Валерий Осипов – По следам Англии. Сообщество авторов (страница 7)

– Нечего ей там делать, – отозвался Рю.

– И Ёру, – продолжила, будто и не слыша, женщина, – он, конечно, не колдун, – снисходительно, – но есть у него потенциал.

Рики промолчал на удивление холодно. У его сына был сильный потенциал смотрителя. А это значит, что ни на какое колдовство разбазаривать силы не следует.

Виктор слушал в пол-уха, он безотрывно смотрел на картину на столе – на то, как его дети бегут почти в полном мраке к границе Пэллана и даже не думают бояться. Сквозь картину он видел холодного и совсем немного беспокойного Рю, который тоже внимательно смотрел на бегущих детей. А сквозь них ненавязчиво наблюдал за Мартой и Джереми, которые уже о чем-то спорили.

Кто-то заметил, что дети остановились. Марта вопрошала, видят ли они красный флажок, который она заметила даже отсюда. Его видели и остальные колдуны, находящиеся здесь. Другие вместо флажка созерцали красный цветок. Что видел Александр, никто не знал.

– Они о чем-то говорят, – воскликнула Марта.

– Жаль, нам не услышать, – посетовал кто-то из старших колдунов.

– К сожалению, мне не дано ещё и слышать. Вам следовало пригласить Рауфа. – Александр посмотрел на Джереми, который сделал вид, что не услышал, отвечая Марте, как обычно в своей манере.

Ему-то все было прекрасно слышно. Джереми урождённый колдун с огромным возможностями, которые не использовал, как многим казалось, напрасно. Он учился шаманству у кого-то из родственников покойной женщины Рю, матери его детей. Никто не верил в успех, а спустя время Джереми и правда бросил учиться, якобы из-за неусидчивости. Чтобы научиться шаманству, нужно иметь сильный дух, уметь концентрироваться и собирать Волю в тугой узел, Волю Воздуха. Не урожденный шаман после длительного обучения, осваивает Волю Воздуха, но управлять даже одним духом не может. У Джереми было два духа на службе. Сейчас благодаря им, он слышал разговор детей, но это осталось его тайной. Такой вот Джереми. Любил тайны, любил знать то, чего не знают другие.

– Суть эксперимента мне ясна, – сказал Рю, вставая почти бесшумно, – а ещё мне ясно, что с этими детьми он бесполезен, потому что их не заставить идти, куда следует. Особенно младшего. – Бабушка и дедушка детей вздохнули, – А теперь мне пора, – Рю в лёгком нетерпении уставился на дверь.

Виктор встал.

Даже если гость был приглашён не хозяином, принят и допущен в дом он был с его позволения. И пока хозяин как-либо не одобрит преждевременной уход, пусть это даже дружеская посиделка, – с ней как раз все проще, – гость не мог уйти. Это было почти формальностью, и соблюдали её в основном шаманы и колдуны. Прочие по гостям не ходили. А к лекарям вламывались без приглашения, и уходили из их дома вместе с ними.

Джереми пронзил Виктора гневным взглядом, он прекрасно знал куда Рю так спешил. И Александр тоже.

И все же он ушёл постигать разочарование.

– Джереми, они разве должны были повернуть? – спросила Марта.

Тот стал сосредоточенным. Пара метров от барьера.

– Пусть идут пока, – сказал он будто сам себе.

Но Виктор решил иначе.

– Рю прав, – сказал он, – и ты сейчас вернёшь их.

– Говорил же, я установил там тонкий барьер, по тому, как они с ним себя поведут многое станет понятно. Может быть, они его почувствовали, потому что идут очень близко от него.

– Хотят обойти? —уточнил его отец, – с реки…

– Со стороны реки никогда не было барьеров, – заметил Рики, – и всем это известно.

– Потому что с той стороны невозможно попасть в Пэллан, – сказал старший колдун.

– На той стороне Лес Оборотней.

– Это только название.

Но воители-то знали, что это не так.

– Я установил барьер и на реке. И его не обойти, придётся вернуться в Пэллан, – сказал Джереми.

– Айзек скорее зайдёт в реку, чем вернётся. – Марта прикрыла лицо руками.

– Либо я позволяю тебе все закончить и вернуть их так, чтобы они не догадались, – заключил Виктор, – либо я сам туда иду. На границах сейчас не спокойно.

– Но ничего ведь не происходит, – заметила бабушка мальчиков, – И потом, Дан уже хороший колдун, он сможет постоять…

Она недоговорила. Джереми вскрикнул, оглушенный криком, который никто не слышал. Александр, видевший картину на пару секунд раньше, вопросительно посмотрел на него.

Джереми медленно кивнул будто сам себе, надеясь, что увидит того гада, и проклятие настигнет его.

