Валерий Краснобородько – Моя война (страница 1)
Валерий Краснобородько
Моя война
***
Грозовые тучи затянули небо плотным ватным одеялом, не давая пробиться первым солнечным лучам и ласково коснуться земли. Они так и тонули в этой густой и холодной пелене. Рассвет, уже пять часов шагал по стране. Но здесь, из-за плотной облачности, по-прежнему царила ночь. Кто-то невидимый включил в помещении яркий свет, и от этого стало казаться, что за окном стоит тьма плотной стеной, за которой пропасть, или вечность, а может пропасть в вечность. В пустом бежевом коридоре центрального госпиталя, в столице Южного Федерального округа, около входа в отделение реанимации, сидя на мягкой обшитой дерматином лавочке, плакала, закрывая лицо ладонями, молодая женщина, лет тридцати. Первые посетители, проходя мимо, молча сочувствовали, иные разглядывали с интересом рыжеволосую женщину, но она никого не замечала, по её щекам скатывались горькие слёзы, а с губ слетала одна и та же фраза:
– Будь проклят тот день, когда он стал военным…
Её мужа, капитана Староверова с двумя бойцами, доставили поздним вечером в госпиталь из кавказской республики, с тяжёлым ранением в голову и грудь. Рядовые Ляшенко и Салтыков служили под его непосредственным командованием.
Их разведгруппа возвращалась с задания, в лесу напоролась на отряд боевиков, численностью около сотни человек. Оказалось, что этой дорогой пользовались не только разведчики. Через небольшой горный перевал проходила тропа в соседнюю республику, где и столкнулись десантники с передовым отрядом иностранных наёмников шедших туда для совершения новых терактов. Тихо уйти не получилось, и командир принял решение вступить бой, имея для этого подходящий рельеф местности. Когда определили численность боевиков, были вынуждены связаться по рации с базой, и попросить поддержки с воздуха, поскольку, банда превосходила количество бойцов разведгруппы в десятки раз. Завязавшийся в горах ожесточённый бой длился чуть больше часа. Десантники отбивали одну атаку за другой, усеивая окрестный лес телами наёмников. Видя упорное сопротивление, противник, развернул миномёты и открыл шквальный огонь по позициям капитана Староверова. Горы и ущелья наполнились гулом взрывов, дымом и криками: «Аллах Акбар!». Там творился ад. Капитан, потеряв двух человек, вывел разведгруппу из-под обстрела. Но тут, к боевикам подошла основная часть отряда, и разведчики оказались в окружении. Попытка прорвать с ходу кольцо провалилась. Пришлось закрепиться и вести огонь из укрытия на ближайшей высотке, до прибытия подкрепления, постоянно меняя позиции, чтобы не дать противнику пристреляться.
Вертушки прилетели через час двадцать и минут, опоздай они ещё на несколько минут, из группы не выжил бы никто.
Лётчики поддержали окружённую группу десантников ураганным огнём из пушек своих винтокрылых машин, ракеты сеяли вокруг смерть и ужас. Бандиты понимали, что их концентрация очень велика и при каждом взрыве, гибли десятки человек, поэтому террористы приняли решения отступить и, разбившись на маленькие группы, растворится в горах.
Одна вертушка села на небольшую прогалину, из неё выскочили несколько бойцов. Десантники сходу бросились к позициям своих сослуживцев. Из шести человек остался в живых один рядовой Салтыков, контуженый, грязный в крови своих товарищей, но живой. И двое раненых. Рядовой Ляшенко и капитан Староверов. Быстро погрузив всех в МИ-24. Небесный танк поднялся в воздух и взял курс на север.
Врачи полевого госпиталя, сделали всё что могли, но требовалось срочная госпитализация. Без операционного вмешательства боевого офицера в строй не вернуть, так сказал врачебный консилиум, и было принято решение отправить его и ещё двух рядовых в Ростов-на-Дону. Где хирурги военного госпиталя поставят их на ноги. В армии всегда чувствуется нехватка офицеров с боевым опытом. А у капитана за плечами было три года Афганистана и Карабах, где их батальон выступал в роли миротворцев. Организовывал коридоры, по которым выводили мирных жителей. Разогретые до кипения американскими стратегами, азербайджанцы стали резать армян ни щадя, ни детей, ни стариков. Армяне ответили азербайджанцам тем же. И началась братоубийственная война, следом разгорелся конфликт между Абхазией и Грузией, потом была Чечня… Именно на этих людей и их золотые руки возлагалась надежда по возвращению в строй боевого капитана Староверова.
Тяжелейшая операция длилась шесть часов, и всё это время Галина Анатольевна Староверова, жена капитана, провела в госпитале, ожидая от неё только положительных результатов. Несмотря на то, что доктора предупреждали о возможной смерти мужа на операционном столе. Она доверяла военным врачам, но и Бога просила спасти её мужа.
– Галина Анатольевна! – негромко окликнул молодую женщину, вышедший из операционной уставший хирург. – С вами всё в порядке?
