Валерий Муллагалеев – Волчий клан (страница 8)

— Какую еще?.. Формально это помощь служилым и народу. И правда полезно, когда маг под боком, а еще лучше — холеная молоденькая магичка… Но на деле это тунеядцы и мажоры. Наш Рюмин еще не самый худший представитель…

В глубине столовой раздался громкий голос, который перекрыл разговоры и бряцание ложек.

— Да срал я на решение маг-куратора! Волколаку не место среди нас.

По столу грохнул кулак, поднялся рослый офицер в гусарском жакете. Сосед по скамейке потянул его за рукав, офицер вырвался и рявкнул:

— Я решил, не лезь!

Он бросил взгляд поверх голов.

— Лютиков, ты здесь?

Послышалась возня, все начали оглядываться в поисках меня. Я отложил ложку и поднялся.

— Меня ищешь?

— Да как ты смеешь сидеть за одним столом с нами⁈ — воскликнул балагур и двинулся между рядов столов в нашу сторону.

Игорь тоже встал, процедил, обращаясь ко мне:

— Это поручик Клинов. Отличный вояка, волколаков ненавидит всей душой. До сего дня эта была замечательная характеристика. Гм, ты и сам ставил его всем в пример.

Клинов подошел ко мне вплотную, вздернул подбородок. Он был обрит наголо, лицо загорелое, обветренное, в рытвинах от давнишней оспы. Горбатый нос то ли был сломан, то ли достался вместе с национальностью.

— Да… — прошептал он, разглядывая мои волчьи глаза. — Это правда, ты один из них. Отродье. Казнить таких надо, но нет же. — Он повысил голос, обращаясь ко всем вокруг: — Все сидят молчком, втянув язык в жопу!

По столовой пронесся недовольный ропот, но никто не сказал ни слова против. Было видно, что Клинова побаивались, да и насчет меня были с ним согласны. Клинов зыркнул по сторонам и продолжил:

— То-то же. Но я исправлю это недоразумение. Только из уважения к твоему роду, Георг, официально вызываю тебя на дуэль.

— Осади коней, Клинов, — сказал Игорь. — Георгий старше тебя по званию, ты не можешь вызвать его.

— Да-а-а? — протянул Клинов. — Быть может, тогда господин, мать его, капитан сам соизволит меня вызвать? Например, за неуважительное поведение.

Взмахом ладони он скинул со стола мою тарелку и плюнул мне под ноги.

— Да, — сказал я. — Пожалуй, ты нарвался. У меня были большие планы на это рагу.

Почему сегодня все требуют от меня убийств?

— Жду тебя на улице через пять минут, — сказал Клинов и пошел к выходу. Оглянулся и добавил: — Псина блохастая.

Я цыкнул зубом.

— Чего он такой возбужденный?

— А чего ты ждал от нашего подразделения? — сказал Игорь. — Логично, что на зачистку северных лесов от волколаков набирают тех, кто их ненавидит. В свое время Клинов остался сиротой из-за волколаков и посвятил жизнь охоте.

— Придурок. Ищет проблему там, где ее нет.

— Георг, расслабься. Я выйду вместо тебя, защищу честь рода Лютиковых. Фехтую я не хуже Клинова, а ты после ранения и зараженный…

— Нет, — сказал я. — Никогда не рискуй ради меня, понял?

Не хватало мне лишиться брата еще и в этом мире.

— Дело твое… — неуверенно сказал он. — Но Клинов очень хорош в бою. Ты не обязан.

— Я тебя услышал. Не пытайся мере переубедить, Игорь.

Наружу за нами потянулись и другие офицеры. Даже едва пришедшие на обед побросали ложки и поспешили на улицу.

Никто не хотел пропустить дуэль ротного командира, обращенного в вурдалака, и лучшего вояки. Краем глаза я заметил, как в руках мелькают монеты, в блокнотах записывают ставки.