– Ай! – вскрикнул Дан, – меня жаба укусила.

– Тихо, – сказал Айзек, – смотри, ночные бабочки разлетаются.

– А жабы разве не спят ночью? – изумился Дан, потирая ногу и в припрыжку следуя за братом, – Ты знаешь, я ведь решил идти за тобой, потому что тут река, вдруг ты утонешь.

Айзек засмеялся, бабочки взвились ещё выше, листья зашелестели.

– На той стороне оборотни, – сказал он весело.

– Вот и потому, —сглотнул Дан, – Слушай, мне кажется, со стороны скал что-то есть. Пойдём посмотрим.

Айзек с трудом оторвал взгляд от светляков, кружащих над бурными ручейками, которые немного дальше становились широкой рекой. Вода словно брала свет этих созданий себе и несла вниз по течению до самых пустошных земель.

– А это не Мигель? —поинтересовался Дан и шагнул в сторону невидимого барьера, – ощущение, как на границе, – заметил он, – Надо бы света до…

– Дан! Это не… – Айзек не успел.

Воздух перед Даном лопнул, словно вакуум, глухо ударив по ушам и отшвырнув старшего брата назад. Айзек успел заметить, нечто прозрачно-белое мелькнуло в миг разрыва воздуха, словно ветер упал прямо с неба на землю. Мерзкое ощущение. Он так и возненавидел его на всю жизнь. А ещё светляки. Часть разлетелись, а часть сгорели, как истлевшие угольки. От чего-то Айзек знал, что они умерли. Но если они умерли, то…

– Дан! – он бросился к брату.

На нем не было видимых повреждений, но он метался на траве, кричал и корчился от боли. Айзек закусил губу, сдерживая ком. Он пытался повторять

действия старика Юлиана, но ничего не выходило. Дан не понимал уже, кто перед ним, неизвестная невидимая боль лишала его рассудка. Айзек со злостью ударил по земле, проткнул почву пальцами. Черно-зелёное месиво наполнило ладони. Дан рвал на себе волосы, не в силах бороться. Айзек впал в ярость, в такую ярость, на которую только способен ребёнок в минуту отчаяния, не понимая, как исправить ситуацию.

Он выпрямился, схватив обеими руками горсти земли и при помощи света светляков стал бросать их в незнакомую фигуру, стоящую в нескольких метрах от него. Огонёк Дана погас, неподдерживаемый его волей.

Фигура движением рук пыталась защитится от комьев грязи, но они все летели и летели. А ребёнок злым голосом требовал исправить то, что он сделал с его братом. Фигура не двигалась с места. Здесь не должно было быть детей. Нужно было просто проверить границу, да и барьер какой-то слабый. Для него эта миссия важна, его мелкая миссия в действительно большом деле, о котором ему ничего не сообщали. Должны ли быть здесь дети? И что с ними делать?

Он вдруг ощутил обжигающую боль на уровне щиколоток. Ребёнок бросил ещё ком земли и пригнувшись за очередным, уже не выпрямился.

– Послушай, – охрипшим голосом сказала фигура.

Айзек теперь злился на себя, что совершенно ничего не может сделать. Он вцепился в сочную траву, будто она помогала ему не упасть. Дан больше не метался, а лежал, дергаясь и бессильно ноя. Наконец Айзек решился и побежал, сразу с полусидячего положения, на незнакомца, намереваясь растерзать его зубами и ногтями.

Но незнакомец вдруг отлетел в сторону, весь воздух на миг вспыхнул огнём и погас. Падая на камень, Айзек заметил, что вместе с огнём погасло некоторое количество светляков. Злость застряла в груди при ударе о камень.

Секунда или вечность? Он вскочил на ноги. Вокруг множество знакомых огоньков – мамины. Дан на руках у отца. Глаза сами закрылись, тело легло на траву, осталась тьма. И голоса.

– Джереми убил его, – голос Рики.

– Как Дан? – это взволнованная мама.

– Успокоился, – отец, – лучше иди к Айзеку.

– Интересно, куда ушёл Джереми? – спросил Рики.

– Пусть подольше будет там, – сказал Виктор, – я собираюсь его убить.

– Это был шаман, судя по состоянию Дана, – заметил Рики, – И потом, Джереми тоже не знал.

– Мне плевать.

– Ты сам согласился на это.

– Мне плевать, – он медленно пошёл в сторону дома, – Их слишком много, а я один. Проклятые колдуны.

Рики оглянулся на Марту, которая не могла уговорить Айзека пойти домой, и остановился в растерянности.

– Оставь, – ответил на это Виктор, не поворачиваясь, – силой будет только хуже. Пусть лучше Марта уговорит его, у нее обычно получается.

– Я тут полежу.

– Тут опасно, сам видел!