У нас мало времени, – он опасливо огляделся по сторонам, как затравленная лань.

Увидев его взгляд, я спросил:

– А откуда у тебя эти ссадины?

Уилл сглотнул слюну:

– Не все чилийцы гостеприимны, как твои друзья…

– Что? Ты забрался в кому-то в дом? – у меня участилось дыхание. – Ты хоть понимаешь, что сделал? Тебе было мало разборок с братьями гида, как вижу.

– Почему ворвался? Я тихо зашел в дом к старейшине деревни, желая перекинуться пару тройкой слов.

Я усмехнулся:

– Неплохо он тебя отметелил. Видимо, разговор зашел в тупик.

– Это не он, – Уилл обиженно посмотрел на меня. – А его сыновья или внуки, – он почесал голову. – Или охрана.

– Ты разбудил жильцов дома?

– Никого я не будил. Это все тот старый маразматик. Поднял шум на весь дом, как только он, проснувшись, увидел меня около своей кровати, – он как-то грустно посмотрел себе под ноги. – Через минуту в комнату зашли трое мужчин…

– Выходит, ты ничего не узнал.

– Выходит, что так. Мне пришлось срочно ретироваться оттуда. Единственным выходом было окно. Сначала я колебался прыгать со второго этажа, но, когда один из мужчин несколько раз настучал мне по башке, – он указал на свой лоб. – то все сомнения исчезли, как тьма на рассвете.

– И что дальше?

– Я не знал, что внизу, прямо у окна растет какой-то колючий куст. Очень колючий, хочу заметить.

– Ха!

Уилл слегка толкнул меня в плечо:

– Не смешно, идиот. Я мог умереть.

– Конечно. Как ты узнал, где живет этот старик?

– А ты думал, зачем я хожу по барам? Я узнал много полезной информации.

– Я думал ты ходишь в бары, чтобы нажить себе врагов, – я слегка улыбнулся.

Уилл махнул рукой, доставая еще одну сигарету.

– Издержки профессии.

– Профессии?

Он посмотрел на дом гида. После закурил, подойдя ближе ко мне.

– Думаю нам пора.

– Да, пора.

Подходя к дому, я думал о том, что мы скажем нашим приятелям. Сомневаюсь, что они поверят в историю про карту.

– Что мы им скажем? – уже стоя у порога двери, спросил я. – Про карту и твои поиски старейшины?

– Ни за что! Эти любители легкой наживы сразу же заберут ее себе. Кстати, отдай мне карту.

Я вытащил из куртки карту и протянул ее Уиллу.

– Что-нибудь придумаем, старина. Теперь вперед, – он хлопнул меня по плечу, толкая дверь.

**********

Как только мы зашли внутрь дома, радостная атмосфера, царившая с самого утра – улетучилась, отдав свое первенство многозначительной тишине вкупе с пронизывающими насквозь взглядами братьев и самого гида. Было такое чувство, будто они забыли кто мы и с каких пор можем так просто заходить в их дом.

Необходимо убрать с себя закованный вид, подумал я. Поэтому сразу же перешел к сути:

– Todo salió bien. Will simplemente decidió dar un paseo127[1].

Уилл натянуто улыбнулся мужчинам за столом, помахивая рукой.

– Dios. ¿Qué le pasa a su cara128[1]? – спросил один из братьев, с явно проглядывающей радостью в голосе.

Я быстро посмотрел на Уилла потом снова на мужчин за столом: