Валерий Панченко – На злобу дня сегодняшнего (страница 2)

Начиналось всё ненавязчиво с околонаучных работ и теорий об эволюции Жана Батиста Ламарка, Томаса Мальтуса и Чарльза Дарвина. Эти революционные (эволюционные) идеи упали на благодатную политическую почву либерализма, стремившегося уменьшить роль государства и церкви, и дать больше индивидуальной свободы. Со страниц прогрессивных журналов в публицистической форме вещали писатели и критики, обвинявшие Церковь и государство в сковывании свободы и прав человека. И это было оправданно, когда существовало крепостное право. Но парадокс заключается в том, что с отменой крепостного права в России в 1861 году и предоставлением крестьянству свобод, борьба "за свободы" только усилилась.

Центральной фигурой идеи стал "освобождённый" человек, а целью жизни – достижение земного благополучия. Главными ценностями провозглашались не христианские, а либеральные (демократические) – личная свобода, равенство, права человека, свободная торговля и ограничение государственного вмешательства во всё выше перечисленное. Чем не Россия 1990-х! Однако это относится к событиям, происходившим на 150 лет раньше.

И естественно, если хочешь воспитать новое общество, то начни с детей. Так и поступала в то время "прогрессивная" интеллигенция.

До 60-х годов XIX века в азбуке на букву А была картинка Ангела.

С 60-х годов её заменили на картинку арбуза или аиста.

Изменилось целеполагание. Из сознания народа неумолимо вытравлялась вера в Бога и прививалась вера в могущество самого человека. Это делалось не спонтанно и не хаотично, как может показаться на первый взгляд. Этому способствовал сам уклад жизни в бурно технологически развивающейся когда-то патриархальной России, а также пришедшие к управлению промышленностью специалисты-технократы с их рациональным и системным подходом к управлению. Этой же идеей "свободы" грезили художники и писатели, врачи и учителя, даже семинаристы. Было модно ругать самодержавие и устои жизни, высмеивать попов и чиновников. Незаметно духовное было вытеснено материальным.

Постепенно (для улучшения того же материального) всех захватили отнюдь не материальные вещи –идеи социальных преобразований. На пути к ним «прогрессивные люди» видели явные препятствия, которые надо было устранить – царя и церковь. На царей была объявлена охота. На императоров Александра II и Александра III покушались более 10 раз. В 1881 году народовольцами после нескольких неудачных покушений всё-таки был убит Александр II.

Но главным тормозом конечно же были духовность и вера. Новая русская интеллигенция высокомерно высмеивала основы русского православного мира.

Из Энциклопедии Брокгауза и Ефрона: «Либерализм… противопоставляется ортодоксальности. Это есть стремление… к свободе человеческого духа от стеснений, налагаемых церковью, традицией…»

Не правда ли, в красивую обёртку "завернули" идею либерализма! Забыли только, что человеческий дух невозможно стеснить ничем – это не материальная субстанция.

«Всё мне позволительно, но не всё полезно» (1 Кор.6:12), – учит Господь устами апостола Павла. Другими словами, ограничение поведения человека связано с целью его жизни – спасения души для жизни вечной и проявления бесконечной любви к человеку. Церковь и государство в этом вопросе воспитания и поддержания духовного начала человека играет первостепенную роль.

Напротив, либеральная демократия провозглашает иной лозунг: всё позволительно, что не нарушает свободы другого.

Попытаемся понять, почему народ за какие-то 30-40 лет отказывается от вековых традиций и поддаётся обещаниям рая на земле.

Сильный импульс этому даёт не экономика, не благосостояние и даже не страдания, а идеи. Когда перед человеком возникает высокая цель, он способен горы сдвинуть, многим пожертвовать и раскрепостить дремлющие силы. Вопрос целеполагания – один из центральных вопросов истории. Соблазнительная цель ломает устои общества. Особенно, когда этой целью поглощено хотя бы 5% всего общества.

Вспомните Октябрьскую революцию 1917-го года в России. Поставив перед собой на первый взгляд «светлые и прогрессивные», но не достижимые цели, революционеры бросили на их реализацию все свои силы. Да, они были способны, смелы, честолюбивы и даже бескорыстны в своём порыве. Но это ещё страшнее. Представьте врача, который поставит неправильный диагноз и весь свой опыт и милосердие направит на неправильное лечение больного. Потом уже может быть поздно исправлять ошибку и больной может уже не оценить старания врача.

Сильнейшая движущая сила общественного развития или упадка – целеполагание. Воля человека становится сильной при сосредоточении всей душевной энергии на достижении цели… сильной цели.

Уже дважды человечество было ослеплено великой целью создания рая на земле под влиянием идеологий коммунизма и фашизма. А чем сегодня либерализм отличается от коммунизма? Коммунисты предлагали рай на земле общий, а демократы и либералы – индивидуальный. Коммунистический рай не наступил, а наступит ли либеральный рай – большой вопрос. Ну разве что для отдельных персон (но для них их рай уже наступил).

Давайте вспомним (кто помнит) Советский Союз. Ведь была хорошая идея – строительство коммунизма. Первая стадия коммунистического общества –социализм с лозунгом "от каждого по способностям – каждому по труду", а вторая стадия, известная по лозунгу Карла Маркса "от каждого по способностям – каждому по потребностям", должна была ознаменовать собой приход коммунизма.

Целеполагание великолепное! Оно действительно дало сильный толчок развитию экономики, науки, образования и социальных гарантий советских людей. Советский Союз, одержавший победу в Великой Отечественной войне над фашизмом, в 80-е годы XX- го столетия имел вторую по значимости экономику в мире.

Но почему социализм в СССР потерпел фиаско? Ведь всё было сделано, как завещали классики марксизма-ленинизма. Идеология была на высшем уровне: теория научного коммунизма доказывала, что за стадией капитализма обязательно следует стадия социализма, что вера в Бога и прочие атрибуты капиталистического общества – анахронизмы, которые исчезнут при наступлении развитого социализма. Всё общество было пронизано институтом идеологии под эгидой Коммунистической партии Советского Союза, объединявшей в конце своего существования16 миллионов членов партии. В коммунистической идеологии была строгая иерархия: партийные ячейки на местах, партийные комиссии на предприятиях, партийные комитеты в городах, областях, республиках и главенствующую роль занимал Центральный комитет КПСС. Вся идеологическая машина работала на движение страны вперёд к намеченной цели коммунизма. В основе идеологии лежал моральный кодекс строителя коммунизма, по сути очень напоминавший заповеди Христа. Он и не мог быть другим, так как совесть и мораль исходит от высших (божественных) истин. Но в этом коммунисты признаться не могли, так как по главе угла у них лежал принцип атеизма – опора на разум человека и науку без бога, присутствие которого физически не доказано. Изначально странный подход, потому что нематериальное (в том числе божественное и сверхъестественное) физически и материально не возможно доказать. Вы же не можете пощупать или увидеть свою же мысль или мысли другого человека, потому что они нематериальны, так и с божественным нематериальным миром – физически его увидеть или ощутить простому обывателю невозможно. Но идея бога никак не могла быть встроена в идеологию "строителя коммунизма", где любовь к Богу заменялась "преданностью делу коммунизма и любовью к социалистической родине."

Итак, идеология была на высшем уровне: советский человек был морально устойчив и патриотичен. Что же случилось с советским государством, почему оно развалилось?

Во-первых, был нарушен сам принцип социализма "от каждого по способностям, каждому по труду". Существовалауравниловка в оценке и оплате труда. Опытные специалисты получали не на много большую зарплату, чем молодые. Это приводило к обесцениванию высококвалифицированного труда. Да, были разряды (первый, второй, третий и четвертый), которые влияли на зарплату. Но они не влияли на производительность труда. Один токарь способен был за счет собственного ноу-хау выточить 500 деталей при норме 100, а получал он столько же, сколько обычный токарь, вытачивающий 100 деталей. Не было личного стимула повышать производительность труда.

Невысокая зарплата не позволяла семье каких-либо излишеств – кооперативная квартира или автомобиль считались предметом роскоши. При этом партийная элита жила в роскоши (почти как при коммунизме): загородные дачи-виллы, автомобили и спецпайки из кремлёвской столовой, заграничные путешествия членов семей и высокие зарплаты.

Но это не мешало иметь им антикоммунистические взгляды.

Одна моя знакомая, родственница члена ЦК КПСС, рассказывала, что она путешествовала с подругой по Европе в первый год Горбачевской "Перестройки" и в одной европейской стране у здания посольства СССР участвовала в демонстрации протеста против стеснения демократических свобод в Советском Союзе…

Вместе с тем, разрыв в достатке партийной элиты и среднестатистического работника был такой же, как между богатым бизнесменом и работником со средним достатком в современной капиталистической России.