Валерий Новоселов – Азбука долгожителя (страница 8)

Но, с другой стороны, любой врач сегодня знает, что болезнь Альцгеймера, чума XXI века, имеет генетический компонент (так что, если у вас была пара родственников с таким расстройством, то риск заболеть у вас заметно выше). Однако одновременно (это тоже установленный факт) есть люди, которые даже с такой наследственностью в преклонном возрасте не имеют никаких признаков выраженного снижения когнитивных функций. Очевидно, генетический вклад наследования болезней является более модифицируемым, чем мы думали ранее.

Читая работы по изучению долголетия, мы неминуемо сталкиваемся с интересным феноменом «валидатора рекорда Кальман»[25]. Во многих статьях упоминается этот случай, что даже стало неким ритуалом. И никуда не деться от этого рекорда в теме долголетия, и в этом тоже был расчет французского Остапа и Павла Ивановича Чичикова, ученых, которые подтвердили рекорд чемпионки мира по продолжительности жизни. Но они не поставили мир в известность о тех материалах и сведениях, которые у них были: это могли быть два разных человека, мать и дочь. И, когда Жанна ушла из жизни, вероятнее всего, в далеком 1934 году, ее дочь в силу неизвестных нам причин стала жить по документам умершей. Об этом рекорде и том, как шло расследование, можно ставить пьесу «Ученый и его дьявол».

Фото женщины, которая называла себя Жанной Л. Кальман (Источник: Facebook)

В доказательство этого изначально и так предельно сомнительного рекорда один из авторов всегда стал указывать на генетические причины ее долголетия, приводя в пример множество долгоживущих родственников. Но это происходило без указаний фамилий и дат жизни, причем после проверки архивных документов это не подтвердилось. Ее выполнили член секции геронтологии МОИП при МГУ математик Николай Федорович Зак и его добровольные помощники из Франции. Закономерный итог: не было обнаружено большого количества долгожителей в ее роду, о котором так много и долго говорили ученые, изучавшие этот рекорд. Из нескольких десятков ее предков всего пара человек дожила до границы долголетия. И вот перед нами Ивонн Кальман, которая прожила 99 лет. Но так как такие люди не редкость и многие из нас могут сказать, что у них была бабушка или дедушка, которые жили долго, даже несмотря на революции и войны, то это не доказывает, а скорее, наоборот, развенчивает генетическую гипотезу долгожительства.

Джеймс Вопел из Института демографических исследователей Общества Макса Планка, в базе которого записана продолжительность жизни Жанны Кальман, вообще отводит генетике только 3 %.

Но если наследственного компонента, как мы уже понимаем, в рекорде нет, то что же помогло Жанне Кальман долго жить? И тут наш современник узнает историю ее жизни: рекордсменка употребляла алкоголь, ела много шоколада и, по легенде, курила почти 90 лет.

И тут все довольны: и сам человек, который теперь может продолжать жить с вредными привычками, и мировой бизнес, считающий свою прибыль. А вы, даже не замечая этого, будете не только больше курить и пить вина, но и меньше слушать людей, говорящих, что все это вредно для здоровья и препятствует долголетию.

Французская газета La Parisien 24 января 2019 года написала: «Национальный институт демографических исследований принял ученых, специалистов по старости. На повестке дня вопрос, все еще немыслимый месяц назад: “Следует ли ставить под сомнение рекорд долголетия Жанны Кальман?”» Бельгийский ученый Мишель Пулен, как указано в газете, сказал на этой встрече следующее: «Если завтра будет подтверждено, что рекорд Жанны Кальман – подделка, то целый раздел науки будет поставлен под сомнение». И это весьма здравая мысль. Могу сказать больше: она уже поставлена под сомнение, а вот доказательство, что рекорд по продолжительности жизни – лишь ложь, покажет, что тему нужно окончательно закрыть.

Наиболее вероятно, что как таковых генов долголетия не существует, а есть лишь наследственные факторы, связанные с развитием серьезных заболеваний, сокращающих продолжительность жизни. А поиск генов долголетия может в итоге закончиться выявлением тех, что снижают смертность преимущественно в более молодом возрасте, что само по себе тоже не плохо.

Я тоже считаю, что эта жизнь заслуживает того, чтобы ей пользоваться подольше, но именно в состоянии здоровья. Только оно позволяет приносить радость себе и близким людям. И для этого не нужно рисовать очень сомнительные «голубые зоны» и слушать людей, у которых дата рождения изменена еще до Второй мировой или во времена иммиграции. Это лишь история. И отсутствие генов долголетия – это хороший шанс для нас, всех вместе и каждого отдельно. И это только говорит о том, что именно вы ответственны за продолжительность своей жизни.

