Валерий Шамбаров – Казачество. Путь воинов Христовых (страница 8)
Рассматривая традиции казачества, стоит коснуться еще нескольких легенд. Например, у последующих историков и литераторов было принято отождествлять казаков с конницей. Но казачья кавалерия появилась далеко не сразу. Для табунов нужны пастбища, а степь принадлежала татарам. В конном бою с крымскими загонами небольшие отряды казаков стерли бы с лица земли. Да и уйти по степи верхом от татарской погони шансов почти не было. У казаков главным транспортным средством была лодка, и воевали они пешими или на лодках. Операции строились так, чтобы скрытно подплыть к неприятельскому стану. Или устроить засаду где-нибудь на переправах. Внезапно напасть, вызвать переполох. Если у татар есть пленные – освободить их, набрать добычу, а потом отчалили, и на воде уже не догонят. Болотистые берега и прибрежные заросли прикроют от стрел, и казаки исчезнут в протоках.
Казаки учились владеть оружием с детства и славились исключительнеой меткостью. Что и не удивительно, ведь пропитание добывали охотой. Они были и отличными фортификаторами. Перед боем старались огородиться, очень быстро возводили «острожки». Или «засекались» завалом срубленных деревьев, делали кольцо из телег. Провоцировали противника на атаку, из-за укрытий косили пулями и стрелами, а потом довершали дело решительной контратакой. Подобную роль играли и укрепления казачьих городков. Преодолеть их вражеская конница не могла. А спешившись, татары в значительной мере теряли боевые качества. Казаки отстреливались, наносили им урон. А вести планомерную осаду, глядишь, и не станут – добыча сомнительная, а серьезные потери гарантированы.
И еще одна легенда – что казачья вольница промышляла по степям сама по себе, не имея к России никакого отношения. Причем возникла эта версия на основе реальной дипломатической переписки той эпохи. При переговорах с Москвой на казаков крымцы и ногайцы непрестанно жаловались то на «казаков-севрюков» и «всю русь», осевшую на Дону, требуя «свести их» с этой реки. То на некоего Сары-Азмана, который со своим отрядом «на Дону в трех или четырех местах города поделали… да наших послов и людей стерегут и разбивают». На такие претензии русское правительство отвечало стандартно. Дескать, «на поле ходят казаки многие: казанцы, азовцы, крымцы и иные ходят баловни казаки, а и наших украин (окраин) казаки, с ними смешавшись, ходят». При этом разводило руками, что за действия таких ватаг Россия не отвечает, они «как вам, так и нам тати», вот и разбирайтесь с ними сами.
Но воспринимать такие ответы буквально, как нередко делают историки, не стоит. Дипломатия есть дипломатия. Ногайцы, крымцы, казанцы, астраханцы вовсе не были невинными овечками. Русь страдала от них очень сильно. Открытого конфликта с соседями Москва старалась избежать – но с помощью казаков отвечало «неофициально». В 1546 г. воевода Путивля докладывал в столицу: «Ныне, Государь, казаков на поле много: и черкасцев (из Черкасс), и кыян (из Киева), и твоих государевых, вышли, Государь, на поле изо всех украин». Как видим, о действиях казаков в Москве прекрасно знали. Подданные России, «государевы» казаки пограничных городов не ограничивались пассивной обороной, совершали вылазки в степь вместе с поднепровскими и вольными казаками.
В 1540-х гг. эта необъявленная война особенно обострилась. При малолетнем Государе Иване Васильевиче власть захватили бояре-временщики. Разворовывали казну, строительство и ремонт крепостей прекратились. Воины, не получая жалованья, расходились по домам. С Крымом и Казанью бояре старались примириться. Посылали большие выплаты, соглашались на любые уступки. Но ханы только наглели. Крымское, Казанское, Астраханское ханство и две ногайских орды объединились против Руси, набеги стали непрерывными. Современник писал: «Рязанская земля и Северская крымским мечом погублены, Низовская же земля вся, Галич и Устюг и Вятка и Пермь от казанцев запусте» [164].
Казанский хан вслед за Крымом признал себя подданным Османской империи, потребовал от Москвы платить дань – такую же, как когда-то платили Золотой Орде. А крымский хан угрожал Царю, что турецкий султан «вселенную покорил», и «дай Боже нам ему твоя земля показати». Да и другие соседи нашей страны отнюдь не были друзьями. Литва, Ливонский орден, Швеция только и выжидали удобный момент, чтобы накинуться.
Но великий князь Иван Васильевич подрос – и стал Грозным. Сверг клику Шуйских. В 1547 г. он первым из Московских Государей венчался на Царство. А петлю, стянутую вокруг России, требовалось решительно разрубить. Реорганизовывалась армия. Полки конницы из бояр, дворян и детей боярских, дополнились частями регулярной пехоты – стрельцов. Привлекали и казаков, их нанимали за плату отрядами во главе со своими выборными атаманами. Иван Васильевич начал войну с Казанью. Правда, первые походы в 1547 и 1550 гг. были неудачными. Но Царь изменил тактику, весной 1551 г. была построена крепость Свияжск. Сперва казанцы не придали этому значения.
