Валерий Шмаев – Смерть карателям! (страница 32)
После уничтожения базы карателей танк разворачивается и идёт к городу, там всего шесть километров. Ближе восьмиста метров к городу не подходить, дорога будет заминирована. Танкисты, где и как встать, решаете сами, там будет две ваши пятёрки и трое моих сапёров. У города стоит пост, на том посту два пулемёта и бронетранспортёр. Пост надо расстрелять и держать выезд, сколько сможете, вернее, не более полутора часов, но это самый максимум. Считайте по времени от удара по карателям.
Это основная дорога в лагерь из города. Попробуйте расстрелять пост, отойти назад ещё метров на восемьсот, посадить выезжающих немцев на мины и ударить из засады. Там первым полицейский батальон выскочит, из этого полицейского полка была немецкая охрана вашего лагеря. Судя по форме и документам. Вот и поквитаетесь, по полной программе. – Бойцы слушали меня молча, но… с какой-то радостью, что ли? Я предлагал им дело, ради которого стоило умереть, а не тупо сдохнуть в лагере. Уничтожение тех, кто почти год безнаказанно издевался над ними, было для всех подарком.
– «Старшина»! Вышек шесть штук. На каждой из них пулемёт, прожектор и двое часовых. Пулемёты направлены на лагерь, а не на внешнюю сторону. По периметру окопы, но ночью в них никого нет. Вдоль забора проложена тропа, затем окопы и в пятидесяти метрах от забора минированная полоса шириной двадцать метров.
По каждой вышке работает боевая пятёрка: двое с «ручником» и снайпер, двое автоматчиков в прикрытии. Места расположения боевых пятёрок для обстрела вышек разведчики «Погранца» разведали и подготовили. Патронов, гранат и продуктов брать с собой, сколько унесёте. Как только пятёрка выбивает свою вышку, без команды идёт к машине. Это всё сами. Свою задачу пятёрки выполнили. Решение об отходе каждая пятёрка принимает самостоятельно.
Места сбора после операции нет, эта база после нашего выступления будет засвечена. Как только мы захватим машины на дороге, появление здесь егерей – дело нескольких часов. В это время мои группы сначала режут связь, минируют подъездные дороги, помогают с главными воротами и бьют казарму охраны лагеря. После сигнала вы выбиваете вышки и главные ворота. Сигнал – начало работы танка. Будет это за час до рассвета.
Основная группа. Главные ворота и пост рядом с ними. Ждёте, когда мы уничтожим охрану на вышках, затем закидываете гранатами. Гранат не жалеть. Захватываете пулемёт, там наверняка станковый МГ, и раздаёте оружие и боеприпасы освобождённым пленным. Минимум пять машин мы полностью загрузим оружием и боеприпасами из нашей старой базы и подгоним прямо к воротам лагеря. Наша тройка открывает ворота бараков, вы в лагерь не лезете. Две ближние к воротам вышки я беру на себя. – План простенький и рассчитан в первую очередь на неожиданность нападения.
Охрана лагеря вообще не рассчитана на отражение внешних атак. Перекинуть пулемёт на вышке с внутреннего крепления на внешний достаточно сложно. Пулемёт весит четырнадцать килограммов – переставлять надо вдвоём, а это время, которого охранникам никто давать не собирается.
– «Старшина»! Организуешь две двойки, они должны находиться рядом со мной и «Рысью». Эти двойки собирают с вышек оружие и стаскивают к воротам. Свободные две пятёрки пойдут в прикрытие танка, но сразу к городу с моей группой минирования. Эти две пятёрки могут уйти на танке десантом, остальные через час на грузовике, на котором приедут, или на грузовиках, в которых было оружие.
Маршруты отхода на машинах мы вам проработаем, карты дадим. На подготовку полтора дня. Оружие, боеприпасы, продукты и снаряжение получите сегодня к вечеру. К завтрашнему вечеру вы должны быть готовы к боевой операции. Чем дольше будем готовиться, тем больше упыри перебьют людей. – Это понимали все. Не понимали они пока только одного – того, что даже на машинах уйти от лагеря это задача почти невыполнимая.
– «Старшина»! На тебе подготовка этой группы. Через час придёт Авиэль со своими, поможет подогнать форму и маскхалаты. Часть боевых пятёрок вооружаешь только нашим оружием, часть только немецким. У всех групп есть право выбора оружия. Две двойки, что работают со мной, вооружаешь немецкими автоматами. Всем выдать пистолет или «Наган» и гранат, сколько унесут. Вещмешки, подсумки, продукты, медицинские пакеты входят в обязательный комплект. Экипируй по полной программе, кроме разгрузок, их всё равно нет. – «Старшина» людей экипирует, но вот он, как и все мои, понимает, что уйти от лагеря смогут только самые везучие.
– «Белка»! Ты готовишь экипаж. Экипаж танка пойдёт на позицию с разведчиками «Погранца», они уходят самостоятельно. Распредели водителей по грузовикам, раздай карты с маршрутами отхода. Дополнительные машины «Погранец» захватит завтра на дороге. Все свободны. Работайте. «Старшина» и «Серж», останьтесь. – Всё это будет завтра, а сегодня ночью мы вывезем всех оставшихся мастеров и отобранных мною пленных на склад боепитания.
