Валерий Пушной – Запахи приносятся неожиданно (страница 43)

– Настоящая волчица. Молодая и сильная. Утихомирилась, дрянь. Против хорошего кулака и волчице не устоять.

– Смотри за нею, – посоветовал Ванька.

– Больше не разгуляется, – пообещал Володька.

Но тут произошло неожиданное. Анька вскинула веки и полоснула ногтями, как будто когтями зверя, по лицу Лугатика. Кожу обожгло. Парень машинально без раздумья нанес ответный удар. Кулак приложился, как хорошая кувалда, вырубая сознание Аньки окончательно.

– Волчица, – процедил парень, – чуть глаз не лишился! – тронул царапины на лице – на пальцах кровь. – Ее, подлую, в живых оставили, а она что вытворяет. Нас всех реально хотят убить. Надо было пришить ее в лесу вместе с остальными волками. Она нам еще такую козу настроит, что лучше придушить ее прямо сейчас.

Вытащив из бардачка стопку бумажных салфеток, Ванька протянул Володьке. Погони не было. Андрюха припарковал машину на обочине. В салоне установилась тишина. Друзья медленно приходили в себя, мысленно соглашаясь с Лугатиком, что от Аньки больше вреда, чем пользы. Но и отпускать нельзя. Она наверняка знала, где обитала Карюха. Раппопет вылез, осмотрел машину: кузов – решето, странно, что бензобак цел. Взлетели бы на воздух, и поминай как звали. В очередном дворе, с цветником посередине и неказистым кирпичным строением, выбрали серый внедорожник и стали пересаживаться. Привести в чувство Аньку не удалось, потащили на руках. Но стоило той оказаться на улице, как ее будто подкинула пружина, выбрасывая из рук Володьки и Андрюхи. Завизжала, надрывая связки и ошеломляя парней своим воплем. По-звериному юрко подхватилась, ныряя между рук. И улизнула б, если бы не Катюха. Та подставила подножку, Анька растянулась на асфальте. Парни скрутили ее и втолкнули в авто. Вопли Аньки подняли на ноги дом, жильцы будто ждали сигнала с оружием наготове. Пятками вперед высыпали, как горох, из подъездов. Стволы изрыгнули огонь, пули барабанной дробью прошлись по машине. Лугатик метнулся за руль. Андрюха и Ванька прижали Аньку к полу салона. Володька, не разбирая дороги, по бордюрам и цветнику, погнал автомобиль за пределы двора. Аньку посадили на сиденье. Ее лихорадочный взгляд жадно вцепился в меч Магов. Но Раппопет крепко держал горожанку за волосы:

– Придушу, волчица! Каюк тебе, если еще хоть одну фортель выкинешь! Мое терпение лопнуло!

– Не горячись, – придержала его Сашка, – успеешь. Пусть сначала послужит нам, – у Сашки сверкнули глаза. – Ветеринары носят в мочке левого уха маячки, по ним компьютеры ветеринарной службы отслеживают агентов, в том числе Аньку, поэтому сейчас служба знает обо всех наших передвижениях. Используем это в своих интересах. Хорошая возможность надуть службу. Предлагаю план: часть из нас на этой машине продолжит мотаться по городу вместе с Анькой, пускай служба и дальше думает, что знает о наших перемещениях все, а я в это время с Лугатиком или Раппопетом на другом авто разыщу Карюху. В головном офисе на всех имеется полная информация, по ней – найду. Захватить вас не смогут, потому что у Ваньки меч. Надеюсь, и мне повезет, пока все в повальной спячке. А когда вытащим Карюху, сообщим ветеринарам, что Анька работала на нас по доброй воле. От нее после этого не оставят мокрого места. Поверьте мне, я знаю, что говорю. Нам рук марать не придется. – Холодно спросила Аньку: – Ну, как, Анька, хороший сценарий? Не ожидала? – сделала длинную паузу. – Может, сама покажешь, где Карюха?

– Тебя надо было давно убить! – затравленно бросила та, понимая, какая ловушка уготовлена ей.

– Теперь уже поздно, – сухо усмехнулась Сашка.

– Ладно, – посмотрела исподлобья Анька, борясь с собой, – покажу! – и скомандовала Лугатику. – На перекрестке крути баранку направо!

– Дурака нашла, – не оборачиваясь, сплюнул Володька. – Ты уже один раз показала! – по лицу пробежал нервный тик. Парень пальцем тронул царапины на лице и зло стукнул кулаком по рулю, тот квакнул глухим сигналом и задребезжал.

– Теперь она не врет, – успокоила Сашка, следя за лицом Аньки.

– Ты уверена?

– Да.

Тем не менее Володька ждал, что скажет Малкин. Обстановка была неординарная. Сашка, хоть и выразила уверенность, могла снова ошибиться. Лугатику не хотелось попадать еще раз в западню. Собственно говоря, никому не хотелось оказаться в капкане. И Андрюха, и Катюха смотрели настороженно. Пока что справлялись с обстоятельствами, но, как знать, вполне могли потерять контроль над ними. Друзья в этом городе были чужими, Анька ж как рыба в воде.

Утро в полную силу расправило плечи. Те два часа, когда город оставался тихим сонным царством, подошли к концу. По салону авто тянуло звериным жаром волчицы. Загнанный в угол зверь опасен. Ванька выворачивал наизнанку мозги: в любом решении был риск, интуиция раздваивалась. Наконец он вздохнул и выпихнул:

– Давай направо.