Время жизни видов и эволюция

У эволюции нет цели увеличить продолжительность жизни вида. Причем любого. У нее вообще нет целей. Да и само слово «эволюция» не знакомо природе.

Сказки сказками, но пора и честь знать. От плутовских историй о долголетии и удобно расположившихся в них ученых нам надо все-таки перейти к реальности. И такой условной точкой в вопросе изучения данной темы может стать исследование продолжительности жизни разных видов.

Август Вейсман в 1881 году прочитал оставившую след в веках лекцию «О продолжительности жизни»: «Я рассматриваю смерть не как первичную необходимость, но как нечто приобретенное вторично в качестве адаптации». Но если посмотреть и дальше, можно увидеть книгу Иоанна Людвига Каспера «Вероятная продолжительность жизни человека» (Wahrscheinliche Lebensdauer des Menchen), где ставились вопросы о продолжительности жизни, долголетии и о том, что женщины живут дольше. А этот труд вышел в 1835 году. Но и это не конечная точка: есть и более ранние книги, в том числе и подданных Российской империи.

Вопросы о механизмах, лежащих в основе разной продолжительности жизни даже близких видов, о которых сегодня так много говорят и ученые, и интересующиеся этой темой, не новые, а скорее очень и очень старые. Их ставили еще во времена Гиппократа, отца медицины, а это было две с половиной тысячи лет назад.

Знание механизмов, использованных эволюцией при создании видов с очень необычной, по мнению ряда ученых, продолжительностью жизни, поможет раскрыть тайну процесса старения, а также понять роль генома. Виды, приспосабливающиеся к более длительному существованию отдельных особей, вынуждены выполнять определенные функции адаптации и гомеостаза на уровнях, соответствующих этой долгой жизни.

Можно предположить, что изменение по признаку продолжительности жизни особей как в большую, так и меньшую сторону способствует выживаемости вида, что означает, что длительность жизни – это не более чем разменная монета в процессе эволюции. А сами механизмы адаптации вида к среде обитания крутятся во все стороны, как кубик Рубика. И встают вопросы: 1) что является основной временной единицей эволюции – субклеточные структуры или ткани, и 2) как легче и проще всего наш разум может изменить время разумной жизни.

Полагаю, что у естественного отбора никогда не было цели увеличить продолжительность существования какого-либо вида. А вот жизнеспособность особей реализуется множеством различных способов, причем в совершенно разных направлениях морфогенеза[26] и конструкции адаптационных реакций. Скорее всего, форма и временное ее содержание вшиты друг в друга.

Вот, например, какое стратегическое решение может принять эволюция: у зимоспящих млекопитающих возникает состояние гибернации, то есть зимней спячки, а у незимоспящих – оцепенения. При этом процессы жизнедеятельности протекают заметно медленнее. И вряд ли подобные состояния подойдут виду, живущему в глубинах арктических морей, – они уже пошли по другой колее эволюции.

Недавно в Proceedings of the National Academy of Sciences (PNAS) вышла статья[27], где авторы ставят старый вопрос: «Почему даже близкие виды имеют такую разную продолжительность жизни?» Известно немало близких видов, между которыми наблюдаются огромные различия по продолжительности жизни. Например, длительность жизни некоторых морских ежей составляет меньше 5 лет, а их родственники живут до двух веков. Несмотря на изученность этого вопроса, нет свидетельств, что такие виды отличаются большей способностью к регенерации, репарации ДНК. Объяснить это разной степенью случайных повреждений тоже невозможно. Авторы статьи развивают следующую идею: если популяция живет кучно и под сильным давлением патогенов, то лучшая эволюционная стратегия – это иметь короткую продолжительность жизни. Ведь если инфицированная особь погибнет, то с ней будет уничтожена и вся масса патогенов. Если же она будет долго жить, накапливая в организме опасные вещества, то может заразить всю популяцию. Вот такое пояснение, явно интересное для 2020 года, когда планету атаковал новый вирус.

Но это же можно отнести не только к вирусным или бактериальным патогенным агентам, но и ко всем мутациям и болезням, травмам и потерям органов в течение жизни организма, ведь чем дольше жизнь особи, тем больше груз проблем, который она несет. И это касается не только нас, но и всей высокоорганизованной жизни на планете.