Валерий Шмаев – Лучник (страница 38)

– Я ничего здесь не видел, но то, что видел, мне нравится. Я хочу здесь жить и быть вам полезным и… Ты знаешь, Лучник, вы с Боцманом были правы. Мне так действительно легче – у меня как будто пелена с глаз упала. Теперь я вижу Ласку совершенно другими глазами, и то, что я вижу в ней, мне не нравится. Ласка никогда не изменится ни по отношению ко мне, ни по отношению к окружающим её людям, но, как это ни странно, теперь лично мне намного проще – целей в жизни у меня прибавилось, а сама жизнь стала намного легче и интереснее. Так что, я с тобой и, надеюсь, с Боцманом.

Яри был абсолютно серьёзен. Боцман себя ждать не заставил.

– Мой ответ очевиден. Ты спас мне жизнь. Кнопка рассказала, что это ты в деревню полез, хотя Гость был против, и я его совсем не осуждаю. Ты мне, Лучник, поверь – я и сам бы в деревню не пошёл и подчинённых бы не пустил, а ты поступил по-своему и люди за тобой пошли не задумываясь. Даже девчонки. За это я тебе и всем остальным по гроб жизни обязан, да и команда подбирается неплохая. Все вроде жертвы обстоятельств, но добровольные – ты никого насильно не держишь. С вами… удобно не то слово… легко и девочка по имени Кнопка права, комфортно. Команду ещё сбивать и тренировать, но мне это привычно. Притрёмся, – Боцман был спокоен и уверен в себе.

– Хорошо. Тогда пойдём, – поднялся с кресла Платон.

– Оружие брать? – спросил Яри.

– Штатное возьмите, а гранатомёты не нужны. Там оружия как в хорошем оружейном магазине, а скоро ещё добавится. Идите, переоденьтесь как на выход и прихватите фляги с живцом.

Через полчаса все опять собрались у Платона. Жил он у самого переходного тамбура на лестницы первого и третьего уровня. Здесь же в отдельном блоке стояли технические и наблюдательные мониторы, а сам отсек Платона закрывался на электромеханический замок с кодом.

Они вышли из жилого уровня, поднялись по лестнице, Платон открыл очередную дверь и шагнул в тёмный ангар. Свет зажегся автоматически, но разгорался постепенно и только в том секторе, где стояли люди. Из темноты медленно стали проступать очертания экранопланов.

Летающие машины стояли на транспортировочных колёсах и выглядели как большие, несуразного вида грузовики. В тот раз, когда их видел Гость, Платон не сказал ему, что экранопланы предназначены для передвижения по воздуху. Сообщил мимоходом, что это экспериментальные плавающие вездеходы повышенной проходимости. После крайнего вылета Платон даже грузовой экраноплан не разгрузил и дальний склад, забитый оружием и экипировкой внешников, никому не показывал.

– Проходите, не стесняйтесь. Теперь мне нужна ваша помощь, – с усмешкой произнёс Платон. Они шли вдоль боковой стены ангара. – Боцман! Я тебе сейчас покажу место на складе, сразу начинай выгружать два экраноплана, а я пока займусь своими делами. Вооружай и экипируй группу как на выход.

– Это что за машины? Я такие никогда не видела, – робко спросила Слава.

– Плавающие вездеходы. Сейчас они законсервированы. Вы будете их разгружать, а я пока займусь технической стороной данного вопроса – их периодически надо обслуживать, – почти не соврал Платон.

Со Славой надо было разговаривать предельно откровенно. Всё же, ментат, но Платон просто не сказал всей правды. В конце концов, экранопланы могли передвигаться и по воде, и по болоту, и по комфортабельному шоссе.

Добравшись до крайней летающей машины, Платон подключил внешнее питание грузового экраноплана и открыл люк багажного отсека и ворота склада. Включил свет и показал Боцману объём работ, а сам ушёл в кабину «грузовика».

Через полтора часа оба экраноплана были разгружены, а всё лежащее в них аккуратно разложено на складе. При этом Боцман довооружил группу одноразовыми гранатомётами. С Кнопкой разгрузка прошла быстро – сила её необычного дара по подъёму тяжестей сейчас оказалась как нельзя кстати, но Платон уже ждал их.

– Пошли наверх, осмотримся, – коротко приказал он.

Первыми на волю выскочили Тигр с Шушей. Тут же Платону пошли картинки ночного леса, освещённого яркими, но редкими звёздами неба Стикса. Мелькнуло даже небо – грыси тоже ему удивлялись.

Небо было совсем неземное. Пара десятков огромных звёзд, освещающих окрестности блёклым светом, несколько сотен беспорядочно накиданных мелких да какие-то чёрные водовороты, напоминающие странные туманности.

Затем на улицу выбрались Платон с Кнопкой – без сенсора в ночном лесу делать нечего, но в радиусе шести километров никого кроме грысей Кнопка не обнаружила. Чуть дальше, пересекая соседний кластер по диагонали, удалялись от Убежища несколько слабых не иммунных. Такие стаи иногда проскакивали по лесам, и с этим ничего поделать было невозможно.

