Валерий Салфетников – Русские повести. Выпуск 4 (страница 9)

Кем был Род для русских людей

Если задаться целью и поискать информацию о Роде, то найдётся немного. В основном публикуется описание праздника и сопутствующие ему ритуалы, не говоря об истоках этого празднества. В книге советского учёного-археолога, академика Рыбакова Бориса Александровича (1908–2001) «Язычество древних славян» даётся объёмная характеристика Роду и рожаницам, как главному богу русского народа и славян до принятия Христианства.

Б. А. Рыбаков в своих исследованиях опирается на труды богословов, которые вели непримиримую борьбу с дохристианскими верованиями славян. В частности, это написанное русским книжником 12-го века «Слово об идолах», основанное на поучении Григория Богослова, направленное против кровавых жертв и вакханалий античного язычества, при этом насыщенное своими вставками о славянских верованиях.

В «Слове об идолах» автор расписывает историю возникновения верований на Руси от примитивных упырей и берегинь, до принятия Христианства. При этом, славянский бог Род сравнивается со многими богами прошлого, но более всего Род сближен с египетским богом Осирисом.

«Наш автор прослеживает историю того славянского культа, который доставлял наибольшее беспокойство русским церковникам, разоблачению и бичеванию которого писателями XI–XII вв. посвящены специальные поучения, – культа Рода и рожаниц; по отношению к этому культу распределяются остальные, более ранние и более поздние.

Исходной точкой культа божеств, связанных с глаголом «рождать», автор «Слова об идолах» считает культ египетского Озириса: «… проклятого же Осирида рождение. Мати бо его ражающи оказися и того створигаа богом и требы ему силны творяху, оканьнии». В соответственном месте Григорий Богослов ограничился одной фразой: «Здесь (в христианстве) … не растерзание Озириса, другое бедствие, чтимое египтянами, не несчастные приключения Изиды… не ясли Аписа тельца…» Никаких связей культа умирающего и воскресающего Озириса с верованиями других народов у Григория нет; это уже конструкция русского книжника».

В «Слове об идолах» говорится о существовании культа Рода и рожаниц не только у египтян, но и у халдеев (вавилонцев), далее он проник к эллинам-грекам (где это связано с почитанием Артемиды), а затем и к римлянам. Не упускает книжник и славян:

«Даже и до словен доиде. Се же словене начали трапезу ставити Роду и рожаницам переже Перуна бога их. А преже того клали требы упиремь и берегыням».

Далее автор пишет, что по святом крещении Перуна отринули, которому в тайне поклонялись лишь на окраинах. При этом, в открытую продолжали ставить вторые трапезы Роду и рожаницам на хулу святому крещению.

Ценность «Слова об идолах» заключается в том, что в нём показана периодизация этапов славянских верований:

1. Славяне первоначально «клали требы упырям и берегыням».

2. Под влиянием средиземноморских культов славяне «начали трапезу ставши Роду и рожаницам».

3. Выдвинулся культ Перуна (возглавившего список других богов).

4. По принятии христианства «Перуна отринута», но «отай» молились как комплексу богов, возглавляемому Перуном, так и более древним Роду и рожаницам.

Культ Перуна, по мнению русского книжника 11–12 веков, только-только выдвинулся на первое место в системе многообразных языческих представлений и не вытеснил, а лишь оттеснил предшествовавшие культы, которые оказались чрезвычайно живучими и доставляли значительно больше хлопот церковникам, чем быстро исчезнувший культ дружинного Перуна. Те самые княжеско-боярские круги, которые недавно вводили культ Перуна, очень быстро сменили его на Христианство.

Перуну после Крещения Руси молились только «по украинам», а о культе Рода и рожениц наши источники говорят как о повсеместном, устойчивом и неистребимом. Известна календарная дата празднеств и пиров в честь рожениц – 8 (21) сентября, день Рождества Пресвятой Богородицы; известно, что «череву работные попы» ради материальных выгод («откладов») примирились с бесовской трапезой в честь Рода и рожаниц.

Кем же был этот могущественный предшественник Перуна, с какой экономической и социальной эпохой связаны Род и сопровождающие его рожаницы, рассмотрим далее.

По непонятной причине исследователи полностью уравняли Рода с рожаницами, не обращая внимания на то очень важное обстоятельство, что Род всегда, во всех источниках упоминается в единственном числе, а рожаницы – всегда во множественном (или в двойственном).

Для славян-земледельцев было совершенно естественно сочетать в одном понятии судьбу и урожай. Культ рожаниц, как женских божеств, покровительствующих рождению чего-то или кого-то, должен был быть многозначным, в нём могли проявляться и черты культа общей плодовитости (людей, промысловых зверей, домашнего скота), и культ божеств, помогавших роженицам, и аграрно-магические представления земледельцев о богинях урожая.

С термином «рожаницы» могли быть связаны мифы охотничьих народов о двух небесных хозяйках, полуженщинах-полулосихах, рождающих всех земных лосей и оленей на потребу людям и волкам.

