Валерий Краснобородько – Путь воина (страница 5)
– Эй, малец! – позвал офицер ребёнка. – Подь сюды!
– Господин капитан, вы меня зовёте? – перекрикивая шум, спросил Миша. Разбираться в погонах его отец научил, ещё пару лет назад.
Капитан, понял, что не ошибся в юнце.
– Вас, молодой человек. Вас.
Мишка подошёл к офицеру, но держался чуть поодаль.
– Да не бойся.
– А я и не боюсь. Если что, то могу и сдачи дать!
– Серьёзно?
– Да! – искренне ответил Мишка. – Отец меня научил кулачному бою.
– Охотно верю! – улыбнулся офицер. – На вот, угощайся! – и протянул половину булки свежего, ароматного и ещё тёплого хлеба, кольцо колбасы, шматок сала и пяток наисвежайших бубликов на бечёвке.
– Э…
– Не переживай. У меня есть. Это я, для тебя купил. Вижу, ты впервые в наших краях?
– А, как вы…
– Понял? – усмехнулся капитан. – Давно живу!
Мишка ошеломлённый стоял с открытым ртом и смотрел на офицера.
– Шучу! Всё гораздо проще. Я, до войны, здесь в полиции служил… в уголовном розыске, – он повернул голову, – службу вспомнил… – два жандарма вывернули из-за угла здания. – Хватай еду и иди к поезду. Полиция! К тебе обязательно привяжутся! Иди!
– А…
– Живо! Я, если что, их придержу.
– Спасибо!
– Беги!
Мишка повернулся к поезду лицом и торопливо зашагал. Чем привлёк внимание патруля. Жандармы бросились вдогонку с криком:
– А ну-у, стоять!
– Да оставьте вы его! – заговорил капитан, но его и слушать не стали.
Но малец, не остановился, юркнул под пассажирский вагон. На соседнем пути стоял грузовой эшелон. Товарные вагоны были открыты. Мишка хотел и под него нырнуть, но состав тронулся. Тогда, не раздумывая, забросил в открытый вагон подарок капитана и сам следом запрыгнул. И сразу спрятался за стенкой. В щель было видно, как патруль вылез из-под поезда, сразу принялся заглядывать под начавшие катиться вагоны. Осмотрели несколько открытых вагонов, старший произнёс, махнув рукой:
– Утёк! Зараза.
– Та и Бог с ним! – отозвался второй.
– А если, украл чаво?
– Не! Этот не-е! – замотал головой второй. – Этот, из благородных кровей! По нём же сразу видать.
– Думаешь?
– А то!
– Тогда, я тебе так скажу, значится, укатил на поезде.
– Укатил?
– Укатил.
– Вот и хорошо. Одной проблемой меньше!
– Согласен. Пусть у кого-то другого голова трещит!
– Именно, Семён Анатольевич!
– Идём обратно.
– Ага.
– А, чего мы тогда бежали, как подорванные?
– Для того самого…
– Чего?
– Ну… этого…
– Чего?
– Чего-чего! Для… Про… Прохвилактики, во!
– Профилактики. Ха-ха!
– Во-во! Её самой. Язви её в корень!
А поезд катил вперёд, набирая скорость. Капитан же довольно ухмыльнулся, глядя как патрульные, вернулись с пустыми руками.
Вор не вор
С продуктами, которыми угостил капитан, Мишка протянул трое суток, удобно устроившись в пустом товарном вагоне. Поезд катил по рельсам, а безбилетный пассажир, с интересом рассматривал проплывающий мимо первозданные и нетронутые пейзажи необъятной России. И не отказывал себе в хорошем сне на охапке сена. Благо было и время, и возможность.
