Валерий Краснобородько – Недетские рассказы (страница 4)

А вы до сих пор не можете понять, что такое настоящее счастье. Мне кажется, вы притворяетесь. Или нет? Скорее да. Вы хотите иметь ещё больше, чем у вас есть, хотя ещё не осознали, что вам уже хватит даже десятой толики того, что у вас есть! Ведь даже то, что у вас есть – это очень много. Тем более для современного человека. Любовь и вера друг в друга спасёт мир и всё человечество! Счастье ведь, не заканчивается телевизором с бутылкой пива в руках, и женой, стоящей на кухне около плиты. Есть и другие люди, которым нужна ваша помощь или поддержка. Кто? Да хотя бы ваши родные и близкие, заканчивая одиноким слепым стариком, пытающимся перейти через дорогу. Ему тоже нужна ваша помощь! Ведь и ему хочется быть счастливым. Или вы думаете, что всё не так? А как? Скажите мне тогда, как? И если мне понравится ваш ответ, то я, может, изменю свою точку зрения. Хотя вряд ли, потому что вы сами знаете, что я прав. И мало у кого найдётся аргументов для возражения мне. Давайте не будем кидаться из крайности в крайность! Прошу вас, не надо. Почему получилось так, а не эдак, почему умирает тот человек, а не другой? Это совсем другая тема для разговора. Я пытаюсь вам донести это, чтобы все вы жили счастливо! Понимали друг друга, и не жалели сил ради семьи и детей своих. Вам это зачтётся там, на том свете! Вы, наверное, спросите, кто я такой и почему я всё знаю? Объясняется всё очень просто. Я БОГ! А вы мои дети, мне и только мне, позволено всё знать, и ведать ваши души, и повелевать судьбами! Идите ко мне и говорите со мной, и получайте моё благословение!

– Слышишь, успокойся уже! А то позову сейчас медбратьев, и они тебя закроют в карцер! – закричала юная санитарка-практикантка.

– Вы не можете так со мной разговаривать! Я БОГ! Я помогаю людям, обрести душеное равновесие и покой. И вам пора, Татьяна Александровна, прийти ко мне и излить свою душу!

– Ну, всё! Ты меня достал! Саша! Ребята, отведите больного в одиночную палату!

В коридоре показались два крепких парня в белых халатах, со смирительной рубашкой в руках.

– Не-е-е-т! Там нет люде-е-ей, я не могу быть о-дин! Бог без людей, слабеет и умирает! Не делайте этого!

– Хорошо, тогда пошли по-хорошему, а то отведём силой! – прорычал один из медбратьев.

– Вот так всегда! На самом интересном месте! Ты желаешь, счастья всем, сам же остаёшься несчастливым всю жизнь… И, никто не в силах тебе помочь, кроме Бога, но БОГ во мне, то есть я и есть БОГ! И я хочу жить с людьми, детьми своими, и помогать им, и всей земле Русской… Значит, я счастлив! Я счастлив несмотря не на что!

3

– Юморист твой клиент! – воскликнула Лена, когда я закончил повествование. – Ладно, Наполеоном, там или прокурором, но Богом! По-моему перебор!

– Нет, там, друзья мои, – вставил слово Руслан, – я имею в виду в психушке, такие кадры сидят! Просто жесть! Я как-то в молодости, там бывал разок! С мамой к тётке ходили. Мне одного раза на всю жизнь хватило! Не поверите, я там даже человека-часы видел!

– Что серьёзно? – с недоверием спросила Наташа. – Да ладно!

– Абсолютно! Он идёт по коридору маленькими шажками и наклоняет голову влево, говорит «тик», вправо наклоняет голову, говорит «так»! И глядя со стороны реально ходячий будильник! Говорили мне, что он ещё и звонит раз в какое-то время, но сам не слышал. Не могу подтвердить.

– Не дай Бог, там работать! – тихо прошептала моя жена Светлана.

– А представляете, сколько в психбольнице сидит преступников, под видом психов? – серьёзно сказал Алексей.

– Да уж, – вздыхая, произнёс Руслан, но потом встрепенулся, потёр руки, разлил по кружкам по чуть-чуть коньячка и спросил у меня, – Что рассказов больше не будет?

– Будет! – утвердительно кивнул я в ответ, – Я, как раз, тут вспомнил один. Я не помню, кто и когда мне его поведал, может, кто из вас его уже слышал… Но думаю, всё равно, всем интересно будет…

КАРА

***

Было раннее осеннее утро, когда к перрону стуча колесами, подошёл пассажирский поезд «Томск – Адлер». Маленький городок встретил первый утренний состав тишиной пустых пиронов. Дверь второго вагона отворилась, и оттуда донёсся недовольный крик молоденькой проводницы:

– Пошёл вон отсюда, вонючка проклятый!

– Да я… – попытался ответить голос, но тут же его выбросили на разбитый временем асфальт.

Старик с давно небритой бородой упал лицом вниз, едва не разбив себе при этом нос, вслед за ним полетел его не хитрый скарб.

