Валерий Гуминский – Вик Разрушитель 10 (страница 79)

Для подарков и цветов выделили одну из небольших (чуть меньше холла!) гостиных, очистив от мебели всю середину зала и поставив рядышком друг с другом несколько столов. На них уже громоздились коробки разных размеров. Яким вытащил из пакета мои красиво обёрнутые подарки и поставил их подальше от края. Украшенная цветами корзинка заняла своё место у стены, где уже скопилась целая оранжерея. Я переживал за шкатулку. Сама по себе она прочная, но механизм-то хрупкий, тонкий. Снесёт кто-нибудь ненароком на пол — и уже ничего не поделаешь. Настроение невесты будет испорчено. Зато несколько именных акций, приложенных в довесок, станут бальзамом на душу.

Отбросив неприятные мысли, я кивнул сопровождающему и вместе с ним отправился на второй этаж. Попутно он успел объяснить мне расположение комнат, где находится мужская комната, туалет, будуары для приватных бесед, помещение для телохранителей, где они могут ожидать своих господ, пока те веселятся. Зал, где сейчас собирались гости, находился где-то в глубине дворца, но именно туда направлялся основной поток приглашённой публики.

Куракины, надо признать, жили на широкую ногу. Красивая и дорогая мебель, картины чуть ли не на каждом шагу, предметы искусства, выставленные на всеобщее обозрение — каждая деталь интерьера поневоле бросалась в глаза и поражала роскошью. Пыль в глаза или естественный образ жизни, к которому привыкли представители одного из богатейших родов России? А что? На фармацевтике можно подняться на небывалые высоты, если контролировать половину всего рынка Империи. Поневоле начнёшь проявлять интерес к искусству и антиквару, если денег немерено.

— Благодарю вас, — вежливо кивнул провожатому, потому что увидел на противоположной стороне широкой площадки Олега Семёновича Булгакова в компании двух мужчин. Он тоже меня заметил и сделал знак, чтобы я подошёл. — Теперь не заблужусь.

Отвязавшись от сопровождающего, я отправил Якима с Васей в гостиную, отданную для телохранителей. Не думаю, что буду нуждаться в их опеке. Здесь куракинских добрых молодцев хватает на каждом шагу. У каждого свой сектор, постоянные переговоры по гарнитуре связи. Лишь бы парней голодными не оставили, а то рассержусь ещё больше. Торжество может затянуться надолго, вот из-за чего переживаю. Будь я один, без своей второй половинки, называемой Великой княжной, провёл бы пару часиков ради приличия, да и уехал бы домой.

— Здравствуйте, Олег Семёнович! — я подошёл к Булгакову. — Сколько лет, сколько зим! Рад видеть вас.

— Здравствуй, Андрей! — добродушно ответил Глава Рода, протягивая мне руку для пожатия. — Совсем забыл дорогу к нам. Старейшина по тебе скучает… Ты бы заехал, дал ему выговориться, чтобы желчь излить…

— Не поверите, Олег Семёнович, совсем времени нет! — улыбнулся я, с теплотой вспомнив вредного старика. — Кручусь как белка в колесе.

— Да, наслышан о твоём смелом проекте, — кивнул Булгаков. — Удачи тебе в противостоянии с гигантами рынка.

— Спасибо, с вашими пожеланиями обязательно справлюсь.

— Да, кстати, позволь представить тебя моим друзьям: князь Чарторыйский Афанасий Алексеевич, генерал, постоянный представитель Военной Приёмки.

А вот это удача, да ещё с первой поклёвки! Князь довольно молод, чуть больше сорока лет, высокий, подтянутый, и даже цивильный костюм не скрывал его военной выправки. Лицо чуточку удлинено, кончики рыжеватых усов щегольски закручены вверх. Серые глаза с голубоватым оттенком (признак Водной Стихии налицо) просвечивали меня чуть ли не насквозь.

— Очень приятно познакомиться, Афанасий Алексеевич! — я пожал крепкую, хоть и узкую ладонь. — А вы по какому направлению работаете?

Пожалуйста, скажи, что по бронекостюмам! Ну же!

— У нас нет чёткого разделения, — усмехнулся Чарторыйский, что-то уловив в моём взгляде. — Каждый член комиссии может принимать образцы нового вооружения, независимо от его предназначения. У нас обширная компетенция.

— Надеюсь, скоро мы с вами пообщаемся более тесно, — нахально ответил я, на что мужчины весело рассмеялись.

— Годунов Антон Иванович, — представил второго спутника Булгаков. — Директор крупного логистического центра на северо-западном направлении. В основном, задействован на перевозках фармацевтических препаратов.

Ясно, этот человек из команды Куракиных. Непримечательное скуластое лицо, в котором проступают татарские черты, но взгляд тоже очень цепкий и оценивающий. Увидишь такого в толпе, и равнодушно пройдёшь мимо, а он тебя сразу срисует, если ты его чем-то заинтересовал.

Я вежливо киваю и пожимаю чуть вяловатую, но широченную ладонь Годунова.

