Валерий Шмаев – Лучник (страница 25)

– Э! Это наша девка. Она с нами пойдёт, – подал голос молодой и тут же уставился в ствол Кнопкиного «ручника».

Руки у Кнопки подрагивали от сдерживаемой ярости, но пулемёт она держала твёрдо.

– Невежливо ты себя ведёшь, – спокойно сказал Платон и приказал. – Шуша проверь их, – и, обращаясь к незнакомцам, добавил. – Стойте спокойно. Не тронет.

Шуша подошла к старшему, стоящему спокойно и даже как-то расслабленно. Картинка поменялась на серую. Парень горел ярко-красным цветом. Что это означало, Платон не знал, но Шуша, отходя от мужиков, даже фыркнула.

– Значит так, мужики… – проговорил Платон, но его перебил молодой.

– Мужики поле пашут…

Это Платона взбесило.

– И ты будешь пахать отсюда и до города, если пасть свою не захлопнешь. Мне правила Улья не позволяют тебя сейчас в землю закопать – свежакам помогать принято, а так, ты бы уже лежал и не гавкал. Я вам дам сейчас пару автоматов и по боекомплекту патронов, и чтобы больше мы вас никогда не видели. У меня в отряде есть человек – с закрытыми глазами живое существо чувствует за километр, а в грузовике орудие автоматическое. Увидим, что за нами пошли, больше разговаривать не будем, – и, обращаясь к девушке, спросил. – Ты с нами пойдёшь или с ними останешься? Решать только тебе.

Девушка ответила сразу.

– С вами.

– Тогда пойдём. Вы двое. Соберёте потроха со своих трофеев и подойдёте через полчаса. Отдам, что обещал, и расскажу, что здесь и как.

На том и распрощались. Молодой с татуированным подошли через полчаса. Брюнетку, назвавшуюся Надей, девчонки уже обиходили – дали умыться-помыться, одели в прихваченную от мотострелков камуфлированную куртку, висевшую на девушке как на вешалке, подпоясали кобурой с пистолетом и вооружили автоматом.

Рулила всем Кнопка, Платон не вмешивался. Трофеев взяли богато, и пришлось помогать Гостю и Егерю отсортировывать добычу, поэтому что и как произошло у машины, Платон не видел.

Внезапно взвизгнула Катёна и заржал молодой, но визгливый смех тут же сменился криком боли. Платон крутанулся, вскидывая карабин, но всё уже закончилось. Татуированный стоял, не дёргаясь – сложно дёргаться, когда тебе ствол ручного пулемёта в живот упирается, а сбоку стоит большая кошка с недружелюбно оскаленной физиономией.

Молодой парень, повизгивая от боли, катался по земле, зажимая лицо руками. Из-под его пальцев весёлыми струйками хлестала кровь. Тигр ударил лапой молча и как бы мимоходом. Молодой, но борзый, схвативший Катёну за филейную часть, лишился правого глаза, части щеки и уха, но был, как это ни странно, жив.

Егерь рванулся, поднимая приклад СВД, но Платон придержал его и, глядя в глаза татуированному, произнёс:

– Дурачок у тебя приятель, но за его выверт отвечать вам обоим. Ты старше, должен был его придержать, но этого не сделал – смотрел, чем закончится. Так что одного автомата с боекомплектом вы уже лишились. Забирай, и уходите – теперь вам больше никто из моих не поможет. Радуйтесь, что не пристрелили. Запомни на будущее – прежняя жизнь для вас закончилась. Оружие в этом мире у всех, и вы с такими понтами нарвётесь сразу. Перевязывать своего приятеля теперь тоже тебе. Мы только людям помогаем. Пока мы не уедем, к оружию не прикасайтесь. И ещё… с прежним именем здесь долго не живут. Не знаю почему, но это так. Имя у тебя с сегодняшнего дня Серый, а твоего приятеля зовут Шняга – большего вы не заслуживаете. Окрестил вас Лучник, – Платон кивнул, и Кнопка тут же убрала пулемёт и закинула его в грузовик принявшей оружие Славе.

Молча погрузились и неспешно покатили обратно. Только Егерь что-то бухтел, пока шёл к кабине. Минут через двадцать Кнопка, наклонившись к Платону, тихонько сказала.

– Я одного больше не вижу. Только что было двое, а теперь один.

Платон ответил так же тихо.

– Так и до этого был один. Молодой не человек, так – грязь под ногами. Этот гопник был не жилец. Такие вообще долго не живут. Добил его татуированный и дальше двинулся. В своём мире этому салабону головы поднять не давали, а здесь все ограничения сняты и оружие в руках. Как тут гнилую натуру в рамках удержать? Вот и захотелось ему себя показать с понятным результатом. Не на нас, так на кого-нибудь другого он бы точно нарвался. Второго у муров можем легко встретить. Он Серый не по имени. Мне его так Шуша показала.

Кнопка молча кивнула и уставилась на потихоньку глотаемую грузовиком ленту полевой дороги, обдумывая новую для себя информацию.

