Валерий Гуминский – Симбионт (страница 35)

— Груда железа! — завопил Файзулл, хватаясь за голову, и Александр Егорович стал с интересом ждать, сколько волос выдернет эмоциональный торгаш. — Я потерпел убытки, да! Во сколько выйдет ремонт машины, вай-вай!

— Да сдай ты её на металлолом, новую купи, — посоветовал Дружинин. — Ты же за два месяца столько ковров продашь, что с лихвой хватит через аукцион ещё один «Риф» приобрести.

— А ты кто такой, уважаемый? — маслянистые навыкате глаза настороженно окинули Александра Егоровича с головы до ног. — Я тебя не знаю, чтобы твоими советами воспользоваться.

— Я тот, чей сын попал в аварию после столкновения с твоей так называемой «ласточкой», — жёстко произнес мужчина, держа руки в карманах брюк. — Или хочешь, чтобы я тебе впаял иск за лечение ребёнка?

— Я здесь ни при чём — мгновенно вспотел Ерулаев. — Аварию совершили угонщики, вот уважаемый начальник подтвердит! Он же расследование ведёт!

Хивинец от волнения перешёл на великолепный русский язык, сразу потеряв где-то свой акцент.

— Вы же нашли угонщиков, уважаемый? — обратился он к Щеглову.

Майор недовольно поморщился и зачем-то расстегнул китель, словно нахождение на залитой солнцем стоянке доставляло ему невообразимые муки. Дружинину было известно, что расследование зашло в тупик, и подвергать очередному допросу Ерулаева не было никакого смысла. Осталось лишь оформить передачу покорёженного «Рифа» на руки хозяину — и дело сдадут в архив.

— Нет, и вряд ли найдём, — честно ответил он. — Если бы вы держали машину на сигнализации, такого безобразия не произошло бы.

Сказав это, майор развернулся и направился к выходу со стоянки. Ерулаев долго смотрел ему вслед, потом махнул рукой, словно примиряясь с действительностью. Аккуратно сложив квитанцию пополам, он сунул её в нагрудный кармашек пижонского белого костюма. Всё это время Александр Егорович пристально за ним наблюдал. Потом вдруг сделал неожиданное предложение:

— Не желаешь ли, уважаемый Файзулла Шавкатович, отобедать со мной? Посидим, выпьем гранатового вина, пообщаемся.

— Мы даже незнакомы, почему я должен вместе с тобой вино пить? — прищурился хивинец.

— Может, потому что я не хочу обижать такого славного человека иском об ущербе здоровья? — хмыкнул Дружинин. — Ну-ну, Файзулла Шавкатович, не закипай. Я согласен обговорить с тобой приемлемые условия, чтобы нам обоим комфортно было.

— Не понимаю, к чему этот разговор, — насторожился Ерулаев.

— Хватит! — тихо, но вместе с тем напористо рявкнул Александр Егорович. — Хватит тут бедненьким прикидываться! Мой сын едва не погиб в аварии, и я хочу найти ублюдков не меньше твоего! Поэтому ты расскажешь мне всё, что не захотел говорить следователям. Обещаю, это останется между нами.

— Вряд ли помогу, уважаемый…

— Меня зовут Александр Егорович Дружинин.

— То-то лицо знакомое! — сразу поменялось настроение Ерулаева. Он почему-то оживился и расслабился. — Честно скажу: слышал о тебе много, но ни разу не видел.

— Врёшь, — спокойно ответил Дружинин. — Я не из тех, кого не замечают.

— Ладно, ладно, — выставил перед собой ладони хивинец. — Пожалуй, и в самом деле надо выпить хорошего вина. Жарко сегодня.

Он картинно помахал перед своим лицом ладонью.

— Схожу заплачу этот чёртов штраф, а потом поедем в «Европу», — Файзулла снова с хитринкой в глазах смотрит на собеседника. — Найдётся там гранатовое вино?

— Найдётся, — усмехнулся Дружинин. — Потому что мне нужно с тобой поговорить.

Через час они сидели в кабинке на два человека, а охрана Александра Егоровича осталась снаружи, как и двое сопровождавших Ерулаева родственников — молодых смуглолицых парней.

— Не буду ходить вокруг да около, — с аппетитом поедая лагман, Дружинин то и дело бросал взгляд на хивинца. — Хочу знать, как всё обстояло. Любая мелочь, несоответствие происходящего; может, кто видел незнакомцев возле машины. Не поверю, чтобы ты не расспрашивал людей самостоятельно от полиции.

— В Оренбурге живёт мой двоюродный брат Карим, — вздохнув, Файзулла зачерпнул ложкой бульон, на поверхности которого плавала свежая зелень. — Он помог мне зарегистрироваться на военный аукцион, где я и приобрёл «Риф». Машина нужна для перевозки товаров в отдалённые кишлаки. Сам знаешь, Александр Егорович, какая проходимость у этого зверя. И детали легко достать, и на коленке починить можно… Проездил всего несколько месяцев, решил в гости к Кариму заглянуть. Он звал меня кое-какие дела по семейному бизнесу решить. Заодно и проверил, какова моя «ласточка» на дороге. Слушай, летает, как поёт! Ни одной поломки на таком расстоянии! Эх!

