Валерий Гуминский – Охота за тенями (страница 5)

— Cizinci nesmí, — один из них шагнул вперёд.

«Сюда нельзя», — перевёл «лингвист», засевший в голове Никиты. Ответил он на русском, сразу позиционируя свою принадлежность. Возможно, придётся и консула вызывать.

— Я проживаю здесь. В тринадцатом номере.

Кажется, его поняли и проводили в холл, где стояла суета. Бледный администратор-мальчишка и сам хозяин-отельер, точнее, хозяйка — красивая статная женщина с утончёнными чертами лица и мягкими светлыми волосами, собранными в изысканную причёску — отвечали на вопросы мужчины с бульдожьей мордой и невероятно широкими плечами, на которых едва не расходился по швам добротный кожаный плащ. Он обернулся и уставился на Никиту.

— Господин Назаров проживает рядом с комнатой господина Гравы, — администратор кивнул в его сторону. — Может, он что-то знает.

— Русский? — мужчина полностью развернулся и опёрся локтем на стойку.

— Барон Назаров, к вашим услугам, пан…

— Иржи Хорнек, инспектор криминальной полиции, — представился мужчина, причём, на неплохом русском, и показал своё удостоверение. — Я могу с вами поговорить?

— А что произошло? — Никита стянул перчатки с рук и положил их в карман.

— Убит ваш сосед, некий господин Грава, — инспектор впился в него взглядом маленьких, но цепких глаз. — Вы сегодня в семь-двадцать утра покинули отель, как сказал администратор. В девять часов дежурная горничная убралась в вашем номере. В соседнем же оказалась приоткрыта дверь. Войдя туда, она обнаружила постояльца мёртвым. У меня есть несколько вопросов.

— Без русского консула я ни на один из них отвечать не буду, — холодно ответил Никита. — Скажу только, что в семь часов мой сосед был ещё жив.

— Как вы это установили? — взгляд бульдога замер на супружеских кольцах и родовом перстне. — А, понятно. Вы одарённый…

— Аура, — Никита очертил пальцем в воздухе невидимый круг. — У живого человека она очень сильно отличается от уже неживого, — увидев, как раскрыл рот инспектор, добавил: — Консула, пан Хорнек, или, хотя бы представителя русского посольства в Богемии. Но я бы предпочёл, чтобы здесь был сам князь Осташков.

— Хорошо, — поскучнел инспектор. — Можете пока подняться в свой номер. Оставайтесь там до приезда представителя консульства. А потом мы с вами поговорим.

В ожидании консула Никита успел вздремнуть, и его даже не отвлекла процедура магической экспертизы, которая длилась уже два часа в соседнем номере. Без всяких сомнений стало понятно, что к Сальваторе Граве подобрался человек такого же уровня, что и магистр, вдобавок имеющий опыт противодействия магическому следствию. А значит, здесь побывал Ордос. Будет очень странно, если наёмник сработал как обычный преступник, но оставил свою истинную метку. Тело магистра уже увезли, а криминалисты и следователи до сих пор ходили по комнатам отеля, опрашивая постояльцев.

В дверь требовательно постучали, и Никита, хорошо отдохнувший, поднялся с дивана, посмотрел на себя в зеркало, провёл ладонью по макушке и пошёл открывать. На пороге стоял мужчина в шляпе и зимнем плаще с меховым воротником. На его круглом рязанском лице с крупным носом появилась лёгкая улыбка.

— Барон Назаров?

— Это я, — Никита уже догадался, кто к нему пожаловал.

— Позвольте представиться, — мужчина приподнял шляпу и тут же её опустил. — Первый секретарь русского консульства в Праге Югович Артемий Иванович. Можно войти?

— Конечно, прошу, — Никита отошёл в сторону. Вместе с секретарём вошёл мрачный инспектор Хорнек и ещё какой-то, похожий на свежеиспечённый колобок со смолистыми усами, мужчина в твидовом костюме, весь загорелый, как будто только вчера вернулся с пляжей Средиземноморья. Его насыщенные голубым цветом глаза быстро прощупали барона и сразу посветлели.

— Это старший следователь магического отдела департамента полиции Праги Яков Копецкий, — официально представил его Хорнек. — Если у него появятся вопросы, он их озвучит.

— Присаживайтесь, — Назаров показал рукой на диван, уже прощупав ауру и компетенцию Копецкого. Преимущественно маг Воды, но из-за специфики службы работающий по всем Стихийным направлениям. Можно сказать, коллега Хованского. — Артемий Иванович, вас ввели в курс дела?

— Да. Убийство итальянского подданного Сальваторе Гравы, — кивнул Югович.

— Надеюсь, меня не обвиняют?

— Ни в коем случае, — подтвердил секретарь, а Хорнек кивнул, вторя ему. — Вас хотят опросить как соседа и специалиста-артефактора.

— Надо же, — усмехнулся Никита. — У меня нет диплома данной квалификации. Я боевой волхв, кстати.

— Мы об этом знаем, — нарушил молчание инспектор. — Уже навели справки, и нам любезно предоставили данные о вас, Никита Анатольевич.

— Ну что ж, тогда не будем тянуть. Спрашивайте.

