Валерий Гуминский – Ход волхва (страница 38)

— Ничего, Фрол Пантелеевич, разберёмся с этим вопросом, — успокоил разволновавшегося старика Никита. — Вот стану Главой Коллегии…

— Там Совет руководит, — проворчал дед Фрол, но глаза хитро прищурил. — Решился-таки залезть в этот муравейник? Тогда слушай: руби там головы беспощадно и бери власть в свои руки.

— Пока думаю. Сейчас у меня много других проблем. Что с перчатками? Их можно использовать?

— Можно, за неимением иных возможностей, — дед Фрол пожал плечами. — Навскидку приходят только два варианта. Ткань, из которой будут шить перчатки, можно полностью покрыть защитными плетениями, способными отражать негативную энергию. Но это затратный путь. Проще тебе самому нанести на перчатки руны, подобно тому, как ты напитываешь свитки магией с помощью стилуса.

— Да, придётся так и сделать, — вздохнул Никита, прикинув, сколько пар тактических перчаток нужно покрыть резами. — В записях Гравы я пока не нашёл ответа. Возможно, где-то он и есть, но слишком обширен его архив. А что скажешь про Мишку? Рассказали мне про его фокусы.

— Растёт парнишка, — с гордостью произнёс старый волхв. — Причём, не в плане количества воссозданных конструктов, а в понимании того, как нужно ими пользоваться. Уже думает о безопасности окружающих. А это прорыв, Никита.

— Каков механизм его Дара?

— Об этом поговорим «в поле». Пусть сын покажет тебе на пальцах, как это у него происходит.

После обеда Никита сопроводил Яну и «призраков» до портала, дал Пороху, как командиру группы, последние наставления, а потом вернулся назад, чтобы проверить состояние Тамары. Она лежала в постели на боку, чуть согнув ноги в коленях, словно пыталась принять позу эмбриона, а рядом с ней сидели Даша и Юля, развлекая разговорами. Юрка сидел в манеже и тихо возился с игрушками, как будто понимал, что мать сейчас лучше не донимать.

— Как ты, солнышко? — Никита встревожился. Неужели идёт отторжение печати? — Очень больно?

— От фармагиков я больше страдала, — вполне спокойно, без надрыва улыбнулась старшая жена. — Просто непонятные ощущения. Активность внезапно сменяется слабостью, руки-ноги дрожат. Боль… она, конечно, есть, но какая-то рваная, пульсирующая, не донимающая, хвала богам.

— Вечером посмотрю рисунки, — решил Никита. — Мне нужно съездить в Родники с Мишкой и Фролом Пантелеевичем. Хочу поглядеть на художества сына.

— Езжай, не беспокойся, — откликнулась Даша. — На худой конец, есть Виктор Леонидович с группой молодых Целителей. Мы проследим и позвоним, если будут осложнения.

— Да ничего не будет, — Юлина уверенность, граничащая с самоуверенностью, порой поражала Никиту, но, как ни странно, его черноволосая красавица никогда не ошибалась в своих предчувствиях. — У Тамары идёт настройка на новый магический раздражитель. У каждого свой болевой порог. Я вот не знаю, как буду реагировать на татуировку, но готова хоть завтра печать поставить.

— Нет! — излишне поспешно сказал Никита, вызвав удивлённые взгляды Юли и Даши. Зато Тамара почти незаметно улыбнулась, как будто знала причину такого ответа. — Следующей будет Даша, но не раньше, чем через три дня. Ладно, я побежал. Карета уже подана.

— Не переживай, девочки за мной присмотрят, — махнула рукой Тамара.

Когда Никита, поцеловав по очереди жён, выскочил из спальни, она нахмурила брови и спросила Юлю:

— Ты понимаешь, что сейчас тебе нельзя рисковать?

— Но ещё ничего не известно, — сразу заробела девушка.

— Чего тебе неизвестно? — хмыкнула Даша. — Все признаки беременности налицо, а ты словно в угадайку играешь. Виктор Леонидович подтвердил, чего ещё тебе надо?

— Ну, вы более опытные в этих делах, — Юля покраснела. — Ладно, скажу Никите, уговорили. Но я хочу вместе с ним к родителям съездить, чтобы и они порадовались.

— Пока наш повелитель дома, успевай, — рассмеялась Даша. — У меня даже когнитивный диссонанс развился. Если Никита больше двух дней находится в «Гнезде», я сразу начинаю ожидать каких-то неприятных сюрпризов.

— Девочки, он — Князь, — напомнила Тамара, ощущая, что ноющая боль исчезла, и даже вздохнула с облегчением. — У него слишком много причин находиться вне семьи, а мы должны его поддерживать, а не пилить, почему он где-то пропадает неделями. Увы, в этом отношении нам немного не повезло. Надеюсь, лет через десять Никита чаще будет уделять внимание своим жёнам. А вы, как, готовы переехать в Петербург? Или нет желания поменять патриархальную обстановку на бурную столицу?

— Хотим! — чуть ли не хором ответили подруги. — И очень этого ждём!