Наконец город объехали и двинулись дальше по разбитой, но асфальтовой дороге. Проехать надо было ещё два кластера, а потом свернуть на лесной просёлок. Там, дальше по просёлку, стояла ещё одна отметка Рона, а кластеры грузились с достаточно большими деревнями.

Город располагался ещё дальше и очень немаленький. На карте он обозначался как областной центр. Стерва рассказывала, что в том кластере загружался город приличной величины с самыми разнообразными вкусностями вроде оружейных магазинов и полицейских участков, но и проблем можно огрести выше крыши. Поэтому соваться туда пока смысла не было. Тем более, с такой кучей новичков на иждивении.

Первую деревню прошли без проблем, хотя пострелять пришлось. Стреляли из «калашей» с ПБС-ами – ещё одно название, непонятное Платону, но эти автоматы знали все. Даже Катёна достаточно уверенно отомкнула магазин и передёрнула затвор, а вот Надежда удивила.

Девушка этот «калаш» на первом же привале разобрала, почистила и собрала обратно с такой скоростью, что даже Платон удивился. Оказалось, что она дочка военного, а в городок приехала к подруге, с которой вместе в институте в крупном областном центре училась.

Стреляли в этой деревне все, а Кнопка опять раскачивала свой необычный дар, и получалось у неё с каждым упокоенным мертвяком всё увереннее. Надежда стреляла со всеми, но стреляла лучше всех. Платон, смекнув, что эту девушку на простом отстреле медляков использовать нерационально, нарезал ей сектор ответственности и не прогадал. Выскочивший из-за забора лотерейщик два скачка успел сделать. После чего словил лбом короткую очередь и рухнул на землю. Живых в той деревне они никого не нашли и, обобрав кого смогли, уехали на границу кластера, где и заночевали.

В следующую деревню Платон нахрапом не полез. До города оставалось около тридцати километров, и проблем можно было огрести на ровном месте. Остановились метров за шестьсот до околицы и принялись разглядывать ближайшие дома и окрестности в оптику. Вроде тихо, но именно вроде. Чуйка в деревню ехать не хотела и Платон, приказав Егерю развернуть грузовик «зушкой» к деревне, обратился к Гостю.

– Не нравится мне. Тихо слишком. Подружка моя считает, что там минимум рубер.

Тут ревниво влезла Кнопка.

– Какая такая подружка? – спросила вроде шутливо, но глаза оставались серьёзными.

– Самая любимая – чуйкой зовётся, – и пояснил. – Звук двигателя далеко разносится. В той деревне нас задолго до околицы бегуны встретили, а здесь тишина как в морге. Либо деревню до нас почистили, либо там кто-то серьёзный сидит и дожидается, когда мы сами в деревню залезем. Давайте-ка вернёмся метров на четыреста и приготовим пару гранатомётов. Кнопка! Что видишь?

Кнопка наморщила лоб и сказала.

– В центре деревни какое-то столпотворение. Много. Под сотню. Стоят в одном месте. Больше никого не вижу, что странно. Ни кошек, ни собак, ни живности какой. Только у околицы в крайнем доме слева от нас кто-то есть. На втором этаже, но сидит тихо – не двигается.

– Угу. На околице наверняка не человек – на втором этаже иммунному делать нечего. Проще в подпол спуститься, да и ушёл бы он уже давно – крайние дома в деревне и до леса недалеко. Кластер четыре дня как перезагрузился. Плюс-минус сутки. Вы посидите спокойно, а мы пойдём, погуляем. Надо прояснить непонятку. Высший заражённый уже кинулся бы, но проверить не мешает. Сейчас Тигр метнётся к околице и повыделывается напротив дома. Гость, готовь свою любимицу, если что, прикроешь.

Но знахарь возразил.

– Да на черта́? Давай просто объедем и всё. Спокойно поищем дорогу вокруг. Ну, потеряем несколько часов.

На что Платон возразил.

– Объехать-то можно, но в центре деревни обычно что стои́т? Магазин или сельсовет. Мы сколько деревень уже прошли? Везде планировка строений и улиц одинаковая. Вот в центре деревни и затаился кто-то – магазины все с решётками да ставнями металлическими. Плюс всегда железные двери. На околице человек может прятаться. Может, раненый или не иммунные порвали. Бросить-то недолго, но карму портить не хочется, а она у меня дама щепетильная. Дальше тебе пояснять не надо. Сам говорил, что если свежаку не помочь, то от Улья прилететь может. Вот я и прикидываю, как и рыбку съесть, и косточкой не подавиться. На муровскую и вообще человеческую засаду не похоже. Тогда на околице не один наблюдатель должен быть, а минимум двое, но поберечься стоит. Как бы на снайпера не нарваться. У нас такое случалось неоднократно. Выстрелит гадёныш и ноги оттуда – ему ничего, а у нас потери. Мы стоим в шестистах метрах. Если там снайпер, то он твою «зушку» разглядел в подробностях и на рожон не полезет. На одиночного человека он, может быть, и среагировал бы, собаку взял ножом, по крайней мере, попытался бы, а на большую кошку реакция совсем другая. Да и попасть по грыси в движении из снайперки это чистая фантастика. Я о таком даже не слышал.