Очень важным аргументом в пользу того, что рожаницы связаны не с культом предков, а прежде всего с плодородием (или с благополучием через плодородие), является приурочение их годового праздника к празднику урожая – к следующему дню за Рождеством Богородицы, то есть к 9 (22) сентября. К этому сроку завершался обмолот яровых, самой основной части славянского хозяйства. К дню рожаниц становились ясны итоги всего земледельческого года, страда была закончена, хлеб был уже в закромах, и объем урожая был окончательно известен.

Рожаниц чествовали во время «второй трапезы» (то есть второго пира после Рождества Богородицы) хлебом, кашей, творогом и мёдом. Мёд, вероятно, был хмельной, так как постоянно упоминается «питие» и «наполнение черпал». По этнографическим данным, отдельные семьи варили к этому празднику от 10 до 15 корчаг пива. На второй, языческой, трапезе праздника урожая главными были, однако, не рожаницы, а Род; его имя всегда стоит впереди, а рожаницы как бы сопутствуют ему.

Местопребывание Рода указывается в источниках не в доме или под печью, что было бы естественно для домового, а «на воздусе», на небе. Отсюда, с неба, Род «мечеть на землю груды», совсем как античный Зевс бросает на землю громовые камни-метеориты. С именем Рода связаны молния «родиа», наземные источники – «родники» и подземный огонь пекла – «родьство огненное». Этимологически имя Рода связано с такими понятиями, как «природа», «народ», «урожай», «плодородие» и так далее.

Но самым главным и самым существенным является то, что церковные писатели 11–13 веков уравнивали Рода со своим верховным Богом, Богом-Отцом Саваофом, Творцом всего мира. Особенно интересно в этом смысле специальное поучение, условно названное издателем «О вдуновении духа в человека». Русские комментатор 12–13 веков всю свою статью посвятил противопоставлению языческого Рода христианскому Саваофу как двух равных по могуществу божеств, с той лишь разницей, что язычники, по его мнению, ошибочно приписывают своему богу зарождение жизни и вдуновение духа в человека:

«То ти не Род, седя на воздусе мечеть на землю груды и в том ражаются дети… всем бо есть Творец Бог, а не Род!»

Торжественные пиршества в честь Рода стали главным объектом церковных обличений, и церковники стремились разубедить языческих теологов, считавших, что Род, а не христианский Бог создал всё живое на земле.

Переход от охотничьего, присваивающего хозяйственного комплекса к производящему земледельческо-скотоводческому означал крупнейший переворот во всей жизни человечества, в том числе и в сфере религиозной. Длительная эпоха упырей и берегинь сменилась аграрным культом рожаниц и Рода. Земледелие распространялось по послеледниковой Европе весьма неравномерно, продвигаясь из Малой Азии на Балканский полуостров, на Дунай и далее в более северные области. На территории нашей страны земледелие было известно в V–IV тысячелетии до нашей эры.

Род и рожаницы

Самым загадочным и наименее изученным из всех славянских божеств является Род – божество, известное только восточным славянам и не уцелевшее в этнографическом материале. Исследователь Гальковский Н. М. в 1916 году написал в своей работе «Борьба христианства с остатками язычества в древней Руси»:

«Вопрос о почитании Рода и рожаниц принадлежит к самым темным и запутанным».

При обзоре литературы вопроса поражают две тенденции, в равной мере противоречащие источникам: одни из авторов стремятся представить Рода маленьким семейным божком, близким к домовому, а другие идут ещё дальше и просто умалчивают о Роде.

Сторонники «теории домового» должны были бы задуматься хотя бы над тем, что если рожаницы, как правило, упоминаются во множественном (или двойственном) числе, то Род – неизменно в единственном. Какой же это домовой, если он на всех людей один? Кроме того, в тех же самых источниках, где говорится о Роде, упоминается среди всякой демонской мелочи и сам домовой: «бес хороможитель» или «кутный бог». С другой стороны, этнографии совершенно неизвестно наименование домового Рода.

Единственным историком язычества, не уклонившимся от рассмотрения Рода и рожаниц, был Николай Михайлович Гальковский (1868–1933). Гальковский закончил Московскую духовную академию со степенью кандидат богословия, потому писал всегда в рамках официального православия. В своих работах он не затронул сущности культа Рода, не коснулся опасного уподобления Рода библейскому Саваофу и искусственно свёл всё к тому, что рожаницы – это мойры, духи, помогающие при родах и определяющие долю, судьбу человека; рожаницы связаны с узкосемейным культом предков. Примерно так же определяет он и Рода, уравнивая его с рожаницами: «почитание Рода и рожаниц было делом семейным, частным». Рода Гальковский приравнивает к деревенскому домовому, «подпечнику». В. О. Ключевский, говоря о Роде, заключает: «Средоточием культа предков является (со значением охранителя родичей) Род со своими рожаницами, то есть дед с бабушками…»