Валерий Муллагалеев – Волчий клан (страница 19)

— Правда, что ли⁈ — воскликнул купец, снова повернувшись к стражникам. — Так я поэтому и хочу внутрь!

— Ну вы там, если что случится, кричите, — сказал стражник, после чего отошел от перил, свет факела удалился вглубь будки на помосте и больше не появлялся.

Купец в сердцах махнул рукой и повернулся ко мне.

— Вот что за люди, а? Для них же стараюсь, задницей своей рискую, а они вон какие неблагодарные.

— Издержки бизнеса, — сказал я.

— Чего-чего, ваше благородие?

— Торговля, говорю, опасное ремесло.

— Это вы точно подметили. Приятно такое слышать, честно скажу, ведь вы по долгу службы тоже рискуете.

— Угу, тоже, — сказал я, ухмыльнувшись.

Купец поставил фонарь, неуклюже слез с облучка, тяжело спрыгнул на землю.

— Эт хорошо, что вы объявились, господин, рад компании. Зовут меня Репей.

Он протянул руку.

Я пожал широкую бугристую ладонь.

— Капитан Лютиков. Можно просто Георгий.

— Ну я так-то тоже не Репей, а Всеволод Репьёв, но известен как Репей. Слыхали обо мне, ваше благородие?

Я покачал головой.

— Обидно слышать, честно скажу. В здешних местах меня знают. Мало кто сюда торговать приезжает, потому и знают. Встречают с распростертыми объятиями… Ну, как правило. Лишь в этой волости какие-то засранцы попались. Ха! Васильково, название-то какое славное… А чего вы без коня?

— Потерял.

— Плохо дело. Я бы вам продал, но у самого всего две лошадки, как видите. Да и не по статусу вам тяжеловозы эти.

Он говорил беззаботно, но то и дело искоса поглядывал на мои волчьи глаза. Поглядывал, но никак не комментировал.

Раз городок закрыт, я вполне был готов продолжить путь ночью, возможно, в волчьем обличье, но тот запах пороха… это меня заинтриговало.

— Чем торгуешь, Репей? — спросил я.

— А что вас интересует? У меня много всего разного. Заморские штучки-дрючки, механизмы, писчие принадлежности, книги, деликатесы, вино, водочка. Украшения и наряды бабские не предлагаю, но и такое имеется, спрос хорош.

— Оружие?

— Ну что вы, господин, я законопослушный купец. Ножики, разве что…

— Вот как? Тогда предлагаю выпить за знакомство и поужинать. Я угощаю, в смысле оплачиваю.

Репей потер ладони.

— Эт дело славное. Вот только пить я сегодня не буду и вам не советую, ваше благородие.

— Почему?

— Боюсь, что ночь будет неспокойной. Не зря эти засранцы частокол поставили и за ворота не пускают, ох не зря.

В середине ночи стало ясно, что Репей оказался прав.

Глава 8

Мочи уродов!

Дикая хрень началась не сразу.

Мы развели за фургоном костер, Репей достал сковородку, с энтузиазмом принялся за готовку. На масле зашкворчал лук, яйца, тонкие ломтики мяса.

Упоительные запахи в свежем весеннем воздухе напомнили загородные пикники и гулянки моей молодости. Еще бы выставить из фургона музыкальную колонку и врубить что-нибудь из ностальгического.

— Ты как хочешь, но я рюмашку опрокину, — сказал я. Располагает шибко.

Репей тоскливо посмотрел на горизонт, где сохранились последние отсветы заката и поднимался белесый туман.

— Я б с удовольствием, да не время расслабляться, ваше благородие.

— А для храбрости?

Он хлопнул в ладоши и хохотнул.

— Точно! Умеете вы убеждать, однако. Та-ак, — протянул он, заглядывая в фургон. Сам-то я самогон потребляю и угостить готов. А если ваше благородие желает чего получше, то оно все на продажу.

— Намек понял, — улыбнулся я. — Почем у тебя лучшая водка?

— Лучшая — это «Императорская». Ее готовят при участии магов-алхимиков. Чистая, как северные ледники, а голова от нее легкая, как облачко. Двадцать копеек бутылка.

Денег у меня было навалом, но я не стал лишать его удовольствия поторговаться.

— У-у-у, — сказал я.

— Что?

Я пожал плечами. Борода Репея дрогнула от ухмылки.

— За восемнадцать продам.

— Я бы пятнадцать дал. И тогда гляну еще, что у тебя за деликатесы есть.

— Семнадцать, ваше благородие.

— Шестнадцать — и поднимем тост за твое гостеприимство.

— Ай, по рукам.

Деликатесами оказались копченые колбасы и острый сыр с прожилками. В итоге я отдал Репею целый серебряный рубль, и тот уселся за ужин довольный.

По одной не ограничились, бутылка за ужином опустела наполовину. Я убедил Репея перестать звать меня «ваше благородие», перешли на «ты».

— Вот никак в толк не возьму, Георгий, — проговорил Репей, в очередной раз глянув на мои глаза. — Ты офицер, которого покусали, или волколак, надевший офицерский доломан?

Ни то ни другое…

— А если второе? Тебя не смущает компания волколака?

Репей огладил бороду.

— Торговля на рубежах дело такое. Общаться доводится со всякими людьми, и я не делаю различий. Сегодня у меня отоваривается маг, завтра — крестьянин. А порой и колдун-отшельник.

— А разбойники?

— Пока я всем нужен, меня не трогают. Смекаешь? Зачем грабить фургон, если в следующем месяце я привезу заказы.

Я кивнул, бросил в рот соленый огурчик.

— Уважаю твою позицию, Репей. Что касается твоего вопроса, то я правда офицер, не ряженый.

— Ого! На моей памяти такое впервые. И давно ты так?

— Пару дней.