– Милая, – причитал он, – зачем ты так?! – в его голосе слышалась обида. – Я… мне и так здесь выходить…

– Пошёл отсюда, козёл! Забился в щель и думаешь, прокатишься зайцем? Шиш тебе, а не бесплатный проезд! Пошёл вон!

– Дочка, прости Бога ради, я не хотел… Просто мне ехать то, всего ничего… – оправдывался пожилой пассажир, выброшенный из вагона.

– Задолбали бомжи проклятые! Вечно лезут… – девушка в синей форме с силой захлопнула дверь и скрылась в глубине вагона.

Старик медленно поднялся, отряхнулся и принюхался к воздуху.

– И с чего она взяла, что я воняю? Я же купаюсь, раз в неделю и стираю бельё… По помойкам не лазаю…

Бурча поднос проклятия в адрес выкинувшей его проводницы, закинул за спину котомку, поднял свой старый, видавший виды и большие походы, чемодан с металлическими накладками на углах, побрёл в сторону города. Дул холодный северный ветер. Он поёжился, вспоминая теплый и комфортный вагон.

Проходя мимо стоянки такси, старик невольно посмотрел на них. Таксисты ринувшиеся было в его сторону, но, заметив, что подходивший к ним человек, не из тех, кто пользуется их услугами, отвернулись, не скрывая своего пренебрежения и разочарования. Бомж, вжимаясь в свой старый длинный тёплый плащ, прошествовал мимо, словно и не видел этих колючих и полных брезгливости взглядов. Скользнув в тень небольшого сквера, расположившегося напротив здания вокзала, он выпрямился, осмотрелся по сторонам. Из самого центра его выходила широкая аллея, уводившая куда-то вверх в центр города.

Старик шёл по широкой, но тускло освещенной алее, часто останавливаясь, дабы перевести дух. Подъём затянулся, что позволило ему, согреется и даже вспотеть. Пройдя ещё пол квартала, он остановился, и на его губах заиграла улыбка.

На самой вершине холма в окружении прячущихся в темноте неказистых домишек, возвышался большой храм с позолоченными куполами. Несколько прожекторов подсвечивали его, от чего он казался ещё больше и величественнее.

Человек, стоявший посередине аллеи, ощутил его величие, встал на колени и принялся помолиться, пригибая чело к самой земле. Поднявшись с колен, перекрестился, и, бросив напоследок взгляд на храм, подхватил чемодан и свернул в первый же проулок. Он шёл по незнакомому ему городу, полагаясь лишь на свою интуицию и умение ориентироваться, выработанное за многие годы, проведённые в странствиях по необъятной стране.

Дабы не маячить посреди безлюдной улицы, бомж пересёк проезжую часть и ступил на узкий тротуар. И тут же столкнулся с местным жителем, который сидел на каменных ступеньках своего старого дома и дымил дешевой папиросой.

– Здорово, – приветствовал незнакомца горожанин, почувствовав на расстоянии своего собрата.

– Здравствуй. Сидишь? – тем же дружественным тоном ответил ему приезжий.

– Ага, – мужик, в тапочках на босу ногу и в трико, с накинутым на плечи курткой «Аляской», и трясся от похмелья, и слова давались ему с большим трудом, поэтому он старался сопровождать их жестами рук, – садись, – и хлопнул ладошкой по старинной ступеньке.

– Спасибо добрый человек, – вежливо согласился тот, – что хреново?

– Угу, – глубоко затягиваясь, ответил горожанин, и медленно выпустил дым, и снова нервно затянулся и так же медленно выпустил дым, всего на мгновение задержал его в легких.

– Поправить здоровье не желаешь? – совсем как-то по-приятельски предложил незнакомец с густой бородой и торчащими из-под шапки седыми волосами.

– А что, есть? – собеседника аж передёрнуло от неожиданного предложения похмелиться в столь ранний час, и глаза его блеснули радостными огоньками. – Не шутишь?

– Для хорошего человека, всегда есть! – бомж, положил свой потрепанный временем чемодан и извлёк оттуда бутылку «Русской водки». – Одно условие, делай два глотка. И жизнь твоя наладиться.

– Почему? – в голосе горожанина было неподдельное удивление.

– Это мой стратегический запас! – с гордостью ответил старик. – Это настоящая Советская водка, сделана по специальному заказу. Из чистой родниковой воды и самого лучшего сорта пшеничного спирта. – Он протянул початую бутылку своему новому другу, – На! Но, помни наш уговор, два глотка!

Мужик трясущимися руками принял сосуд со спасительной жидкостью, и быстро поднёс её к губам. Обжигающая жидкость тёплым комком прокатилось по глотке, вызывая сильное желание осушить бутылку до дна. Но, сдержав себя в руках, он сделал ещё один большой глоток и вернул водку хозяину. Голова его прояснилась. Тело перестало дрожать от похмельного мандража, словно и не было этих трёх запойных дней. Лекарство подействовало. Человек ожил.

– Спасибо, – произнёс хозяин бутылки благодарным тоном.

– За что? – не понял подлеченный мужик, к которому вернулся дар речи и мышления.

– За то, что вернул мне бутылку, не сделав лишнего глотка. У меня ещё одна полная осталась, а жизнь только начинается!