Валерий Краснобородько – Ирий (страница 14)
– Тело, что за говно вопрос?! Я свободен, как птица в полёте! Если, конечно, срать не захочу. В полёте не умею. Это они умеют. Ляпнут, сверху разок, а ты потом полдня оттираешься!
– Это верно чувак.
И тут его взгляд погрустнел, но в темноте Хвост этого не заметил, мысли и чувства опять встрепенулись, и заныло в груди.
– Эй, тело! – вдруг оживился Пилигрим, так же внезапно, как и впал в грусть, – А ты мне так и не сказал, как тебя кличут!
– Коля Хвостик, можно просто Хвост, – и он медленно зашагал вперед, так, как будто прогуливается перед сном, но придерживаясь выбранного направления.
– А чё, реальная погремуха! – оценил имя Пилигрим, догоняя путника, подставляя свою голову под поток свежего ветра. Длинные волосы развивались в нём, принося хозяину прохладу и приятные ощущения.
– Я тоже так думаю.
– Ох…й вечер!
– Согласен.
Они не спеша шагали рядом. Человек-конь, то и дело, притормаживал, его копыта не могли держать такой медленный темп. Небо, окончательно очистилось, и яркие звёзды светили сверху холодным светом. Ночное Светило, освещало всю округу.
– Слышь тело, – первым нарушил тишину Пилигрим, – куда спешишь? Я думал, ты дрыхнуть завалишься.
– Ищу «Кавказские горы».
– А… где это? Или кто это? – удивился человек-конь.
– Да сам не знаю, – Хвост пожал плечами, – Но мы сейчас идём в нужном направлении. И я чувствую, что скоро должен буду их увидеть.
– Хвост, а ты, прикольно базаришь! Я не всё понимаю, зато улавливаю смысл, твоего трёпа! Но, бля, в натуре прикольно!
– Я разговариваю на своём, родном языке. Когда-то тоже употреблял современный диалект, точнее сказать сленг. Когда научился читать, то понял, насколько мы деградировали. Ведь наш язык, это великая сила. В нём таятся, все знания мира! И вот, осознав сей смысл, я на дух не переношу ни базар, ни трёп. Редко прибегаю к нему. И то, дабы показать, что перед тобой стоит очень серьёзный человек. Вот, например, с тобой. Прежде чем перейти на современный язык, я обратился к тебе на человеческом языке. Но ты, продолжал «пургу гнать», не осознавая, что я уже раскусил тебя. Ведь ты, испугался больше моего. И не особо понимал, что я говорю? Верно? Вероятно, хотел меня напугать, дабы я сам по быстренькому ушёл, так?
– Красиво базаришь! Да, я малёха бзднул, но ты ведь в курсе, как в наших краях безоружному телу, одному шляться! Очково! Булки напрягаются, ого-го как!
– Вот именно эти самые слова, режут мне слух. Как серпом, по яйцам!
– Как это? – удивился Пилигрим.
– Как?! – Хвост молниеносно извлёк из потайного кармана, свой острый как бритва нож и показал, как будто он что-то отрезает, – Вот этим ножом, тебе яйца отрежу, вот тогда будет оно!
– Э-э-э! Ты чё, придурок?! – завопил человек-конь с испугу и живо отпрыгнул в сторону.
– Ты спросил, я показал, – пожал плечами Коля. – Видишь, зато как доходчиво объяснил!
– Ага! Бля, аж мандраж затипал!
– Я, хороших людей, не трогаю.
Хвост спрятал нож.
– Давай, прокатимся с ветерком? – вдруг предложил Пилигрим.
– Отличная идея! А, как мы это сделаем?
– Тело, прыгай мне на хребет.
Хвост, немного помедлил, но всё же, вскочил на спину человеку-коню. И тот, без предупреждения рванул вперёд, всадник едва успел ухватиться за обнажённый торс Пилигрима. Свежий, ночной ветер прочь уносил все тревоги и волнения. Мелькали, в кромешной тьме, небольшие кусты и маленькие деревца, которые взрывами разрывали сплошную равнину, сплошь покрытую высокой сочной травой. Они неслись, не обращая внимания на грязь, комками, вылетавшую из-под копыт, на прячущуюся в траве опасность. Только звёзды, оставались неизменно, на одном месте и сурово, с высоты, смотрели на жителей многострадальной земли, перед которыми развернулась, как один большой фильм, вся жизнь и трагедия этой маленькой планеты. Ибо земные жители, нынче редко на них обращают внимание, ведь жизненная суета в тяжёлых условиях местного быта, очень приземляла людей и не позволяла поднимать голову вверх. Поднял голову. Замечтался… Бац! Тебя и съели! Или убили ради наживы. Но были и те, кто обращал на звёзды внимания, правда, таких людей в реальности оказалось во много раз меньше. И слава Ешо, что такие ещё были! Ведь Стихоплёт и сам Хвост благодаря этому, росли над собой, и каждый день, пытались найти для себя, что-то новенькое, интересное. С такими насущными и на первый взгляд наивными размышлениями, Коля не заметил, как Пилигрим устал и перешёл на шаг. Небо стало сереть, и наездник встрепенулся. Осознал, что они к его удивлению, двигались всю ночь.
Зарождался рассвет. Близилось утро.
– Ты что, так и не останавливался? – удивлённо спросил Хвост. – Я как-то не подумал, что утомлю тебя. Что сразу не сказал?!
