Валерий Сергеев – Тайна янтарного амулета (страница 7)
– Ты целыми днями пропадаешь на побережье, а про пекарню свою совсем забыл, – заметила хозяйка.
– Да что там пекарня, – махнул рукой деверь Иоганны. – Герхард и без меня отлично управляется, – он отхлебнул из кружки пива. – Хотя, конечно, надо его проведать… И ты права… Вода с каждым днём всё холоднее, а находиться в ней по нескольку часов – это здоровья не прибавит!
– Пора вам заканчивать летний сезон…
– Нет, ещё рано! Просто, надо пореже выходить на промысел! Только тогда, когда погода благоприятствует, и, разумеется, после шторма! Вы как, братья?
– Мы готовы! – тут же за всех ответил старший, Ганс, тоже сидящий за столом с кружкой пива.
Курт и Петер кивнули головами, а Пауль смотрел в окно, о чём-то задумавшись.
– Сказывают, – заметил Иеремия, доставая трубку, – что по деревне ходил человек, скупающий янтарь… Вчера его видели… Он спрашивал по дворам, кто желает продать… И обещал неплохо заплатить.
– Как же, заплатит он тебе! Петлёй возле замка Гермау! – ответила хозяйка.
– Нет, тот человек, вроде бы, с бернштайнгеррен не связан… Сам он из Кёнигсберга, городской доктор… Хотелось бы с ним поговорить…
– Узнай, где он остановился и поговори! Хотя, народ сейчас неохотно общается с незнакомцами. После того, как близ Кранца пропала молодая девица… Говорят, в здешних местах появился оборотень!
– О чём ты болтаешь, Иоганна! Был бы жив твой муж, он бы тебе за такие слова задал трёпку! – воскликнул Иеремия. – Мало ли из-за чего пропадают девки? Может, пошла купаться и утонула в море!
– Нет, – подсела ближе к Иеремии женщина. – Сказывают, – шёпотом продолжала она, что это – пропавший граф фон Штейниц! Он время от времени превращается в волка и нападает на людей!
– С чего бы это? – Иеремия сделал ещё несколько глотков пива.
– Говорят, он воевал в Центральной Германии, а там этих оборотней – словно мышей в погребе! Вот один из них и укусил его. Как уж ухитрился это сделать, про то лишь Господь ведает… А у них как – вселился бес, и сам стал оборотнем!..
Дождь… Маленькие дождинки собираются в струйки и текут вниз… Слышно, как они тихо журчат, как часто-часто капли шлёпаются в опавшую листву… Как звонко стучат по морской глади… Встретились две водные стихии… «Всё-таки мама была права – к непогоде разболелись у неё ноги… Мама?… Она в Кёнигсберге… Но где же я?..»
Йозеф открыл глаза. Затылок горел огнём. Темно… А от этого неуютно и немного страшно…
«Где я?»
Сквозь стук капель еле слышен звук прибоя. «Я на побережье… Да, я приехал за янтарём… Бродил по деревням, выспрашивал… Затем ко мне подошли двое… А третий ударил сзади…»
Доктор застонал, вспомнив всё, что с ним приключилось накануне… «Мулат!.. Видимо, его украли… Кошелёк?.. Тоже похищен. Хорошо, хоть не убили… Тело, кажется, не болит, только затекли ноги и бока…»
Мюнц попробовал пошевелиться. Острая боль пронзила затылок. «Плохо дело… Неужели мне проломили голову? От таких ударов можно ожидать самых плохих последствий… Но я не утратил способности думать… Постой, а почему я отчётливо слышу шум дождя, но не чувствую холода и сырости? Не случился ли со мной паралич?»
Пошевелив ногами и руками, доктор немного приободрился. Вскоре он убедился, что находится в незнакомом укрытии. Земляной пол, земляные стены… «Я в какой-то норе… Но здесь, хотя бы, не капает… Как я попал сюда? Что было после того, как меня ударили?»
Руки и ноги свободны, значит, он не связан. «Надо определить, где я…»
Превозмогая головную боль, Йозеф перевернулся на спину, опёрся локтями в земляной пол и попытался привстать…
– Ожил? – сначала он услышал голос, потом до него донесся шорох снаружи. – Сейчас с зажгу свечу…
– Кто ты? – спросил Мюнц. – Где я нахожусь? И как сюда попал?
– Ты у меня в гостях, путник. А это – мой дом. Тебя притащил сюда я. Ты упал с откоса и, хвала Создателю, что не свернул себе шею и не разбился о камни! Я осмотрел тебя и убедился, что падал ты не по своей воле… Тебя пытались убить.. Я наложил тебе компресс из водорослей… Твоей голове не на шутку досталось и я ещё не знаю, чем это закончится… По крайней мере, ты начал двигаться и разговаривать. А это уже неплохо!
– Ты врач?
– В какой-то мере, да. А ты сейчас – мой пациент. – Незнакомец чиркнул кресалом, и вскоре запылала сальная свеча. Наконец, Йозеф Мюнц смог оглядеться.
– Это – моя землянка. Я вырыл её на откосе и живу здесь. Было бы не по-христиански бросить тебя на берегу, клянусь небесами…, – с этими словами мужчина, одетый в серые дурно пахнущие лохмотья, протиснулся внутрь и устроился рядом с доктором.