Они стояли на берегу озера и смотрели на чёрную гладь воды. Не было ни ветра, ни всплесков рыбы. Кнопка хотела уже позвать всех остальных, но Платон притормозил её. Послышался лёгкий шорох, и рядом появились Тигр с Шушей.

– Пойдём обратно, – сказал Платон недоумевающей напарнице.

Короткий путь до бункера, дверь, переходной шлюз, коридор с так и стоящими у шлюза Славой, Яри и Боцманом, и обратная дорога в грузовой ангар.

Подойдя к грузовому экраноплану, Платон приказал.

– Яри и Слава, садитесь на сиденья, пристёгивайтесь и надевайте шлемы. Они включатся в общую сеть автоматически. Тигр и Шуша полетят с вами. Остальные за мной, – и спокойно пошёл к разведывательному экраноплану.

Короткая предполётная подготовка, проверка датчиков, открытие ворот ангара, и вот, первый экраноплан в воздухе. За ним как привязанный следует второй.

Ночной Улей завораживает, но красоты природы Платона особенно не заботили – необходимо срочно увести тяжёлые машины в сторону от Убежища. Взлетал Платон практически без звука, но маскировочный режим не включал. Уже в воздухе он осмотрел округу сканерами, однако никого не обнаружил. Долго не перезагружающиеся кластеры вообще не изобиловали лесной живностью, а не иммунные на них надолго не задерживались.

Сначала Платон забрал сильно в сторону, километров на сорок, но на прохождении одной из границ кластеров машину сильно тряхнуло, и он решил больше не экспериментировать. Развернулся и повёл экранопланы к базе-складу. При прохождении границ медленных кластеров технических проблем не возникало – экранопланы вели себя в воздухе как обычно. А вот на быстрых здорово падала мощность основных двигателей.

Маяк сработал за пятнадцать километров от летающих машин, и дальше Платон повёл машину как по нитке. На подлёте он опять проверил всё сканерами, потом включил маскировочный режим и принялся нарезать круги над землёй. Всё было нормально. Только в овраге, где муры Рона расстреляли своих работников, кучковались восемь засветок – добрался кто-то до слегка присыпанных землёй трупов.

Экранопланы Платон посадил на ту самую крохотную полянку, рядом с которой они сделали тайники с оружием и экипировкой отряда. Притёрся загрузочными люками прямо к ямам, раздавив первые метры кустарника тяжёлыми корпусами летающих машин.

– Так вот почему ты приказал здесь тайник строить, – вылезший из экраноплана Боцман хотел казаться спокойным, но голос выдал его. – А я всё думал… зачем? Ведь полно мест более удобных к маршруту движения, а тебе просто поляна была нужна.

– Ну да. Это единственное место беспроблемной посадки. Все остальные много хуже, – пришлось признаться Платону.

– Класс! – Яри прямо лучился от восторга. – Можно долететь куда угодно!

– Можно… но больше не на чем. Топливных элементов нет. Ещё полтора полёта, и экранопланы превратятся в груду высокотехнологичного хлама. Два уже стоят на приколе. Встанут и эти два. Режим маскировки и глушения звука съедает энергию в шесть раз быстрее обычного полёта, а нормальный режим настолько шумен, что проще плакат рядом с Убежищем вывесить. Замену топливных элементов производят в нашем мире специально обученные техники. Процесс несложен, но хранение запасных фирмой-поставщиком не предусматривается. Служба имперских егерей организация государственная и обслуживается по плановым заявкам. Мы попали в Улей за неделю до замены батарей, поэтому энергии в аппаратах остались мизерные крохи.

Рассказывать всем о том, что топливные элементы можно зарядить прямо в ангаре, Платон не собирался. Пусть бойцы отряда привыкают ходить по красотам Улья собственными ногами. Да и ресурс двигателей не бесконечен. Будет лучше, если летающие машины постоят в Убежище – целее будут.

– Кнопка! Глянь округу. В районе захоронения муровских пленников кучкуются восемь штук незнамо кого. Определить я не смог – мои сканеры о классификации не иммунных даже не слышали. Придётся тебе поглядывать, чтобы нас не съели. Боцман! Загружайте экранопланы. Слева от грузового люка стоит датчик допустимой загрузки в килограммах. Большой экраноплан рассчитан на одиннадцать тонн, малый на тонну восемьсот груза без пассажиров.

Боцман привычно угукнул и полез в кусты вскрывать тайники. Загрузили всё достаточно беспроблемно. Всё же пять человек – это не двое, как изначально планировал Платон, да и упаковано всё грамотными руками Боцмана. Грыси слушали звуки ночного леса – слух у помощников Платона идеальный, а Кнопка, периодически отрываясь от погрузки, сканировала округу. Так что прошло всё без эксцессов.