Наша база законсервирована полностью. Землянки закопаны и замаскированы. Все подходы заминированы по хитрой схеме «Восьмого». Две группы «Погранца» уже пригнали на нашу базу необходимые нам машины, по пути заминировав несколько дорог в тридцати километрах от наших баз, и сейчас обитатели нашей базы их загружают. Те, кто уедет на машинах, останутся на базе боепитания ждать тех, кто пойдёт на операцию.
Одна из трёх захваченных на дороге машин – санитарный фургон с немецким врачом и запасом медикаментов. Очень интересную информацию рассказал мне этот врач. Очень. Мне надо её обмозговать. Информация по госпиталю в Риге неожиданна и бесценна. Я ожидал, что эту инфу принесёт мне Зерах, а тут такой нежданчик. В другое время и при других обстоятельствах я оставил бы этого врача живым, но, к сожалению, не сейчас.
Убивать военных медиков в любом времени грех, но я не могу его выпустить. Мало того, что он нас всех видел, так он ещё и по-русски говорит. Говорит плохо, но всё, что не надо, он понял. Притащил его «Погранец» на мою голову, не мог на месте допросить и зарезать. В любом случае я мысленно сказал немецкому врачу «спасибо» и за санитарный фургон, и за новые документы, и за три комплекта формы, и за медикаменты.
Веру, Эстер, женщин, врачей и ребёнка, Марка с мастерами и часть необходимых грузов мы перевезли вчера ночью, забрав с той базы «Рысь» и «Гнома». Раненые Арье и Роза остались на базе с одним из бойцов «Погранца» и Сарой с «Феей».
Арье ранили пулей в бок, нарвался на случайную пулю. По касательной, но недели на три выбыл. Роза также шальной пулей, но в правое плечо. Самое поганое в этом ранении то, что пуля была на излёте и осталась в девочке. Прилетела «Погранцу» ответка вдогонку, когда он уходил с одного из хуторов. И хотя Розу притащили на руках, состояние её очень тяжёлое. Поэтому, как только прибежал гонец от «Погранца», я на мотоциклах отправил туда Генриха Карловича и Клауса.
У «Стрижа» погибли трое. Двое сразу, после взрыва на железной дороге, а третий, тяжело раненный в ноги, остался прикрывать уходящую группу и погиб, подорвавшись на фугасе и гранатах. Ребята, уже отойдя достаточно далеко, слышали взрыв. Задачу, поставленную мной «Стрижу», выполнить ребятам удалось не полностью. И так-то еле ушли. Хорошо, удалось оторваться от погони. Очень помогла кайенская смесь Виталика.
Под Каунасом базу поставить не удастся. Место, которое он должен был осмотреть, занято подразделением охранной дивизии, а группа «Стрижа» наполовину выбита. Так что его группу надо будет усилить новыми людьми и использовать в местных операциях.
Сегодня уедут остальные, а мне со сборной командой бойцов трёх разных групп опять придётся делать невозможное. Впрочем, я уже придумал, как это сделать. Надо теперь доработать то, что взбрело в мою шальную голову. Всем понравится, особенно отдыхающим охранникам лагеря в двух расположенных недалеко друг от друга казармах.
– Хорошо, что ты вчера мужикам водки налил, «Старшина», для многих из них это последняя водка в жизни. Сделал, конечно, через задницу, но обратно не воротишь. Прошло нормально и ладно, а за разнос прости. Не сдержался. Вывели меня из себя известия последних двух дней, а ты добавил своим празднеством.
Объясню в двух словах то, что сказал Клаус, чтобы ты понимал, почему я делаю именно так. Почти никто из тех, кого мы забрали из лагеря под Себежем, нормальным человеком уже никогда не будет. У большинства из них изменения в организме, связанные с длительным голоданием, больше чем у половины дистрофия. Их год откармливать надо, и то неизвестно, выживут ли. Непонятно, как все, кто был в том лагере, вообще дожили до освобождения.
Девяносто процентов людей, которые находятся сейчас на этой базе, умрут в самые ближайшие недели. Без каких-либо сомнений. Из тех, кого к нам в лагерь отправили, четверо такие же. Они в списке Клауса в первом десятке, то есть хуже не бывает. Именно поэтому они сегодня поедут на машине. Пешком они просто не дойдут, но они нужны, очень нужны, поверь мне пока на слово. Может, Генрих Карлович сможет их вытащить с того света.
Ты на операцию не пойдёшь. Собираешь, готовишь, отправляешь, а потом, заминировав дорогу на старую базу, уезжаешь на медицинском фургоне. Здесь ничего не минируем – бессмысленно. Появление на этой базе егерей после нашего ухода отсюда – дело нескольких часов. На базе берёшь всех в ежовые рукавицы и держишь до моего прихода. Чтобы никто из леса носа не казал, а новичков держишь в госпитале и дальше туалета никуда не отпускаешь. Лично за это отвечаешь. Нянчишься с новыми бойцами как с новорожденными.