Мюнц почувствовал, что у него закружилась голова, и он снова прилёг.
Места в логове незнакомого спасителя едва хватало на двоих человек.
– Ты довольно быстро пришёл в себя, – продолжал, между тем, тот. – Я полагал, что ты очнёшься не ранее завтрашнего дня…
– Почему ты в такой странной одежде? Капюшон, закрывающая лицо повязка… рукавицы… Понимаю, ты – болен. Открой мне своё обличье, я не боюсь прокажённых!
– Что ж, раз ты сам догадался…, – ответил тот, отбрасывая за спину капюшон с повязкой.
Перед Мюнцем предстал человек, страдающий проказой. Лицо его было обезображено до крайности и представляло типичную «львиную морду», как описывали подобную внешность ещё медики древности. Распухший бесформенный нос, огромные желваки на лбу и скулах, потрескавшаяся кожа, отсутствие бровей и ресниц…
– Ты не боишься заразиться от меня, чужак? – в глазах прокажённого угадывались ум, доброта и участие. Но в них слишком явственно усматривалась невыносимая печаль… – Правда, в твоём положении неизвестно, чего стоит опасаться больше – стать в будущем прокажённым или в самом скором времени безмозглым калекой. Впрочем, если Пресвятая Дева Мария к тебе благоволит, ты счастливо избежишь обеих неприятностей и останешься прежним…
– Как твой имя, любезный друг?
– Всё в прошлом, и имя тоже… Впрочем, зови меня Отто.
– А я – Йозеф Мюнц. Городской врач Альтштадта.
– О, как приятно видеть подле себя учёного человека! Что же случилось с тобой, Йозеф? Почему на тебя напали?
– Я приехал сюда в поисках янтаря, – ответил тот и кратко изложил Отто свою историю. – Отчего на меня напали? Возможно, хотели просто ограбить. Увели коня… Похитили кошелёк…
– Ты искал янтарь? Ты найдёшь его. Я знаю людей, которые с радостью продадут его тебе. Вот я свой камень… так и не нашёл…
– А что за камень искал ты, Отто? – поинтересовался Мюнц.
– Я расскажу тебе, раз ты такой любопытный. Но сначала ответь, каково твоё самочувствие? Голова кружится? Рана болит?
– Кружится немного… Место, куда ударили, тоже саднит…
– Тебе нужен покой. Ладно, завтра я снова поставлю компресс… А сейчас, если хочешь, слушай…, – он задул свечу. – И попытайся заснуть.
В землянке стало заметно темнее – ночное небо было затянуто тучами, которые ни луна, ни звёзды не могли проткнуть своими прозрачными лучами. Йозеф закрыл глаза.
– Я с самых юных лет мечтал о философском камне… Слышал ли ты о таком?
– Конечно, слышал. Это – камень, с помощью которого любой металл можно превратить в золото. Только, сдаётся мне, что всё это выдумки…
– Выдумки? Хорошо, – усмехнулся Отто. Его голос был глухим – знать, болезнь повредила гортань. – Я тебе расскажу кое-что… В прошлом, я много читал, и обратил внимание на очень любопытные факты. Вот, один из них. Речь идёт о Раймунде Луллие, испанском поэте, философе и знаменитый алхимике… Он получил от английского короля Эдуарда II заказ на выплавку 60000 фунтов золота. Для этого ему были предоставлены три металла: ртуть, олово и свинец…
– И что же, он из них сделал золото?
– Представь себе, любезный доктор! Луллий превратил их в золото! Из него потом было отчеканено большое количество ноблей отменного качества! Ты, конечно, можешь сомневаться в этом, но нобли той особой чеканки до сих пор имеют хождение и владельцы ими очень дорожат!
– И он это сделал с помощью философского камня?
– Я уверен, что да…
– Но, насколько мне известно, философский камень – это не камень в прямом смысле данного слова… Это вещество, которое можно получить с помощью смешивания многих компонентов, соблюдая определённые условия… Я слышал, существуют рецепты его изготовления…
– Ты прав, доктор, по свету бродит множество рецептов, но верный – только один… Однако, если ты не устал слушать сумасшедшего неудачника, я поведаю тебе ещё кое-что… Император Священной Римской империи Рудольф II оставил после своей смерти в 1612 году большое количество золота и серебра в слитках, приблизительно восемь с половиной и шесть ласт (12) соответственно. А теперь – вопрос… Откуда они появились? Никто не мог понять, где император мог взять столько драгоценных металлов, если весь национальный запас был, по подсчётам, значительно меньше. Это золото также сильно отличалось от золота, которое использовалось в те времена для чеканки монет – оно оказалось более высокой пробы и почти не содержало примесей…
– Видимо, и оно было изготовлено из свинца…
Дождь, похоже, усилился. Капли воды шуршали в траве, стучали по листьям и ручейками стекали в прибрежный песок.
– Неужели алхимики помогли? – продолжил размышлять Мюнц.
– Возможно… Другого объяснения я не вижу… Вот я и задумался, дорогой мой доктор, о том, как же можно было получить такое количество превосходного по качеству благородного металла? Только с помощью философского камня и никак иначе!