– Да, – голос её предательски дрогнул, и на глазах опять навернулись слёзы. – Как он там?
– Операция прошла успешно. Мы сделали всё возможное.
Врач устало вздохнул. Прилизал редкие седые волосы руками, снял маску, висевшую, у него на одном ухе, засунул машинально в карман, и продолжил:
– Пока… не могу ничего… сказать конкретно…
– Доктор, прошу Вас, скажите мне как есть…
Женщина всхлипнула.
– Ничего, пока, сказать не могу. Нужно время. Операция прошла успешно. Это самое главное. Теперь всё зависит от него самого.
– Он… – женщина пыталась заглянуть доктору прямо в глаза, – он будет жить?
– Галина Анатольевна, – пожилой врач по-отцовски взял её под руку, и они неторопливо пошли по коридору, – ваш муж, в данный момент без сознания, но состояние стабильное. Ухудшений не наблюдается. Но сколько человек может находиться в таком состоянии, один Господь Бог знает. Надеемся, что завтра, послезавтра, а там… Сами понимаете, два таких тяжелейших ранения. Задет мозг, прострелены оба лёгкого, удивительно как он вообще сюда живым долетел!
Слёзы текли по её щекам.
– Что мне делать?!
– Сейчас идите домой, поспите. Отдохните. Вы и так уже всю ночь на ногах. Ваш муж находится под наркозом, и ещё долго проспит. Потом отойдёт наркоз, так что, у вас есть ещё время отдохнуть. К тому же, у вас дочка одна дома, погуляйте с ней, в парк сходите. Всё ж легче будет. И не переживайте. Я, вас буду держать в курсе. И при любом раскладе…
Галина Анатольевна при этих словах не сдержалась и зарыдала.
– Простите. Я не это имел в виду. Лишь хотел сказать, что если придёт в себя, позвоню, и если нет, то тоже поставлю в известность. И простите меня, если что сказал не так.
* * *
Туман, окутавший город, оказался настолько плотен что, вытянув руку вперёд, нельзя было увидеть кончиков пальцев. Он словно мокрое полотенце прилип к городу, оставляя после себя большие капли влаги. Шаги в густой пелене, отзывались басистым глухим, тяжёлым эхом и быстро гасли во влажной мгле.
Человек, вынырнувший из непроглядной тьмы, быстрой и уверенной походкой подошёл к давно не знавшему ремонта многоэтажному зданию, как в прочем и весь город. Лишь редкие кварталы могли блеснуть своей чистотой и ухоженностью. В цокольном этаже, которого расположился бар. «КЛУБ, BAR, БАР, STRIPBAR «ДОРОГОЙ ДРУГ»» – так гласила золотистая надпись на выцветшей на солнце вывеске. Из-за пластиковых дверей, доносилась ритмичная музыка вперемешку с гомоном посетителей.
Путник сильно толкнул ногой замызганную входную дверь, очевидно брезгуя касаться её рукой, и вошёл внутрь. Там, под потолком висели и перемигивались всеми цветами радуги, круглые фонари, разбрасывавшие вокруг довольно яркий свет для такого заведения. В зале сидело много посетителей, они все ели, пили и что-то шумно обсуждали, спорили, рассказывали, то и дело, из-за разных столов звучали крики виде тостов и тосты в виде пьяных криков.
Гость не спеша прошёл в самый дальний угол и сел за свободный столик в тёмном углу.
За соседним столом сидела уже изрядно подвыпившая шумная компания, мужики очень громко смеялись, и обильно сдабривая свою речь отборной бранью. Парень жестом подозвал официантку, молодая женщина, ловко маневрируя меж столами, заставленными початыми бутылками и кружками с пивом, проворно подошла к новому клиенту. Бегло окинула взглядом, и на мгновение, задержавшись на его простой одежде, парень явно был с периферии, в её глазах пропал блеск услужливости и раболепия. Очевидно, девушка, профессионально оценив, поняла, что с этого клиента чаевых не заработаешь и равнодушно спросила:
– Чего будите?
– Борщ и жареное мясо, – глядя в никуда, ответил он. – Хлеба. Да и ещё, пожалуйста, принесите перца чёрного молотого, если можно побольше. Пачку или две.
– Хорошо. Выпивать что-то будите? Виски? Скотч? Может, водки? – при последних словах брезгливо сморщилась. – У нас есть дешёвая, на розлив.
– Да. Холодной воды или компот.
Ухмыльнувшись, какой-то своей мысли, официантка, вульгарно покачивая бёдрами, ушла выполнять заказ.
Парень в камуфляже остался сидеть неподвижно, уставившись в одну точку. Загоревшее и обветренное лицо посетителя, выдавала в нём бывалого человека, но темнота это скрывала, и незнакомец почти ничем не отличался от остальных завсегдатаев сего заведения, за исключением странной пятнистой одежды и отрешённым взглядом. Казалось, что он и не заметил, как поставили на стол его заказ.