Валерий Сабитов – Программа «Альтер-Эго». Научно-фантастический роман (страница 3)
– Не буду открывать для сравнения некоторые эксклюзивные возможности… Простейшее для меня – внутренним зрением представить любой известный объект. Или предмет, если угодно. И делать с ним всё, что захочу. Бывает, эти мысленные действия реализуются в действительности. Ты так умеешь, Полпред?
По выражению лица Ливея все поняли – на такое Полпред не способен. Акрам, заинтересованный поворотом беседы, спросил:
– А с незнакомыми объектами как, Гариб?
– Тоже несложно. Я их приближаю на нужное расстояние, рассматриваю, изучаю… И затем перевожу в ранг известных. И тогда…
Гариб на несколько секунд закрыл глаза и обратил взгляд, следом за Ливеем, на бегущие у стен объёмные буквы. И они тут же перемешались, складываясь в бессмысленные слова и фразы.
Акрам не скрыл восхищённого удивления:
– Несложно? Фантазию или абстракцию перевести в реал? И оперировать с ними как с вещами, данными в практике? Ну… Ну да ладно. Но ведь задача, поставленная перед нами, иного рода? К тому же ты сомневаешься в её нужности. Да, когда мы сможем подступиться к ней? Точно! Ведь готовность зависит от тебя, Гариб.
Ияс, проведя рукой по волосам, добился искрения, и спросил, хищно улыбнувшись:
– А мы сами не справимся? Без назначенного лидера? Так ли знаменитый Гариб незаменим?
Провокационный вопрос ведущего айтишника всколыхнул скрываемую активность Группы. Гариб решил не вмешиваться в процесс. Требовалось понять, с кем предстоит работать неизвестное время. Покидать Центр, пожалуй, рановато. Не эта сверхзадача, так другая появится… Мир накануне перемен, Искусственный Интеллект в тупике. Как и всё человечество. Надо бы отыскать путь для встречи с Дзулей-мамой. Не миф же она! Внимание Гариба фиксировало наиболее значительное из общего потока озвучиваемых размышлений.
– Ситуационная проверка…
– Неужели уровень сложности задачи превышает возможности ИскИна? Ведь он нам обеспечивает комфортное бытие уже пару сотен лет! Что здесь не так?
– ИскИн многослоен. Как и человеческий разум в масштабах нашего сообщества.
– Программы составлялись когда? Каковы действующие критерии отсева излишних данных? А мелочи могут играть определяющую роль в поиске решения.
– Да, степень достоверности в цифровом описании мира… Я был убежден, что она превосходит точность человеческой картины мира многократно. Неужели не так?
– Действующая система закладывалась как самоорганизующаяся, саморегулирующаяся, экспертная. С человеческим интерфейсом и приоритетами. Почему же она не способна решить задачу?
– Неужели ИскИн не справился? Я не вижу решения, потому что не могу разом сопоставить все необходимые факты и условия. Я недостаточен. А искусственный интеллект – почему? Психика у него отсутствует, поэтому? Чувств нет? Как у этих двух самоходящих болванок-адъютантов…
– Слабый интеллект, сильный… А не проще ли всё? Разум или есть, или его нет. Самопрограммирование… Всё равно ведь программирование! Жёсткость! Формализация уперлась сама в себя. Но и люди успели освободиться от привычки мыслить!
– Предки хотели освободиться от нагрузки на тело и разум. Получилось! В итоге и тело, и разум скукожились.
– Давайте уж начистоту… Среди нас Гариб и Гинва – люди редкие как внешне так и внутренне. Что могут им противопоставить я или Ливей? Со всем Преториумом и Квестурой? Мы лишь жалкие копии-подобия, худосочные тени человеков. Мы – из Большого Мира, Фонзы. Они – из Анклавов, которые мы старательно не замечаем. Даже говорить о них считается плохим тоном. А они превосходят нас всем, это точно! Без Гариба мы и на мозговой штурм не способны! Всего лишь команда обеспечения. Искусственный Интеллект – копия наша, такая же худосочная и бессильная. А не подобие Гинвы или Гариба. Разве ты, Ливей, внутри себя это не признаешь? Или ты, Ияс?
Это мнение Акрама, оно важно, и Гариб выделил его особо.
Выступление официального лидера Группы остановило прения. Гариб улыбнулся – его коснулся взгляд Гинвы. Да, и она так считает: Группа сама по себе бесполезна. Не превзойдёт она ИскИн ни в решении поставленной суперзадачи, ни в иной меньшей. Но у Ливея есть какой-то аргумент, который он не торопится озвучить. Гариб не сомневается – Преториум продумал позицию относительно Брэйн-Группы на несколько ходов вперед. Позиция скрыта, и ходы будут неожиданны.