Однако в крепости вместе с гарнизоном были размещены казаки. Они перекрыли «сторожами» сообщение между Казанью и Крымом, несколькими рейдами привели «под государеву руку» окрестные племена горной (правобережной) черемисы. И уже вместе с черемисами начали «на луговую (левобережную) сторону ходити воевать». Посыпавшиеся нападения вызвали в Казани панику, внутренний раскол. Тем же летом ханство запросило о мире. Условия были продиктованы жесткие. Казань возвращала всех русских невольников (их набралось 60 тысяч!) и становилась вассалом Москвы, принимая на престол касимовского служилого «царя» Шах-Али и русский отряд.
Но даже теперь мир оказался недолгим. Крымский хан Девлет-Гирей и султан Сулейман сразу же направили послов в Астрахань и Ногайскую орду, призывая к войне с русскими. Их эмиссары постарались взбунтовать казанцев. Шах-Али бежал, русские чиновники, воины и казаки, находившиеся в городе, были перебиты. Казань провозгласила ханом астраханского царевича Ядигера. А Иван Грозный после этих событий пришел к выводу – полумерами ограничиваться больше нельзя, с Казанским ханством надо покончить. В 1552 г. он поднял рати для решающего удара. Девлет-Гирей попытался предотвратить его, двинул на Москву крымскую орду, усиленную турецкой артиллерией и янычарами. Но вовремя предупредили донские казаки. Русское войско выступило на юг, отразило татар под Тулой, а уж потом повернуло на восток.
Казаки участвовали в этом походе. В донской песне взять Казань помогает Ермак Тимофеевич. Но это фольклорная фантазия более поздних времен. А в начале XVII в. на Дону еще помнили подлинные события и писали: «В которое время Царь Иван стоял под Казанью, и по его государеву указу атаманы и казаки выходили з Дону и с Волги и с Яика и с Терека». А возглавил их атаман Сусар Федоров [129]. Как мы видим, несмотря на дипломатические отговорки перед татарами, Москва поддерживала с казаками прекрасные отношения. И они, в свою очередь, признавали Царя своим властителем, откликнулись на «государев указ».
Осада Казани была очень трудной. Город жестоко сопротивлялся. Но после праздника Покрова Пресвятой Богородицы, 2 октября, были взорваны мины, подведенные под валы и стены. Летопись сообщает, как пошли на штурм «многие атаманы и казаки, и стрельцы, и многие дети боярские, и охотники». Казань пала. Казаки ворвались в город первыми, и Иван Грозный, по преданию, наградил их – пожаловал в вечное владение Тихий Дон со всеми притоками. Эта грамота не сохранилась, но казачество о ней всегда помнило. И именно в связи с Казанским взятием Покров Пресвятой Богородицы стал почитаться у казаков особенным, своим праздником. Общим – ведь в этой войне впервые выступили вместе донские, терские, волжские, яицкие казаки. И днепровские тоже, их привлекали на службу в качестве наемников. А значит, эту дату, Покров Пресвятой Богородицы 1552 г., правомочно рассматривать как точку отсчета, дату рождения российского казачества.
Глава 5
Казачество на службе России
Взятие Казани стало важной вехой в истории России – для нее открылись дороги на Урал, по Волге. Башкиры добровольно приняли подданство Ивану Грозному, на его сторону перешла Большая Ногайская орда, кочевавшая между Волгой и Яиком. Но война еще продолжалась, осколки Казанского ханства сопротивлялись. Поддерживал их астраханский хан Ямгурчей. В 1554 г. русская рать во главе с Юрием Пронским-Шемякой была направлена на Астрахань. На соединение к ней выступили донские и волжские казаки, которыми командовал атаман Федец Павлов. Но они обнаружили, что и астраханское войско выдвигается навстречу русским. Сами, не дожидаясь государевых полков, неожиданно налетели на врага возле Черного острова и разбили его. Ямгурчей бежал. Павлов на лодках преследовал его, захватил суда с пушками и ханский гарем. Астрахань сдалась без боя. На ее престол посадили сына ногайского хана Дервиш-Али.
А продвижение на Нижнюю Волгу выводило Россию к Северному Кавказу. Горцы в то время разделялись на множество мелких княжеств, и господствующее положение занимала Кабарда. Она была значительно больше, чем сейчас. Ей принадлежали Пятигорье, территории Карачаево-Черкесии, междуречье Терека и Сунжи. Кабарде подчинялась часть адыгских родов, чеченских тейпов. Ее союзниками были гребенские казаки.