Валерий Афанасьев – Обязательное условие (страница 21)

Робот вновь пискнул и, развернувшись, отправился обратно, неся водруженный на место резак.

– Спасибо вам за весьма познавательную лекцию. Я не слишком вас отвлекла? – Ника улыбнулась.

– Что вы, иногда полезно вернуться к основам, порой это помогает правильнее разобраться в ситуации. Так что вся эта небольшая демонстрация была как раз к месту. Может, это наведет нас на мысль, которая окажется ценной. Лазер-то наш оказался бесполезным против чужаков. Скоро перед нами встанет резонный вопрос, как быть дальше.

– Вот-вот. И какие будут предложения? – поинтересовался Кэп. – Демонстрация у тебя получилась отлично. Навела на какие-нибудь мысли?

– Предлагаю дождаться распоряжений капитана! – браво отрапортовал Трофимыч.

– Вот хитрец, выкрутился. Ладно, распоряжаюсь – всем усиленно искать выход.

Кэп тоже был мастер словесной пикировки. Велась она скорее в шутку. Серьезность создавшейся ситуации и так все понимали, даже нечаянный пассажир.

– Внимание, противник выпустил ракеты, – сообщил Вячеслав. Он, не отрываясь, смотрел на экраны радаров.

– Слава, сбрось магнитные и термические ловушки, – распорядился капитан.

– Сделано, ловушки пошли.

– А вдруг ловушки на них не действуют? – предположил Иржи.

– Вот сейчас и увидим. Пять минут до срабатывания.

На встречных курсах ракеты сближались с ловушками довольно быстро. Гораздо быстрее, чем с «Легасом». Результат не заставил себя ждать.

– Есть, сработали! – раздался радостный крик членов экипажа. Яркие вспышки, закрывшие на несколько секунд половину обзорных экранов, сообщили о взрыве ракет. – Все ракеты уничтожены.

– Нет, не все. Осталась еще одна. Слава, ловушки еще есть?

– Нет. Ловушек больше нет.

– Печально. Сколько до контакта?

Контактом Кэп назвал тот неблагоприятный случай, когда ракета сможет догнать «Легас». Тьфу-тьфу-тьфу. Лучше от таких случаев подальше.

– Если ничего не изменится, ракета догонит нас через семнадцать минут.

Сама собой ситуация точно не изменится. Надо что-то предпринять.

– Необходимо ее чем-то отвлечь. Трофимыч, на тебя вся надежда. Ты у нас технический гений.

– Вот так всегда. Чуть что, сразу Трофимыч… – Механик, ворча, отправился в служебные помещения.

– Трофимыч, может, тебе помощь нужна? – через пару минут вызвал его Кэп.

– Если перестанете меня отвлекать, будет замечательно.

Через пару минут из ремонтного шлюза стартовало странное сооружение. Формой своей оно не соответствовало ни одному известному устройству, даже тем, которые описаны в самом пространном каталоге.

Устройство быстро летело в сторону ракеты, догоняющей корабль.

– Трофимыч, чем ты в нее запустил? – поинтересовался капитан, наблюдая эту странную картину.

– Пришлось пожертвовать малым метеорологическим зондом.

– Послушай, старина, не хочу тебя расстраивать, но боюсь, на зонд она не среагирует. Наверняка по теплу наводится, – прокомментировал Кэп.

– А то я не знаю. Не отвлекайтесь. Сейчас увидим.

На экраны все смотрели с тревогой и надеждой. Трофимыч из ангара, все остальные из рубки.

– Есть! – восторженный крик вырвался у всех одновременно. Куда там футбольным болельщикам! Оно и понятно, их-то ракетами сбить не пытаются.

С видом победителя механик торжественно вошел в рубку.

– Старина, признавайся по-хорошему, что ты сделал со спутником?

– Да ничего. Спутник как спутник. Правда, пришлось к нему прикрепить малого ремонтного робота, того, что приезжал к нам в рубку, и факел на резаке побольше включить. Жаль малыша. Предупреждаю сразу – роботов у меня мало, так что разбрасываться ими направо и налево я не собираюсь.

– Трофимыч, ты гений.

– То-то. А помнишь, что ты сказал мне при знакомстве?

– Ну, с кем не бывает – погорячился. Да и случай, согласись, был подходящий.

На лицах косморазведчиков появились многозначительные улыбки. История была и в самом деле забавная. Кто же знал, что впоследствии она в числе прочих будет способствовать большой известности «Легаса» среди космолетчиков.

– Трофимыч, ты знаешь, что ты сделал? Ты только что сочинил еще одну легенду, которую будут рассказывать про нас во всех портах, гадая притом, байка это или было на самом деле. Сбить ракету, запустив в нее ремонтным роботом, – это что-то. Нам бы только добраться до них. До этих портов.