Снег на открытых местах полностью сошёл, обнажив сырую землю, которая сейчас парила под тёплыми лучами солнца. Грязные ноздреватые комья ещё виднелись на взгорках и под кустарниками. На проталинах с важным видом разгуливали сороки и прыгали неугомонные воробьи, озабоченные поиском какой-нибудь подходящей пищи.

Никита в распахнутом пальто разглядывал неровный ландшафт, уходящий к лесу. Это место он приглядел ещё в то время, когда Родники только-только начали строиться. Нужно было понять, куда посёлок будет развиваться, чтобы потом не переносить все тренировочные площадки в другое место. Теперь стало ясно, что Родники тянутся к «Гнезду», постепенно вклиниваясь в лесной массив. Появились две новые улицы, в проекте намечались ещё две, но только ближе к реке.

Будущий магический полигон в таком случае оказался в выгодном положении. С востока его прикрывал густой лес, до ближайшей деревни было пять километров, со стороны реки тоже особо не разглядишь, что здесь происходит, особенно когда вокруг площадки проведут отсыпку.

Миша нетерпеливо прыгал на месте, желая сразу же удивить отца своими открывшимися способностями. Он был одет в камуфлированную меховую курточку, штаны заправлены в берцы, а на голове красовалась кепи в коричнево-зелёных разводах. Полина в таком же одеянии выглядела довольно забавно, но девочке настолько понравился стиль «милитари», что она даже в имении разгуливала в камуфляже.

Целая кавалькада внедорожников стояла на опушке леса. Вместе с Никитой сюда приехали Глеб Донской и Олег Полозов со своими парнями. Бойцы рассыпались по периметру, взяв под контроль несколько наезженных деревенскими жителями дорог.

— Пап, ну когда? — не выдержал Мишка и дёрнул Никиту за рукав пальто. — Чего мы ждём?

— Сначала — терпение, — пояснил волхв сыну, — а когда перестанешь вертеться, как юла, расскажешь, каким образом создаёшь конструкты.

Мальчишка сразу перестал крутиться и замер, вслушиваясь в птичий посвист и шум прохладного ветерка, дующего с реки.

— Я готов, — сказал он, сконцентрировавшись на задании.

Дед Фрол усмехнулся, уловив правильные интонации в голосе юного ученика. Кто сохранял полное спокойствие, так это Полина. Она закрыла глаза и что-то шептала, едва шевеля губами. Никита покосился на неё. Проказница, скорее всего, вызывала Гончих, но не к себе, а в лес, чтобы они могли побегать и поохотиться на мышей и кротов. Бойцы, чтобы не началась паника, предупреждены о внезапном появлении странного вида зверей. На каждом из людей висит родовая метка, по которой инфернальные твари определяют «своих».

— Ну, рассказывай, — подбодрил Никита сына.

— Как плести конструкты, я вижу во сне, — шмыгнул носом Мишка и стал размахивать руками, словно ему не хватало слов для того, чтобы описать свои видения. — Каждый раз какой-то дядька подзывает меня к себе и показывает рисунки. Он сидит в комнате, похожей на библиотеку, кругом куча книг, разных свитков, ещё там свечи горят. Я подхожу к столу и гляжу, как дядька рисует. Запоминаю образ, а потом повторяю его на улице.

— А ты сам, когда просыпаешься, рисуешь конструкт?

— Когда «ножи ассасина» увидел, не рисовал, — признался Мишка. — А потом дедушка Фрол сказал, чтобы я держал возле себя карандаш и блокнот.

— Ты понимаешь, каким Даром владеешь? — поинтересовался Никита.

— Да. Я могу восстанавливать утерянные магоформы, — кивнул мальчик.

Глеб Донской переглянулся с Олегом. Полозов состроил физиономию, дескать, вот видишь, какие дети у нашего хозяина. То ли ещё будет!

— Кроме «дыхания дракона» у тебя появились новинки?

— Я сегодня создал скрипт «танец пламенных лепестков».

Полина фыркнула, на что Мишка гневно сверкнул глазами.

— Да, так плетение называется! Дядя Огнеслав сам сказал.

— Огнеслав? — теперь уже Никита переглянулся со старым волхвом. — Это его имя?

— Ну да, — Мишка стянул варежки с рук и затолкал их в карман курточки.

— Логично, — хмыкнул дед Фрол. — Мальчишка — «огневик», а подобное тянется к подобному. Мне интересно, каким образом в астрале образовался канал между настоящим и прошлым.

— Дядя Огнеслав — далёкий предок папы, — тембр голоса у Полины стал каким-то чужим, словно устами девочки говорил кто-то другой. — Ой!

Она прижала ладошку ко рту.

— Да это мне стало понятно ещё пару месяцев назад, — старик опёрся на трость и сделал пару шагов к Мишке. — Прежде всего, визуализируй скрипт, чтобы отец мог проверить его безопасность.

Никита только почесал затылок. Новое откровение Полины, сумевшей взглянуть в прошлое, озадачило. По всему выходит, что её Дар может работать в обе стороны? Двойняшки видят канувшие в лету времена, только каждый по-своему. Ох, скорее бы Николас приехал! Подобные открытия совсем запутали барона Назарова в путях профессионального развития своих детишек.