Молчание нарушила Гинва:
– Да, меня мало волнует ИскИн Фонзы. Меня интересует связь вашего физического здоровья с психикой. Ещё одна моя задача – удержать ваше сознание в пределах творческой нормы. Но я не знаю, как этого добиться – Группа не имеет ни интеллектуального, ни психологического единства. И мне известно, что сознание многослойно. Но в Группе оно спутано…
Атмосфера сбора словно наполнилась чарующей мелодией. Гариб услышал, как рядом с ним зазвучали хрустальные колокольчики. Гинва легко улыбнулась, показав жемчужно-яркие идеальные зубы. И продолжила, понизив тон. Слушали её как заворожённые.
– Да, у психологов утвердилось многослойное понимание сознания. Правда, инструментов проверки многослойности не изобретено. Почему-то всё то, что мы обретаем в себе, называется Эго. То есть Я – это мои знания и умения? Другой слой – Супер-Эго – занят осознанием недостатков человека, то есть моего Я. Есть ещё слой подсознания, неконтролируемый и необъяснимый. Где-то там размещены подсознательные желания. Издавна считалось – тут рождаются стремления, цели… По-моему, деление искусственное. Во мне всё перемешано в единое: знания, переживания, воля. Думаю, структура Искусственного Интеллекта разработана так же слабо, как и человеческого. Мне кто-нибудь возразит? Мозговой штурм? Или штурм сознанием? Разве это одно? Слова древние, смыл их неясен…
Ливей разгладил пальчиками морщинки у глаз и пробурчал:
– Есть ещё Альтер-Эго…
Пробурчал и как-то съёжился, словно сказал запретное, не санкционированное свыше.
Гариб воодушевился. Подход Гинвы понравился. Она явно сказала далеко не всё, о чём думает в связи с сознанием и его отношении к цифровому разуму. Почему Гариб уверен, что она мыслит так же, как он? Сам он не сегодня открыл, что клеточки-нейроны мозга вовсе не для размышлений предназначены. И соображает человек неизвестно чем. Никакая Дзуля не ответит на вопрос: где кроется сознание, в каком органе и как происходит мышление? И сознание не перенести на другой носитель. Но разве нельзя его продлить? Распространить на иную сущность параллельно-последовательно? При сохранении постоянной связи с первичным носителем что-то может выйти. Нет, наверняка искусственный интеллект просчитал и эту возможность! А если так, имеется скрытая база данных! Но как соотносится это с поставленной перед Брэйн-Группой задачей? ИскИн ведь будет наблюдать. В готовности подбросить нужную инфу? Надо бы открыто поддержать Гинву, ей предстоит наблюдать за ними со стороны.
– Я ничего пока не готов сказать конкретное по Задаче, – сказал он, не скрывая скепсиса, – Как увеличить творческий потенциал, не разрушая самих себя усилителями, ускорителями, нейроактивацией и прочими неестественными придумками? Посмотреть на себя со стороны – вот проблема! Не в зеркале увидеть, а своим же сознанием, но извне!
– Абсурдная мысль, – возбуждённо хлопнул ладонями Акрам, – Но ведь логично!
Гариб воодушевился. Чем? Не задачей, которую по-прежнему отрицает. Пожалуй, назревает выход на целый веер новых идей!
– Всё дело именно в капкане логики, устоявшихся стереотипов мышления. На заре человечества люди не были так зашорены. Ограничительные рамки создавались и внедрялись постепенно. Кто сможет ответить: я внутри мысли или мысль внутри меня? Кто из вас аргументирует ответ? А как без ответа справиться с Задачей, которую не решил Искусственный Интеллект? ИскИн её определенно не в состоянии охватить. В лучшем случае сработает как футуролог. Отжившая умозрительная профессия… Полное подключение мозга к Искусственному Интеллекту, причем живого мозга в живом носителе – только такой подход может что-то дать. Так я мыслю. Опыты такого подключения были – и все неудачные. Надо думать. И только после решения этой проблемы подступаться к сверхзадачам.
Полпред Преториума и Митул обменялись взглядами. Мимолетно, мгновенным касанием. Что это? Митул кто сейчас?
– Этот вопрос прежде всего к айтишникам, – сказал Филимон, – Тут и никакого штурма не надо.
Джакджи выразил сомнение мягким, ласкающим голосом:
– Перенести человеческую мысль в искусственный носитель? Такого не бывало. Речь может идти только о цифровых, не аналоговых программах. Мы готовы написать такую, которая позволит многое. Но Программа не в состоянии заменить, генерировать свободную мысль. Даже наблюдение невозможно при безмыслии, при бездумии. Сразу образуется пустота, мир исчезает. Мы ведь не к нирване стремимся? Я так понимаю, для помощи в решении сверхзадач требуется программа с максимальной свободой. Алгоритмы такой программы мне неизвестны.
Наступила тишина, обострённая нервным напряжением, исходящим от Ливея. Тот сосредоточено наблюдает за предложенной Группе объемной картиной, заполнившей весь периметр помещения. Через несколько минут Гариб вошёл в сюжет и понял: ИскИн предложил видеореализацию фантастического романа сравнительного недавнего века, написанного человеком. В зрелищном искусстве утверждается новая мода – ретро-фантастика. А человек с радостью поглощает творения своего цифрового опекуна.