Улицы ненормально быстро стали наполняться пешеходами и автомобилями. За поворотом на обочине дороги Володька увидел припаркованную машину с перевернутыми надписями ДДБИГ. Из нее выскочили двое, размахивая полосатыми жезлами, задом метнулись наперерез авто с приятелями. Лугатик скорчил гримасу, сплюнул раздраженно и проскочил мимо:

– Нос раскатали, перевертыши задоходые. Догоняйте, волки двинутые! – прибавил газу.

Полицейские бросились к своей машине и задним ходом пустились вдогонку. Володька кинул взгляд в боковое зеркало, ему было смешно думать, что это преследование. Но тут вдруг, как черт из коробочки, перед самым капотом автомобиля возник горожанин, задом пересек дорогу, раскатывая полосу с металлическими шипами. Лугатик ударил по тормозам. Шины охнули хлопками, автомобиль потащило в сторону. Встали.

– Вот сволочь! – выкрикнул парень, закрутился на сиденье, как на горячих углях. – Приехали! Откуда этот недоносок выпорхнул? Я ему сейчас покажу небо в разводах, рыло кулаком изрисую! – выскочил на асфальт, два прыжка – и кулак ударил горожанину между угловатыми лопатками, выпирающими через рыжую ткань рубахи. – Ах ты, волчара! Думаешь, с рук сойдет? Полиции подмасливаешь, волчина! Хана тебе, задоходый!

От удара горожанин присел. Лопатки на мгновение сошлись. Но тут же разомкнулись. Рубаха на спине сморщилась и расправилась. Он подпрыгнул, как зверь, повернулся к Лугатику, оскалился. И вдруг бешено ткнул Володьке в нос стволом пистолета.

– Сюрприз, сюрприз! – завопил на всю улицу, изо рта брызгами полетели слюни, потекли по подбородку, мокрые губы заблестели под яркими лучами солнца.

– Эй, эй, ты чего? – оторопел парень, уставившись на пистолет.

Выхватив из кармана красное удостоверение, горожанин опустил ствол и стал совать удостоверение в лицо Володьке:

– Воробей забрался в чужие подсолнухи! Руки в семечках, руки в семечках, руки в семечках! – подпрыгивал и размахивал удостоверением, продолжая пускать изо рта крупные пузыри.

Пятясь, Лугатик высоко поднимал ладони, показывая горожанину, что в них ничего нет:

– Опусти пушку, сумасшедший, – парень пытался поймать бегающий взгляд горожанина. – Никаких семечек нет, – краем глаза чиркнул по удостоверению, ничего не разобрал.

– Под подушкой вши, – крикнул горожанин и странно засмеялся, скаля зубы и гримасой искажая лицо.

– Сам ты вошь! – не выдержав, нервно сорвался Володька, замахиваясь, но на этот раз не решаясь ударить.

Отскочив, горожанин по-гусиному перевалился с ноги на ногу, на которых была обувь с толстенной подошвой, подобно котурнам, снова вскинул пистолет и выстрелил в воздух:

– Сюрприз, сюрприз, – опять заблажил во всю глотку, из которой вместе со словами вырывался вой, голова завертелась.

Прохожие на тротуаре остановились. Выстрел из пистолета как бы послужил для них сигналом. В машине в это время произошло замешательство: непонятно на кого напоролись. Малкин, сжимая рукоять меча, проколол взглядом Аньку: неужели снова обманула, а он попался, как пескарь на крючок.

– Объясни! – потребовал, будто рубанул мечом.

– ГАИ, – коротко буркнула та, подобрала ноги, пряча глаза.

– Туман нагоняешь! – процедил Раппопет, он не верил ни одному слову волчицы. – ГАИ следом за нами задом чешет. А этот в гражданке. Говори, на какого козла навела на этот раз?

– ГАИ, – упрямо повторила Анька.

Топнув ногой, Андрюха посмотрел сердито, свел брови к переносице, резко оторвал зад от сиденья:

– Выметаемся! – бросил остальным, – Выручаем Лугатика и ноги в руки, пока те двое не подкатили, иначе пальбу устроят в три ствола, пиши – пропало.

Анька рывком подалась вперед, но парень цепко перехватил ее, крепко схватив за волосы:

– Не спеши, волчье отродье, дураков больше нет, вздумаешь драпать, придушу, как лягушку! – сжал ей руку выше локтя. – От меня ни на шаг, волчица!

Все выскочили из автомобиля. Андрюха толкал Аньку впереди себя. А горожанин уже выкручивал Володьке сустав, сильно вдавливая пистолет ему в висок. Лугатик корчился и скулил от боли. Горожанин с надрывом орал в его ухо:

– Чужой початок кукурузы сожрали! Руки жадные! Меч за ребра! Завернуть, завернуть, завернуть! Глаз на блюдечке! Глаз на сковородке!

– Что этот троглодит городит? – повернулся Малкин к Аньке.

– Отдай ему меч, он отпустит Лугатика, – на одной ноте прожевала Анька. – Откажешься, выбьет ему глаз, – затем голос поплыл елейным мяуканьем. – Отдай. Не лишаться же друга.