— Вы знакомы с Гравой?

— Нет, до вчерашнего вечера я не знал о существовании этого человека, — развёл руками Никита. — Он сам пришёл ко мне с бутылкой бренди. Вероятно, ощутил энергетические колебания моего аурного контура и решил познакомиться с коллегой. Впрочем, я его тоже почувствовал, но, уважая личное пространство, не стал навязываться в компанию. Поверьте, это была инициатива самого магистра.

— Грава вам рассказал, чем занимался? — смешно задвигав усами, спросил Копецкий. — Почему вы его назвали магистром?

— Да, рассказал. Он специализировался на исследованиях рунной магии, — не стал скрывать Никита. Полиция рано или поздно пронюхает, если уже не имеет полное досье на погибшего. — Я одно время проявлял интерес к этой сфере магического искусства, но таких высот не достиг.

— И тем не менее, вас почему-то считают артефактором, — заметил Хорнек.

— Это к делу не относится, — мгновенно пресёк попытку следователя Югович. — Спрашивайте по существу.

— Расскажите, куда вы сегодня уходили так рано?

— Ездил по просьбе Гравы в аэропорт в Рузине.

— Зачем? — Хорнек вытащил из кармана плаща блокнот с карандашом и что-то записал.

— Магистр попросил меня проверить ячейку, в которой он оставил какие-то документы, — спокойно ответил барон Назаров. — Вчера он слегка перебрал… старику ведь много не надо, правда? И рассказал, что за ним кто-то охотится. Вернее, за его трудами. А в аэропорту он оставил пакет с какими-то бумагами.

— Зачем ему было ехать в Прагу с документами? — удивился Копецкий, изредка подёргивая кончик уса. — Странная передислокация.

— Это проверка, — развёл руками Никита. — Я не знаю мотивов его поведения, просто выполнил просьбу. Якобы, таким образом Грава хотел проверить, на самом ли деле за ним следят.

— Да кто за ним может следить? — воскликнул инспектор.

— Ордос.

Маг-следователь закашлялся и словно устыдившись, отвернулся. «А ведь он знает, что из себя представляет Инквизиция, — отметил Никита. — Или плохой игрок. Лучше бы сидел с безразличным взглядом, а выводы делал потом».

— Так-так, — Хорнек простучал пальцами по колену. — Ордос, значит? Это что, магическая Инквизиция?

— Да, пан инспектор, — кивнул Копецкий. — Довольно одиозный Орден, цепной пёс Ватикана, если можно выразиться так.

Ого, в Богемии к Ордосу тоже неоднозначное отношение.

— Итак, господин барон, вы поехали в аэропорт, — вернулся к разговору Хорнек. — Действительно ли в ячейке были документы?

— Я не открывал её, а лишь проверил, воздействовали на ячейку магией или нет. Внутри ничего не оказалось. Это легко проверить, если вы владеете Силой.

Хорнек бросил взгляд на мага, и тот кивнул, подтверждая слова Никиты.

— И что вы обнаружили?

— Хранилище было пустое. Код, данный мне Гравой, не сработал. Он был взломан раньше меня, и после открытия механизм замка сбросил его.

— Вы можете мне сказать этот код и номер ячейки?

Никита повторил цифры, запавшие в память. Инспектор старательно записал их, старательно пряча в глазах азарт сыскаря. Казалось, ему уже не терпелось броситься в аэропорт и проверить эту злополучную ячейку. Юркевич выглядел недовольным. Он уже сообразил, что Назаров ко всей этой истории имеет лишь косвенное отношение, и поэтому расслабился, мысленно составляя отчёт для князя Осташкова. Консул, наверное, места себе не находит, переживает. Ведь барон имеет родственные связи с Великим князем Константином Михайловичем, и любое происшествие с его зятем бросит тень и на репутацию членов императорской семьи.

Хорнек захлопнул блокнот, убрал его в карман и спросил:

— Когда вы улетаете домой, господин Назаров?

— У меня билет на завтра, вечером.

— Хорошо. В таком случае я попрошу вас завтра в два часа дня прибыть в департамент полиции для уточнения некоторых данных. Конечно же, вместе со своим представителем.

Услышав, что Никита непременно прибудет, удовлетворённо кивнул и вместе с магом вышел из номера. Секретарь остался на месте, и выждав некоторое время, накрыл комнату магоформой, начисто блокирующей все звуки, и с тревогой спросил:

— Никита Анатольевич, дайте слово, что вы не имеете к этой истории никакого отношения!

— Без всякого сомнения, — кивнул Назаров. — Невероятное стечение обстоятельств, не более того. То, что я выполнил просьбу несчастного старика, не даёт никаких оснований обвинять меня в причастности к убийству. Там поработал очень опытный наёмник, умеющий скрывать следы.

— Но это точно Ордос?

— Да, к сожалению. У них есть ассасины высочайшего класса. Возможно, они следили за Гравой еще с Италии, и каким-то образом узнали, в каком отеле магистр забронировал номер, и сделали то же самое. Потому что иначе я не представляю, как им удалось проникнуть в отель. Они уже ждали свою жертву здесь.