Файзулла до сих пор говорил про свою машину в настоящем времени, словно сейчас она не находилась на стоянке в плачевном состоянии.

— Приехал… дальше что?

— Я гостил у брата три или четыре дня, не помню уже. «Риф» по ночам стоял во дворе, под охраной волкодавов. Никто не проберётся, сразу порвут. А вот днём я машину оставлял возле ворот снаружи.

— Почему? — сразу же зацепился за странность Дружинин.

— Говорю же, поездок много было. Зачем туда-сюда ворота открывать? Ну вот, в последний день машину и угнали.

— Получается, пасли, — кивнул Александр Егорович, промокнув губы салфеткой, чтобы отпить вина. — Заметили в городе подходящую для какого-то дела тачку, тем более, армейского типа, с гражданскими номерами.

Файзулла развёл руками.

— А что соседи? Видели кого-то?

— Соседи… — поморщился хивинец и стал есть лагман. Закинув в себя несколько ложек, он продолжил: — Там столько народу ходит туда-сюда, за всеми не уследишь. Улица такая, проходная. Машины ездят, люди незнакомые вертятся. Но Карим не поленился, он уже позже со всеми соседями переговорил, втайне от полиции. И ведь заметила одна бабулька, что белая легковушка два дня торчала возле детской площадки, а после угона перестала приезжать.

— Что за машина, она, конечно, не знает, — разочарованно сказал Дружинин.

— Э, откуда старуха может знать марку легкового авто? — хохотнул Файзулла. — Зато номер запомнила. Карим потом пытался через регистрационный отдел пробить его, но его чуть не арестовали за излишнее любопытство.

— Взятку пытался дать? — усмехнулся Александр Егорович.

— Не без этого, — пожал плечами собеседник. — Иначе никак не получить. Запрос только с разрешения… — он ткнул пальцем в потолок.

— Запиши номер, — Дружинин пододвинул к нему салфетку и ручку. — Я сам попробую. Мне этих ублюдков надо достать и выпотрошить.

Файзулла без раздумий начеркал цифры на мягкой поверхности, придерживая салфетку одной рукой. Потом отдал русскому. Дружинин посмотрел на номер, оскалился, как зверь, добравшийся до своей жертвы. Хивинец непроизвольно поёжился. На такой зуб он бы не хотел попасть.

— Уже кое-что, — оренбургский богач поднял бокал. — Почему же не сказал полиции?

— Сами хотели найти, — помявшись, ответил хивинец. — Злой я, Александр Егорович, очень злой. А что полиция? Ну, арестует их, а потом отпустит. А мы бы грабителей отвезли в степь, наказали по справедливости.

— Я скажу тебе одну вещь, Файзулла, — нахмурился Дружинин. — Забудь о мести. Груда железа не стоит жизни. За этим номером, — он постучал по салфетке полусогнутым пальцем, — могут стоят очень плохие люди. И в степи можешь оказаться ты и твои родственники. Так что уезжай в Хиву, зарабатывай на новую машину. А я, если дотянусь до этих тварей, стребую с них двойную компенсацию. За сына и за твою «ласточку». Идёт?

— Вай, вот слова настоящего мужчины! — сощурился от радости Ерулаев и осушил бокал тёмно-рубинового вина. — Верю тебе, Александр Егорович! И с лёгким сердцем домой еду!

Расставшись с Файзуллой, который на старом разболтанном микроавтобусе вместе со своими родственниками отъехал со стоянки, Дружинин с облегчением забрался в «Аксай» и снова развернул салфетку с номером авто, который умудрилась разглядеть старушка. Потом вытащил телефон и сделал звонок начальнику СБ.

— Прокл, сможешь пробить этот номер через своего человечка в регистрационном отделе? — Глава рода продиктовал цифры. — Да я сразу увидел, что регистрация машины проводилась в Челябинской губернии, но это ничего не значит. Тачка здесь долго светилась. Давай, шевели задницей. К концу дня у меня должна быть информация о владельце.

Отключившись, Дружинин расслабленно вздохнул. Наконец-то мёртвое болото колыхнулось и появилась надежда, что он вцепится в след неизвестных ублюдков, покусившихся на жизнь его сына. Один из богатейших людей Приуралья не верил в случайность событий. Многие конкуренты действовали подобным образом: воздействием на объект через его семью. Но почему Мишка, а не Даниил — наследник Рода — выбран мишенью? Вот что мучило Главу рода последние недели. В этом происшествии таилась какая-то неразрешимая, на первый взгляд, задача. Но мужчина всегда отрицал подобное утверждение. В реальном мире любое действие имеет начальную точку, от которой отталкивается исполнитель. Эту точку и предстояло отыскать.

— Поехали в правление, — буркнул Дружинин водителю. На сегодня было запланировано совещание директората, к которому нужно отнестись ответственно. Если предположить, что послание в виде неудачного покушения на Мишку связано с делами его торговой империи, то рано или поздно начнутся проблемы на различных уровнях. Уловить начало этих неприятностей и по возможности быстро купировать — вот главная задача ближайшего времени.