А вот когда продукты закончились, Прохоров-младший помогал пассажирам, с большими чемоданами, погрузить их тяжёлые баулы в пролётку, телегу, иногда даже в машину. И за это, получал хорошее вознаграждение. Да, было тяжело, но гораздо лучше, чем воровать. Кто едой платил, а кто-то и деньгами, иногда весьма приличными, которые Мишка, с превеликим удовольствием, тратил на продукты. А, когда заработать не удавалось, пришлось переступить через себя, своё воспитание и пойти воровать. Брал исключительно продукты. И, набрав некоторое количество оных, запрыгивал в пустой вагон товарного поезда, или забирался на крышу, и ехал всё дальше и дальше на восток. Его второе «я» шептало, что чем дальше на восток он уедет, тем легче ему будет… Так думал он сам и его второе я… Но Мишка, был мал, и пока ещё не знал, что убежать от себя и своих воспоминаний нельзя…
Мысли о родителях, в минуты сна или отдыха, возвращались. Так хотелось мальчику их обнять… Прижаться к маме, папе… Почувствовать ласку и тепло родительских объятий… Но всё это, было в прошлом… Как Мишка не крепился, иногда такая тоска нападала на него! Слёзы сами текли ручьями…
Эшелон сбросил ход, чем прервал грустные мальчишеские воспоминания. Миша поднялся на ноги и выглянул в открытую дверь. Впереди показался город. Он не знал куда и за чем едет этот эшелон, и вагоны могли в любой момент отправить на загрузку. Во избежание такой неприятностей, юный пассажир, будучи налегке, осторожно, но быстро, вскарабкался по двери на крышу вагона. Спешно лёг на неё, чтобы остаться не замеченным и выбрав удобный момент спрыгнуть с поезда.
Состав прибыл на станцию Могоча. Это был маленький и хорошо обжитой городок.
Видя, как состав загоняют под загрузку лесом, Мишка, спустился с крыши и спрыгнул на землю. Отряхнул руки. Осмотрелся. И по выработанной уже привычке, за несколько недель путешествия, прямиком отправился на станцию. В надежде там, честным трудом, раздобыть немного пропитания и одежды. Несмотря на то, что на дворе стояло лето, ночи были уже прохладными. А именно, две последние, заставили мальчугана серьёзно задуматься о тёплой одежде.
Попытался подзаработать, но пассажиров в этом городке было не так много, то из этого ничего путного не вышло. В сердцах махнул рукой и отправился на местный рынок. Проходя мимо хлебной лавки, Мишка задержался. Бойкий хозяин оживлённо о чём-то разговаривал с посетителем. И как только, булочник потерял бдительность, он взял с прилавка два пирожка и зашагал в сторону рынка. Его воровство никто не заметил. Значит, можно спокойно съесть добытые пирожки. Они были нереально вкусными и так же нереально быстро съедены. На какое-то время о еде можно и забыть.
Блукая по рынку, ноги донесли его на барахолку. Мишка Прохоров никогда не бывал в таких местах и понятия не имел как себя вести. Но, вопрос сейчас стоял не в этом. Заработать всё никак не получалось. Свои запасы истрачены. А одежда была нужна. Присмотрел несколько мест, где люди продавали новые и поношенные вещи. В первом месте, за прилавком сидел грузный и хмурый дядька. От одного взгляда на него, у Мишки, пробежали мурашки по коже. У прилавка напротив, торговала сердобольная старушка. Она, крутилась как юла, успевая всех обслужить, и деньги взять, и сдачи дать и лежащий неровно товар поправить, да ротозеев отогнать. Народ к ней валил толпой. В третьем месте, женщина в красном платке, торговала прямо с телеги. У неё торговля шла вяло. И, как показалось мальцу, она потеряла бдительность. Выбор был сделан. Воришка двинулся вдоль торгового ряда. И едва женщина отвернулась, Мишка живо схватил лежавшие с краю штаны да шерстяной свитер, и сделал пару шагов, как позади раздался громкий крик:
– Держи вора! Парни, за мной!
– Что украли? У кого украли? – сонно спросила женщина в красном платке.
– У тебя украли! – закричал сосед по рынку. – От него уж и след простыл! Пока ты, клуша, очухалась.
Мишка обернулся и увидел, как на него летят, с диким гиканьем и улюлюканьем, пятеро ребят. Двое из них, старше его, лет на пять-шесть. Не задумываясь побежал куда глаза глядят, крепко прижимая к себе украденные вещи.
Бежал быстро, надеясь, что уличная шпана отстанет. Но, парни, продолжали преследование. И может всё-таки бы отстали, если б не одно «но»!
Ещё один двор и свобода! Мишка, уже чувствуя простор, забежал во двор. Как назло, этот двор оказался непроходной. Тупик! Он остановился. Принялся вертеть головой в поисках выхода. Следом влетела ватага разгорячённых и запыхавшихся преследователей. Перемахнуть через высокий забор уже не получиться. Нет времени. Мишка решил принять бой. Поскольку, ничего другого не оставалось.
– Отдай вещи, паскуда! – с трудом дыша, кричала шпана.
– На те! Выкусите! – Прохоров-младший показал им «фигу».
Резким и сильным броском забросил украденные вещи на верхушку забора и стал в боксёрскую стойку. Сердце в груди бешено колотилось. Драться, против пятерых, ему ещё не приходилось.