Валерий Матев – Шерлок Хоумс и газоэлектросварщик Толик Ямошито. Первая часть (страница 3)

- Старался как мог, Андрей Харджумарович.

- Старался он.

- Товарищ полковник, разрешите обратиться?

- Что ещё?

- Вы бы могли пойти на кое-какой компромисс ради повышения показателей по человеко-часам, ну и по раскрываемости в целом?

Полковник оторвал взгляд от бумаг, лежащих на столе, и уставился на Восьмихатова.

- Ты это о чём? - в словах кадровика полковник услышал подвох.

Выдохнув от волнения, Виктор Иванович стал рассказывать историю о Шерлоке Хоумсе. Андрей Харджумарович слушал, смотрел Восьмихатова и постепенно лицо его краснело, как будто его накаляли изнутри газовой горелкой. Не дослушав до конца, он закричал:

- Да вы что там со своим кентом анаши накурились? Уйди с глаз моих. Видеть тебя не хочу.

На следующий день ближе к концу рабочего дня в кабинете кадровика зазвонил телефон.

- Восьмихатов. Слушаю.

- Это Едваев. Зайди ко мне.

Виктор Иванович закрыл кабинет и, раздираемый догадками, пошёл наверх.

- Разрешите? - спросил он.

- Заходи. Садись.

Выражение лица полковника было благожелательным и майора слегка отпустило.

- Так что ты там рассказывал про Шерлока Холмса?

- Хоумса, - поправил Виктор Иванович и подумал. – «Надо же, клюнул».

- Ладно, давай, - полковник жестом предложил повторить рассказ.

Едваев выслушал Восьмихатова и спросил:

- А друг твой не разыгрывает нас? А то смотри, я ему ноги повыдираю.

- Да нет, Андрей Харджумарович. Но у него условие.

- Что ещё за условие?

- Кто-то из нашего ОБЭПа кошмарит их контору. Нужно дать им отбой.

- Ну с этим разберёмся. Ты вот что, давай-ка позови его ко мне, лучше завтра.

- Слушаюсь, товарищ полковник.

Уже дома майор позвонил однокласснику.

На следующий день после обеда у начальника Чкаловского РОВД состоялся неофициальный договор «купли-продажи». Трискиба пообещал в течение полутора-двух месяцев предоставить следователя в количестве одной штуки, а Едваев решить вопрос с ОБЭПом.

Шерлок Хоумс против «Союза меча и орала»

Спустя два месяца в кабинет Восьмихатова вошли Трискиба и высокий стройный человек с пышными усами, с кавказскими чертами лица, с большой спортивной сумкой и футляром, оклеенным чёрным, тиснённым, потёртым дермантином.

- Товарищ майор, разрешите обратиться? - спросил высокий человек.

- Обращайтесь.

- Капитан Хоумс. Прибыл из Камодова переводом к вам.

- Грузин? - спросил Виктор Иванович у капитана.

- Нет, русский, - недоумённо ответил тот.

- Хорошо. Ваши документы.

Хоумс достал из сумки барсетку и выложил из неё документы, уже заранее подготовленные Восьмихатовым. Здесь было всё - и паспорт, и СНИЛС, и аттестаты, и удостоверение. В общем всё.

- Подождите минутку, - майор вышел из кабинета и позвал Трискибу.

В коридоре он спросил:

- Саш, а это что за Мимино? Ты же мне чистокровного англичанина обещал, а этот… вылитый грузин.

- Не грузин, а наполовину осетин. Вторая жена Хоумса-старшего была осетинкой, отсюда и внешность.

- А что за футляр?

- Это саксофон. Джазом увлёкся, - сказал Александр.

«Дела» - подумал Виктор Иванович.

- А с памятью что?

- В общем он в курсе, что он репликант и знает, что ты с начальником в курсе, помнит всю свою жизнь, а о нынешней…ну так поднатаскали. По легенде он частично потерял память после контузии от взрыва гранаты. Так удобнее, чтобы не спалиться. В общем ты тут всем своим, кто будет с ним контактировать, скажи, что нетактично его расспрашивать о прошлом.

Они вернулись в кабинет.

- Пошли, капитан, - обратился Восьмихатов к Хоумсу. - Я тебя начальству представлю. Вещи тут оставь.

Кадровик постучал в дверь начальника РОВД и, не дожидаясь ответа, вошёл, за ним вошли Хоумс и Трискиба.

- Здравия желаю, товарищ полковник. Вот привёл нового сотрудника. Знакомьтесь, капитан Шерлок Хоумс из Камодова.

- Здравия желаю, - сказал Хоумс.

Полковник встал из-за стола, подошёл к компании и протянул руку незнакомцу.

- Как супруга? Полегчало? - спросил Шерлок у начальника.

Едваев непонимающим взглядом посмотрел на Трискибу и на Восьмихатова.

- Что за чёрт, что за фокусы, как ты узнал? - спросил Андрей Харджумарович.

- Элементарно, как сказал бы мой покойный батюшка, - улыбнувшись, ответил тот. - От ваших рук пахнет корвалолом, а изо рта нет, следовательно, накапывали вы его не себе. Видимо утром вашей супруге стало нехорошо. Вот я и спросил, стало ли ей лучше?

- Во даёт! Герой! - сказал полковник. – Ладно, давай оформляйся, а потом, - он обратился к майору. - Отведёшь его на квартиру. Мы тут тебе в семейном общежитии комнату оформили. Не хоромы, но жить можно. А завтра с утра милости просим, так сказать с новыми силами на службу. Дел невпроворот. Все свободны. Да, Александр, останься на минутку.

Когда Восьмихатов с Хоумсом вышли Едваев спросил:

- Слушай, а что это вы ему имя и отчество дали Шерлок Шерлокович? Ну сделали бы Василий Иванович или Сергей Петрович. Звучит как-то не очень, Шерлок Шерлокович Хоумс, его же здесь шуточками замучают. Фамилия-то ладно, в Кировском начальник ОБЭПа вообще Черчиль Фёдор Егорович. Ну Черчиль и Черчиль, зато Фёдор Егорович, а у нас Хоумс, да еще и Шерлок Шерлокович.

- Да он сам так захотел.

- Надо было переубедить. Ну да ладно, чего уж теперь, - полковник махнул рукой.

Восьмихатов отвёз Хоумса в бывшее общежитие строительно-монтажного управления. Здесь ему выделили комнату на третьем этаже. С лестничной площадки расходились четыре двери. Виктор Иванович отомкнул первую слева, отдал ключи и пропустил его вперёд. За входной дверью большой холл с двумя окнами и четырьмя дверьми. Одна из них была открыта.

- Это кухня, - сказал майор. - Здесь ванна. Вот эта комната твоя, - он показал налево, а здесь сосед.

На двери соседа висел лист нержавеющей стали, на котором был наварен, если можно так выразиться, профиль какого-то мужчины и аккуратными ровными буквами в готическом стиле сварочным швом сделана надпись «Десептиконы всех галактик, объединяйтесь!». Кто такие десептиконы Шерлок не знал.

- Кухня, холл и ванна у вас общие. Потом познакомитесь и определите свой быт.