Валерий Краснобородько – Хранители Мира (страница 23)

Меня удивляло, что строили в то время без гвоздей и прочих современных штучек. Не скажу, что не знал об этом, конечно же, знал, но подозревал, что от этого прочность и устойчивость строений была плохой. На деле всё оказалось наоборот, даже прочнее, чем современные постройки.

Брёвна снимались легко и с грохотом падали вниз на траву, поднимая тучи пыли и трухлявых древесных опилок. Сначала было тяжело, пока изо всех сил пытаешься вытащить одно бревно, второе ужасно мешает и не позволяет вытащить первое. Лишь разобравшись в системе укладки брёвен, стало легко разбирать избушку. Словно детский конструктор, в руках опытных инженеров-строителей. В местные тонкости строительства посвятил меня кузнец. Он показывал, что делать и как, а я выполнял. Тут поддень, здесь ударь. Дело двигалось быстро, но изначально мы продумали всё таким образом, чтобы осталась небольшая тень, в которой мог бы укрыться человек, то есть, извините, оговорился, вампир!

Солнечный свет с каждым следующим убранным бревном заливал всё большее пространство в доме, где сидели наши пленники.

Бывшая Елена, нынче женщина вампир, металась из угла в угол, издавая нечеловеческие крики. Горло людей не способно такое воспроизвести.

– Ну что, Павло, осталось три бревна?!

– Вижу. Ну что, приступим? Осторожно! И смотри, не подходи близко к ней, – предупредил я кузнеца.

Ясь спрыгнул с крыши и отправился отпирать двери, я же спустился внутрь избы.

Мстислав сидел в дальнем углу, вытянув ноги вперёд, голову опустив на грудь, руки беспомощно раскинуты по сторонам. Его жена, ставшая вампиром, забилась в самый тёмный угол, её красные глаза горели как два раскалённых уголька. Оскалившийся рот обнажил белые огромные клыки. Она защищалась. И это было понятно.

– Ну что, Елена, – начал я, – нам нужна твоя помощь.

– Ничего не знаю. Никогда мы не помогали простым смертным! – верещала она.

– Ладно, ладно! – дружелюбно согласился я, и посмотрел на Яся, который загородил своей огромной фигурой дверной проём. Он кивнул мне, дескать, давай продолжай. – Согласен, обычно вампиры не помогают простым людям. Но ты не обычный вампир! У тебя, Елена, есть любимый муж, который ради тебя пойдёт хоть на край земли!

Её зрачки потускнели, верхняя губа опустилась, пряча под собой острые клыки.

– Разве тебе хочется вот так жить, днём прятаться в тёмных воняющих гнилью подвалах, а по ночам охотиться за своими родственниками? Ты никогда не будешь иметь детей, и никогда не умрешь, оставив этот бренный мир для своих потомков! Как тебе такая перспектива?

– Да, я знаю, – тихо согласилась она. – Но я свободна!

– Ты свободна? – передразнил я её. – Да ты посмотри на себя! Где твоя свобода? В чём она заключается? Свободен я! Меня ничего не держит, никто мной не управляет и тем более не понукает.

– Я свободна! – глаза Елены снова загорелись не добрыми огоньками.

– Хорошо, – продолжал я свою политинформацию, – значит, ты думаешь, что свободна? Тогда встань и подойди к своему мужу, обними и пожалей его! Ты свободна как я. Ясь, пропусти её, пусть идёт, хоть на всё четыре стороны света!

Женщина молчала и смотрела на меня, следя за моими движениями и ловя каждое моё слово.

– Я не шучу, иди. Никто не тронет тебя. Я обещаю! – не унимался я. – Ну, что же ты сидишь? Ты же свободная женщина и можешь делать, что тебе хочется! Ты дитя божье, которому дана настоящая свобода. А тебе суждено жить под землёй, и охотиться за нами по ночам. Так что же ты медлишь? Мстислав, у вас дети есть?

– Дочки… две… – угрюмо отозвался тот.

– А! Ты ждёшь ночи чтобы пустить кровушки своим маленьким дочуркам? Так это по-твоему свобода! Да?

Елена опустила голову вниз, словно нашкодивший ребёнок прячет виноватый взгляд. Потом резко рванулась вперёд. Но едва жгучие лучи солнца коснулись её нежной белой кожи, кожа стала обугливаться, и с диким криком и безумным страхом в глазах, она отпрыгнула назад, под прикрытие тяжёлых брёвен, образующих потолок. Ударилась о стену и съехала по ней на пол. Подняла заплаканное лицо и посмотрела на меня с такой нежностью, что я едва удержал себя в руках, чтобы не броситься к ней и облегчить её мучения.

– Я хочу вернуться к прежней жизни, – чеканя каждое слово, произнесла она. – К моим дочкам! К мужу!

– Это правильное решение! – я одобрительно кивнул головой. – Обещаю тебе помочь со своей стороны, но помоги мне и ты.