— Мелкие людишки, — процедил Игорь. — Позорят честь служилого дворянина.

— А что такого? — сказал я. — Поставь и ты на меня. И все мои деньги. Если проиграю, то они мне все равно не понадобятся.

— Ну это же низко, брат. Дуэль — это благородное дело, а не выступление на арене.

— С волками жить — по волчьи выть, — ухмыльнулся я. — Деньги, потраченные на правое дело, считаются благородными. А наше дело какое?

— Правое, конечно!

— Ну вот и поставь. Чую, мне они еще пригодятся. Ты сам говорил, что сейчас все против меня. Волколакам нынче тяжко.

— Ладно, но себе я не возьму ни копейки!

— Как хочешь.

На площадке посреди лагеря собралась целая толпа. Клинов энергично ходил взад-вперед, отмеряя шагами пространство для дуэли. Он уже вынул саблю и вращал ее в руке, на отполированном клинке вспыхивало солнце.

Подошли свободные от караулов солдаты, встали в стороне плотными рядами. Все возбужденно переговаривались и спорили, кто-то напевал военную песенку.

Между тем на границе лагеря поднялась еще одна суматоха. Мимо пронеслось двое всадников с красно-оранжевыми флагами рода Рюминых. Зазвучали радостные голоса и смех.

— Что еще такое? — спросил я.

Игорь приложил ко лбу ладонь и вгляделся.

— Этого еще не хватало, — сказал он. — Как всегда не вовремя. Гости пожаловали.

— Нападение? — не понял я.

— Эх, если бы. Приехала баронесса, сестра Рюмина.

На дорожку между палаток выехала карета в сопровождении всадников на белых конях. Форма всадников отличалась от нашей. На них были красные жакеты, петли поперек груди блестели настоящим золотом.

Из белеющей поодаль палатки вышел Рюмин, на ходу поправляя цилиндр. Широким шагом он быстро пошел наперерез карете. Собравшихся солдат он будто вовсе не заметил, прошел мимо.

Кучер на облучке кареты натянул стремена. Дверца распахнулась, показались изящная ножка в белом чулке, затем вторая. Из кареты вышла стройная девушка. Она была одета в те же цвета, что и Рюмин, бордовый шелк переливался на солнце жидким огнем.

Мой взгляд закружился в спиральных рыжих локонах и спустился к глубокому декольте. Полушария с четкими контурами казались упругими, как мармелад. Обостренным обонянием я учуял тонкие духи и кое-что еще — сногсшибательный запах молодой женщины.

Рюмин заключил баронессу в объятия. Та довольно пискнула, засмеялась в ответ на его реплику. Я навострил уши и вычленил из людского шума их голоса.

— Как доехала, родная? — сказал Рюмин. — Пойдем скорей ко мне, расскажешь новости из Вельграда. Мне тоже есть, что рассказать.

— Погоди, я привезла служилым бочку отменного вина, давай порадуем!

— Подождут, никуда не денутся, — отмахнулся Рюмин.

— Да нет же, вон как они меня встречают…

Рюмин огляделся и только сейчас заметил круг для дуэли. Улыбка не покинула его лицо, но из радостной стала глумливой.

— Э, нет, сестричка, они не тебя встречают. Тут намечается выяснение отношений. Служилые будут меряться письками.

— Корнилий, нельзя потворствовать дуэлям! Служилым только дай волю, и они переубивают друг друга.

Рюмин увидел меня, перевел взгляд на Клинова. Прищурился.

— Боюсь, в этот раз у ребят серьезные основания. Видишь этого рослого удальца с черными усами и недельной щетиной? — Он указал на меня ладонью.

Баронесса раздраженно повернула лицо в мою сторону и замерла. Наши взгляды встретились. Огненный цвет ее одежд, свиты и гербов на карете — все это стало фоном для ее родниково-голубых глаз, глубоких и притягательных, как глоток воды в раскаленной пустыне.

— Георгий, — позвал меня Игорь.