— Господа, было приятно познакомиться, — я понял, что пора отваливать. Не моя компания. — Желаю хорошо повеселиться.

Мужчины синхронно отсалютовали мне бокалами с виски или бренди. Не знаток определять на глаз такие напитки.

Перехватив по пути официанта в золотисто-серой униформе, взял с подноса бокал с шампанским. Хоть руку занял чем-то. И подался в сторону зала, где сейчас происходило столпотворение гостей. На первый взгляд — неконтролируемый хаос. Но если приглядеться, то замечаешь систему. Парочки и компании целенаправленно сходились, останавливались, перекидывались парой-тройкой фраз и следовали дальше по одному только им ведомому маршруту. Но никто пока не заходил в следующий зал, в котором официанты накрывали фуршетные столы.

Я огляделся и решил пока постоять в уголке, чтобы не мешать разнонаправленным потокам гостей. Хороший обзор и раскидистая декоративная пальма, с которой я чудесно слился, позволяли мне как следует рассмотреть диспозицию. Ага, из «предбанника», как я окрестил огромный зал с высоким потолком и двумя огромными люстрами, можно попасть на танцпол, откуда доносились звуки музыки. Нет, это ещё не «Скоморохи» играют. Скорее всего, они выступят чуть позже, споют две-три песни, как запланировано — и отчалят, довольные тем, что были приглашены к аристократам показать своё творчество.

Ага, вот и Василиса с Юлией продефилировали в красивых длинных платьях: одна в изумрудном, другая — в ярко-алом. Цесаревны меня не заметили, поэтому я шагнул навстречу.

— Ваши Высочества! Рад увидеть вас! Не подскажете, где могу найти Лидию Юрьевну?

— Ой, Андрей! — Юлия прижала левую руку к груди. — Ну нельзя же так девушек пугать! — Ты чего тут прячешься? Стесняешься, что ли?

Обе цесаревны прыснули от смеха. Симпатичные барышни, обе глазастые, синеокие, в мать пошли — императрицу Анастасию Павловну. Удивительно, что до сих пор не замужем. Их что, специально выдерживают, как благородное вино?

— Наш Андрейка не стеснительный, а предусмотрительный, — с улыбкой проговорила Василиса. — Он не хочет, чтобы на него обращали внимание мамаши незамужних девиц. Вон какой гренадёр вымахал! Хоть сразу под венец!

— Ваши Высочества, вы меня в краску вгоняете, — подыграл я девушкам.

Цесаревны залились смехом. Понятно, им уже хорошо. Палец покажи — животики надорвут.

— Андрейка, не вздумай шашни с чужими девицами водить, — погрозила пальцем Василиса, то ли в шутку, то ли всерьёз. — А то племяшка обидится, сожжёт этот чудесный дворец вместе с тобой. Хи-хи! Ты ведь теперь в нашем кругу, будь благоразумен.

— Так и поступлю, Ваши Высочества! — я чуточку склонил шею.

— Ой, Мамонов, да хватит уже церемоний! Давай просто, если не на людях: Юлия и Василиса! — фыркнула старшая цесаревна.

— Тётя Юля и тётя Василиса! — исправила её сестра. — Никак иначе! А Лиду ищи возле невесты. Мы её там видели пять минут назад.

И обе, рассмеявшись, пошли дальше, не забыв помахать мне своими изящными пальчиками, на которых блестели кольца с дорогущими камешками.

Ну и где Наташа? Я начал выглядывать белое платье невесты, но народу было так много, что оставалось только ждать, когда добыча сама в паутину влетит. Интересно, почему хозяева и виновники торжества не встречают гостей на пороге зала? Или уже все собрались, а я и ещё несколько человек оказались последними? Нет, ошибся. Вижу Главу Рода и отца Алексея — Кирилла Владимировича с женой. Они неторопливо обходят чуть ли не каждого прибывшего и любезно с ними разговаривают. Пара минут, не больше, но этого достаточно. Приличия соблюдены.

Я тоже не торопился показываться на глаза, изредка кивая малознакомым мне людям. Самое забавное, меня-то узнают! С каких это пор я таким знаменитым стал? Пока с задумчивым видом стоял и цедил шампанское, Куракины добрались до меня.

— Рад вас видеть в своём доме, Андрей Георгиевич, — доброжелательно проговорил Глава. — Честно признаюсь, опасался, что после всех недоразумений, вызванных поступками моего сына, вы не захотите почтить нас своим вниманием.

Ну да. Мы оба знаем, из-за кого я здесь в первую очередь. На Алёшу мне наплевать. Но вежливость соблюдать надо.

— Было бы невежливо игнорировать такой замечательный день и портить настроение всем, кто потратил столько сил на подготовку праздника. Позвольте поздравить вас Кирилл Владимирович, Елена Сергеевна со свадьбой сына, — учтиво произнёс я. — Хочу пожелать вам спокойствия в доме и много внуков.

— Как раз с внуками спокойствия и не будет! — улыбнулась супруга Кирилла Владимировича.

— Ничего страшного. У вас такой большой дом, будет где прятаться.

Посмеялись.