– Обещаю! Прошу, свяжите меня покрепче, дабы я ненароком не навредила вам. Пожалуйста, не позвольте больше солнцу светить на меня.

Мстислав сидел молча и не подавал никаких признаков жизни. Его отрешенный взгляд был направлен в никуда, он был похож на шамана, который впал в наркотический транс, где духи древних ему ведали великие тайны бытия.

– Возьми лук наизготовку и целься ей прямо в сердце! – обратился я к кузнецу.

Я же достал из сумки заранее приготовленную верёвку, держа её в руке, пошёл в сторону Елены. От неизвестности и страха притронуться к навье, кровь стыла в жилах! Я был готов бросить всё и убежать, лишь бы не касаться холодного тела, но слово, данное мной, не позволило этого сделать.

Медленно, но уверенно, я подошёл к вампиру, и стал связывать ей руки, которые она сама любезно сложила у себя за спиной. Оставшейся верёвкой связал ноги, тем самым, снизив её шансы на побег.

– Ты готова? – спросил я жену Мстислава.

Ответа не последовало. Как я тогда взбесился, если б кто знал! Но сдержал себя, и не дал выплеснуться своему гневу наружу. И правильно сделал. Эмоции мешает принимать правильные решения. Я продолжил разговор:

– Елена, послушай, не доводи до беды! Лучше давай по-хорошему! – я выдержал небольшую паузу, давая ей понять, что не шучу. – Скажи нам, где вы прячетесь и как вас найти?

– Всё вам расскажу, что знаю, но прошу, не оставляйте меня такой! Помогите! – как она не крепилась, слёзы все-таки одолели её.

– Я тебе это обещаю. Но пойми нас правильно, нам необходимо знать всё, пока ты контролируешь себя. Слышишь? Всё!

– Да. Спрашивай.

– Где вы прячетесь?

– Днём спим в гробах, которые прячем в разных тёмных местах, в подвалах, погребах, в шахтах, не гнушаемся и могилами.

– Где ваши главари… или как их там, прячутся?

– Точно не могу сказать. Они живут отдельно от остальных. Насколько я знаю, постоянно меняют свои места ночлега.

– Как можно вылечить человека, укушенного вампиром?

– Припоминаю, что как-то, будто бы в голове слышала разговор двух вампиров про это. Один другому рассказал, что ему известно о том, как можно вернуть человека. Это убить укусившего его вампира!

– Что? – переспросил я.

– Убить… а, как больно… этого вампира… м-м-м! Больно!

– Где болит? – встрепенулся Мстислав. – Кто тебе сделал больно? Они? – и ткнул в нас пальцем.

– Нет… любимый… не они… Кто-то копается в моей голове и пытается… стереть мою память… Как больно! – застонала она, и бросилась на пол, корчась от боли, словно всё её тело сводила судорога.

– Успокойся, – тихо и нежно заговорил я, – дыши ровно и глубоко. Представь, что-нибудь красивое, тёплое и родное. Такое, с детства знакомое и милое. Если хочешь, то можно маму или отца. Или те счастливые минуты, когда вы были вместе, ты и Мстислав.

Девушка закрыла глаза и погрузилась в воспоминания.

– Не думай о боли, о своих новых друзьях и вожаках, пытающихся проникнуть к тебе в голову. Ни о чем таком, что могло бы тебя разволновать и встревожить, выкинь всё из головы! Думай о приятном и любимом.

– Что ты делаешь! – захрипел от злости Мстислав. – Ты её околдовываешь! Ты подлый колдун!

– Заткнись дурак! – закричал я на него.

Посыльный вытаращился на меня и растопырил руки, словно хотел кинуться драться, но так и остался стоять у стены.

– Елена, тебе лучше? – продолжил я разговор с девушкой.

– Уже, да! Как вы, это сделали?

– Это не я, это ты сама сделала! Главное не думай ни о чём плохом.

– Как?

– Правда, что они передают мысли на расстоянии? – я не стал отвечать на её вопрос. Задал свой, на который ответ был на поверхности.

– Чистая. Они не только общаются, но и отдают приказы, и проверяют, чем мы занимаемся.

– Это уже хуже. Спрашиваешь, как ты это сделала? Да очень просто! Когда думаешь о хорошем или красивом, например, о море. Синие волны плещут и бьются о каменный берег, или о лесной поляне, которая усыпана спелыми ягодами, то возникает мысленная преграда, между твоим умом и навье. То есть, получается стена, через которую они не могут пробиться. Пользуйся этим приёмом, очень полезная вещь.

– Ты что, колдун? – спросил меня кузнец, не прерывавший до сего момента наш разговор.

– Нет, жизненный опыт, – улыбнулся я.

– Здесь, в округе, их много? – вместо меня продолжил допрос кузнец.

– Нет. Было двое: я и Митрофан. Тот, кого вы убили…

– Откуда знаешь?

– Почувствовала. Мы, как один организм. Палец уколешь, всё тело знает и чувствует.

– Это плохо? – неуверенно спросил Ясь у меня.