– Ты, тело, сидел отлично! – спокойно и без обиды ответил Пилигрим, – А мне дрыхнуть было в западло. Свежий воздух! Бескрайний простор, мать его! Красотища! Вот и продолжал идти.
– Тебе надо отдохнуть.
– Бля, что за нахер?!
Глаза Пилигрима выпучились, и открылся рот.
Хвост посмотрел вперёд и на фоне сереющего неба, увидел Высокие холмы, поросшие густым лесом. Дневное Светило поднималось всё выше и выше. И вот, вдалеке, засветились белым светом снежные вершины горных пиков.
– Чё за чудо…
Хвост выдохнул, спрыгнул с человека-коня и с изумлением, да открытым ртом, разглядывал горизонт. Такой красоты он никогда в жизни не видывал. Интересно, сколько до них оставалось пути? И с таким вопросом, Коля обратился к Пилигриму.
– Как думаешь, сколь времени нужно, чтобы туда попасть?
– Хвост, я чё тебе колдун?! Хреновый вопрос, боюсь всбрехнуть.
– Да ладно тебе прибедняться!
В глазах Коли Хвостика была какая-то загадочная искорка, она не только светилась сама по себе, но и зажгла интересом самого Пилигрима. Тому, в глубине души, самому стало интересно, хотя в жизни никогда не отличался любознательностью, почему сей странный человек, так рвётся в такие далёкие и таинственные места. У него даже, закралась подозрительная мысль, может и вправду, этот непривычный, но очень приятный на слух язык, способен пробуждать в людях разные чувства?! Хотелось быстро отделаться от этой сложной и непонятной мысли, но та, отступать и не собиралась. Всё навязчивей пускала корни в его, ничем не занятом мозгу. Ведь с первой встречи, Пилигрим почувствовал, что Хвост порядочный человек, хотя и сильно испугался, боясь, что его реально могут пустить, на чей-то, ужин. И сейчас вот, стоит и смотрит, на странные бугры и в его зелёных глазах, вместо страха, горит неподдельный интерес и азарт, настоящего путешественника, любящего свободу в передвижении. И наконец, он решился ответить из своего личного опыта:
– Бля, вижу, что, если отдохнём и пожрём, к вечеру доберёмся. Ну, или к завтрашнему утру, век волю не видать!
– Так чего стоим? Нужно заняться делом. Ты кстати, что кушаешь?
– Это, в смысле, чё хаваю?
– Именно это, я и имел в виду.
– Да всё подряд! И траву хаваю, и от хорошего мяса не откажусь. Вот беда, бля, я не фига не умею с огнём обращаться! Боюсь.
– Как говориться, «говно вопрос»! Вот заросли кустов, в них наверняка много разного хвороста, собери его.
– Тело, я не врубился?
– Чувак, дров набери!
– А! Въехал.
– Ну и красавчик!
– Я за дровами, а ты за жратвой… Пошли!
– Ага! – кивнул головой Хвост.
Путники разделились. Пилигрим, немного помучившись, смог-таки насобирать небольшую кучу дров. При его росте, это было весьма непросто. Но очень кушать хотелось, пришлось малость потерпеть неудобства и постараться. Хвоста долго не было. Человек-конь начал уже серьёзно беспокоиться за своего попутчика, не случилось ли с ним чего плохого. Трава высокая… Много кто может бродить в округе… Вот от волнения и наматывал круги вокруг кучи дров, то и дело, оглядывая степь, с высоты своего роста. Наконец, из высокой травы, вынырнул Коля, держа в руках огромного четырёхухого зайца.
– Чё, в натуре, так долго? Я, бля, аж напрягся.
– Не поверишь! Наткнулся на ушастую кобру. Она хотела полакомиться, нашим зайцем.
– Нашими яйцами?
– Сплюнь! Зайцем!
– А! Да не гони пургу! Кто, с такими тварями сталкивается, те уже больше не жильцы.
– А это, ты видел? – Хвост достал из кармана потёртых стареньких джинсов, свежий зуб величиной с мужскую ладонь и показал свой трофей новому попутчику. При виде сей самой важной части тела ползучего и страшно ядовитого гада, по телу Пилигрима пробежали мурашки и волосы поднялись дыбом.
– Тело, ты бля в натуре не с брехал! Реально, её зуб. Ну ты крут! И яйца у тебя крепкие! Я эту гадину, разок зыркнул и то мимоходом, а драпал потом, так, что из жопы дым херачил!
– Я, слыхал о них. Но как-то, они мне не попадались. А тут вижу, заяц бежит, я за ним. Пытаюсь выбрать такое положение, чтобы метнуть нож в многоухого, но косой сначала убегал, потом резко развернулся и сам, прикинь, бросился мне на руки! Грешным делом, подумал, поговорить хочет…
– Хто?! Заяц? – заржал Пилигрим. – Пипец, тебя торкнуло! Чё покурил, без меня?!
– А, почему бы и нет?! – парировал Коля, – Говорящие кони, типа тебя, есть? Есть. Говорящие пауки есть? Есть. Так почему, говорящих зайцев не может быть? Хвала Ешо! Быстро свернул ему голову, чтоб не сбежал ненароком, а из кустов, эта тварь почти беззвучно выползает. Огромная такая! Всё в точности, так как мне её и описывали!