Валерий Муллагалеев – Волчий клан (страница 12)

— Я, конечно, могу задержаться и до завтра. Убить еще пару офицеров, которые меня вызовут на дуэль. Так у вас весь командный состав кончится, Корнилий Павлович.

— Нет, ну нахал, а? — сказал Рюмин. — Шантажирует меня своим присутствием. Ладно, ради того, чтобы ты поскорее уехал, я напишу рекомендацию сейчас. Но чтобы утром тебя уже не было, договорились?

— Договорились.

— Свободны, капитан. Больше ко мне не вламывайтесь, документы принесет посыльный. Искренне надеюсь, что больше вас никогда не увижу. Всего доброго.

— Взаимно.

Рекомендацию я дождался к позднему вечеру.

Тени вытянулись, повеяло прохладой осенней ночи. Я лежал на кровати в своей палатке, отдыхал от этого сумасшедшего дня и думал о превратностях жизни, когда дверной полог отодвинулся в сторону.

Вот только бумаги принес не посыльный.

— Тук-тук, капитан, — сказала Инесса и вошла в палатку.

Глава 5

Вкус баронессы

В комнате стало светлей, как будто зажегся еще один светильник.

Инесса соблазнительно улыбнулась и развела руки в стороны. В одной был пухлый конверт, в другой — бутылка вина. Поверх платья Инесса накинула легкую шубку из ярко-рыжего меха. Что-то мне подсказывало, что это не краска, а шкура диковинного зверя.

Я поднялся с кровати и коротко поклонился.

— Польщен вашим визитом, баронесса.

— Решила лично угостить вас столичным вином. У вас был тяжелый день, капитан.

— Что правда, то правда, благодарю.

Инесса протянула мне конверт, я попытался его взять, но она вложила мне в ладонь бутылку.

— Не будем торопиться с бумагами. Для начала выпьем, — сказала она.

Судя по ее речи и румянцу, выпила она уже и так достаточно. Я сдержал улыбку. Мне что, предстоит строить карьеру через постель?

— Простите мое любопытство, но ваш брат знает, что вы здесь? — спросил я.

— Я вас прощаю, капитан. Вы верно подметили: Корнилий мне брат, а не отец.

Я окинул ее взглядом. Распахнутая шубка не скрывала платье, а оно не скрывало сочность груди и узость талии. Более того, подчеркивало. Здоровенные каблуки делали ноги вопиюще длинными.

Ядро заворочалось, послало мне недвусмысленные сигналы. Я и без волколачьей сущности был готов стиснуть Инессу в объятьях, впиться в наглые губы и разложить ее на постели.

Все ее поведение к этому располагало, но я не торопился. Мотивы ее были неизвестны, а Рюмины та еще семейка.

Повертев в руке бутылку, я указал на сундук.

— Что ж, присаживайтесь.

Села она не на сундук, а на край кровати. Похлопала глазками и улыбнулась.

Я откупорил бутылку, пошарился на этажерке в поисках посуды. Нашлась помятая оловянная кружка с изображением щучьей головы. Еще была маленькая чашечка, но ее занимала оплывшая свеча.

— Могу уступить вашему сиятельству кружку. Я буду пить из горлышка.

Инесса рассмеялась.

— Впервые такое слышу! Но такая полевая романтика мне по нраву. Уберите кружку и дайте-ка это сюда.

Не сводя с меня глаз, она обхватила горлышко бутылки губами и сделала большой глоток. Протянула бутылку мне.

— Ваша очередь, капитан.

В глазах ее скакали искорки. Я изогнул бровь и улыбнулся. Отказываться, конечно, не стал.

Вино было легким и сладким. С обостренным чутьем я ощутил также мимолетный вкус ее губ. Вечер обещал быть интересным.

— Великолепное вино. — Я устроился на сундуке, соблюдая дистанцию. — Как вам в нашем лагере, ваше сиятельство?

— Скучать не приходится. Кстати, не хотите ли вы меня… — Она сделала паузу. — Поблагодарить за спасение?

Выходит, она считает, что спасла меня на дуэли? Вообще-то у меня все было под контролем, и выходка с самострелом Клинову не помогла. Доказывать я ей ничего не собирался и просто сказал:

— Нет.

Она возмущенно уставилась на меня.

Я молча отпил вина.

— Прав был Корнилий, — сказала она. — Характер у вас несносный.

Я приподнял одну бровь протянул бутылку. Улыбка моя была преисполнена галантностью. Инесса прыснула и тут же нахмурилась, возвращая лицу строгость. Бутылку все-таки взяла, вино потекло ей в рот бойким ручейком.

— Я от вас не заражусь ликантропией? — спросила она.

— Насколько я знаю, для этого нужно получить укус в полнолуние.

— Это известный факт. Как и то, что у магов к ликантропии иммунитет.

— Я в любом случае не собираюсь вас кусать, ваше сиятельство. — Я ухмыльнулся. — Ни в полнолуние, ни в другие места.

— А вот это прозвучало обидно. Жду ваших извинений.

Я склонил голову, пряча улыбку.

— О, я так виноват, баронесса, что извинения не в силах искупить мою вину. Не буду даже пытаться.

Она засмеялась.

— Принимается. Ух, жарко тут у вас.

С этими словами она скинула шубку и томно потянулась. Пламя светильника окрасило тонкие белые плечи оранжевым. Тени подчеркивали глубокие изгибы фигуры.

— Вы уже превращались в зверя, капитан?

— Самую чуточку, когда ваш брат меня достал.

— У него к этому талант. — Она глотнула вина. — Ну а в какую форму вы превращались?

Ответ на этот вопрос я и сам не знал. Судя по всему, я был близок ко второй форме. Игорь говорил, что при этом тело остается как у человека, но покрывается шерстью, голова становится волчьей и отрастают когти, способные вспороть кольчугу.

Я улыбнулся, демонстрируя клыки. Инесса кокетливо поежилась. Кажется, ее привлекала именно моя волчья сущность. Извращеночка! Это мне понравилось. Люблю, когда во мне ценят лучшие качества.

Инесса помахала передо мной конвертом с рекомендацией. Напахнуло цветочными духами и ее личным запахом — неописуемым и оттого особенно дразнящим. Ядро встрепенулось. Ох, доиграется, дамочка…

— Я там и от себя добавила пару слов. Знала бы, какой вы неблагодарный мужлан, не стала бы!

— Правда? И что же вы написали?

— Вы этого никогда не узнаете.

— Давайте вместе почитаем.

Она погрозила пальчиком, заодно полюбовавшись на алый маникюр.

— И не пытайтесь это сделать. На конверте магическая печать. Попробуете открыть, и — пф-ф! — содержимое сгорит. Быть может, и пару пальцев оторвет.