2

Стоит вам зайти в бар в любом космопорте человеческой зоны обитания, и среди баек и новостей вам непременно расскажут какую-нибудь новую историю о космическом разведчике «Легас». Что в этих рассказах правда, а что выдумка, не знает, пожалуй, никто. Вот только тема приключений косморазведчика «Легас» – одна из самых популярных среди тех, кто бороздит космическое пространство, будь то военно-космические силы, или гражданские пилоты, или же вольные бродяги, ждущие подходящего фрахта. Космические байки нужны всем, куда же без них. И ребята с «Легаса» неожиданно для себя как раз и стали героями таких историй. А почему? Все дело в тайне.

Тайна эта из разряда таких, за разгадку которых героя будут месяц поить пивом все вольные капитаны. И работающие по найму, кстати, тоже. Быть может, потому, что он такой один – «Легас»? Не «Заря», «Восход» или «Сокол», коих с различными дополнениями вроде «восходящий», «парящий» и тому подобное наберется немало. Чтобы не запутаться, им приходится присваивать порядковый номер. С «Легасом» не так. Очень уж необычное название. Плюс репутация везунчиков. Но об этом разговор совсем отдельный, к названию корабля отношения не имеющий.

Название – вещь немаловажная, если оно пришлось к месту. После того как появился «Легас» (вернее, после того, как он стал темой для разговоров), некоторые завистники пытались придумать необычные имена и для своих кораблей. Увы, все без толку. То, что выдумывается специально, не идет ни в какое сравнение с тем, что получилось спонтанно или благодаря причудам судьбы. По непроверенным слухам, некоторые искатели славы пытались называть корабли «Легас-2» или «Легас-3», но из этого тоже ничего вразумительного не вышло. Будто бы статистические компьютеры отказывались принимать к регистрации такие названия. Отказывались – и все тут, без всякого объяснения, а значит, название никак нельзя присвоить. И тут родились очередные легенды, что компьютеры не регистрируют новых «Легасов» самостоятельно, без инструкций, выданных им программистами. Впрочем, доподлинно это неизвестно, потому что никто до сих пор не признался в собственной неудачной попытке примазаться к чужой славе, предпочитая ссылаться на информацию, полученную из компетентных источников. Короче – байки.

Предположений об истории названия ходило множество, но никто с «Легаса» не спешил подтвердить ни одно из них, как, впрочем, не торопился и опровергнуть. Сначала потому, что было неудобно признаться в некоем курьезе, повлекшем за собой рождение столь необычного слова. Потом же это просто стало тайной, а тайны, как известно, не разглашаются. Из множества самых фантастических версий ни одна не была верной.

А началось все довольно просто. После пяти лет работы на внутрисистемных перевозках Кэп наконец-то был принят на работу в организацию солидную и в определенной степени романтическую – дальнюю космическую разведку. Мечта многих молодых капитанов. Но для того, чтобы поступить туда, требовался пятилетний стаж работы на накатанных линиях. Это позволяло отсеять массу желающих, которым сюда, в общем-то, было и не нужно. За пять лет многое успевает произойти. Кто-то привыкает к своей работе и не хочет никаких перемен, кто-то обзаводится семьей. Очень редко, но случалось, что человек разочаровывался в космосе и возвращался на Землю, оставив в прошлом тягу к дальним странствиям. Те же, чей порыв не угас, могли попытать счастья и подать заявку, чтобы работать в дальнем космосе в том или ином качестве. В случае с Кэпом – в должности капитана космического разведчика.

Дальняя косморазведка была организацией серьезной и основательной, с государственным финансированием и строгой дисциплиной. При всем том служба эта считалась гражданской, точнее, наполовину гражданской. Во-первых, дальняя космическая связь была делом весьма энергозатратным, и посему прибегали к ней чрезвычайно редко, предоставляя кораблям косморазведчиков порой по нескольку месяцев вариться в собственном соку. Какое уж здесь командование, когда подчиненные находятся вне зоны доступа? Как раз наоборот – экипаж должен иметь как можно больше возможностей для самостоятельных действий. Да и задачи косморазведка выполняла довольно мирные: исследование новых территорий, составление карт, поиск пригодных для жизни планет (или теоретически пригодных, что совсем не то же самое, но все же лучше, чем ничего). В общем, работа, схожая с работой некогда существовавших геологических экспедиций, с той же романтикой неисследованных территорий и дальних странствий, но требующая гораздо больших знаний и порой гораздо более удивляющая.

Успешно пройдя все испытания, Кэп, которого тогда все называли Александром или просто Сашей, был направлен для получения нового корабля на стоянку закрытого сектора. Для тех, кто не знает, – это стоянка длительного хранения для кораблей, которые в данный момент не используются, находящихся на консервации или новых. Саша как раз должен был получить новый корабль, на этом дальняя космическая разведка не экономила. То есть абсолютно новый, без настроек на опознавание экипажа и без названия. Все эти данные устанавливал капитан. Он же именовал корабль и регистрировал название в статистической сети космопорта. Так было принято – что-то вроде традиции.