Valerie Sheldon – The Lost Soul (СИ) (страница 25)

— Нет. Ни капельки, — ответила я, придав голосу каплю храбрости. Он рассмеялся, одному ему понятной шутке.

— Ладно, — выдохнул наконец Питер.

Как только Питер ушёл, я вздохнула, проходя к распахнутым дверям, и посмотрела в лес, где идёт ливень. По ту сторону остались Сэм и Уилл. Я тут же вспомнила, как сбежала оттуда…

Быстро и без оглядки.

Расцарапанная дверь, стёкла, неизвестно откуда пятна, запах перегара… — всё произошедшее не хотело стираться из моего сознания. Меня неожиданно передёрнуло. Я покачала головой, прогоняя плохие мысли.

Комочком складываюсь на кровати, закрываю глаза и пытаюсь заснуть. Однако снова появляется та комната. Снова открываю глаза, резко поднимаясь. По щекам текут ручьи слез, а в груди нарастает удушающее чувство. Когда это все закончится? Дверь неожиданно распахнулась и зашел Питер с улыбкой на лице, облокачиваясь на дверь.

— Я положил твои вещи в стирку.

Я шмыгнула носом, кивая. Питер вздохнул, зашторил окна так, что комнату охватила темнота. Я откинулась на подушку и накрылась одеялом. Закрыв веки, пытаюсь перевести дыхание. Рука Питера накрывает мое плечо и всё тело напрягается.

— Спокойной ночи, Керри, — шепчет он. — Я буду внизу, если что вдруг.

После его ухода меня сразу накрывает темнота, и глаза закрываются. Мне снится странный сон, от которого я уже чисто физически не могу скрыться.

38 глава

Я стою возле старого дома. Дверь открывается, приглашая зайти внутрь. Я на автомате шагаю к лестнице и захожу в самое пекло. Там меня встречает тьма и жуткий мороз, превращая тело в лёд. Внутри стоит старый, облезлый диван. Под ногами постанывают полы.

Мне не хочется тут оставаться ни секунды больше. Я разворачиваюсь и бегу к выходу, однако дверь резко захлопывается перед носом. Начинаю стучаться изо всех сил, но безуспешно. Краем уха слышу чей-то вой, похожий на раненную собаку.

По инерции поднимаюсь по лестнице и потом вижу картины на стенах. На каждой изображен мальчик с женщиной, схожий внешностью и улыбкой. А на другом холсте та же женщина, но без мальчика.

Странно, но этот дом был похож на тот, из которого я недавно сбежала. Стены начали постепенно подступать ближе. Я прохожу дальше. Иду до самой дальней двери, откуда всё ещё доносится вой. Дрожащими пальцами дотягиваюсь до ручки и медленно поворачиваю.

Дверь со скрипом открывается. Сердце замирает, когда на глаза попадается человек. Он лежит на полу и корчится от боли. На его теле росла густая шерсть, когда он орал до тех пор, пока крик не превратился в вой.

Я кричу во всё горло, когда встречаюсь с его карими глазами, узнавая в них того самого парня, которого встретила случайно в лесу.

Тем временем шерсть уже полностью отросла, а зрачок сузился и окрасился в угольно-чёрный. Он завыл и попятился назад, разбивая окно. Я следую за ним, чтобы помочь, но падаю в пропасть и громко кричу.

— Керри, проснись! — встревоженно просит Питер, трясся меня. Я озираюсь по сторонам и глотаю ртом воздух. Чувствую, как по лбу стекает пот, и чьи-то пальцы на затылке.

— Питер?

— Керри, это просто сон, слышишь? — уговаривает он, кивая.

Я часто дышу, всё ещё приходя в себя. В комнате распахнулись двери балкона и оттуда подул сильный и холодный ветер.

— Да ты вся вспотела! — изумился Питер и поднялся. — Сейчас вернусь. — Он выбежал из комнаты. Через пять минут он возвращался обратно, держа полотенце в руке. Я слегка привстала, чувствуя давление. Все мои волосы оказались на лице, футболка Питера прилипла к телу.

— Волк. Он был там… — Я говорила рассеянно, сквозь ещё сонный разум. Волнение нарастает и в конце концов я уже тараторю как ненормальная.

— Тише, тише. Это просто сон, — успокаивает Питер, качая меня из стороны в сторону. Он включает ночник возле тумбочки и подает холодный стакан воды, обтирая полотенцем мой лоб.

— Что тебе приснилось? — тихо шепчет парень, временами ловя с меня капли нервного пота. Я долго борюсь с дыханием, приходя в реальность. Дрожь потихоньку затихала, но я все равно смогла проговорить только полушепотом:

— Я его видела.

— Кого? — Я обхватываю себя руками, защищаясь.

— Волка, — признаюсь, смотря на смятый уголок одеяла.

— Это сон, Керри, — разочарованно вздыхает Питер. Я качаю головой и закрываю глаза, сильно зажмуриваясь.

— Этот волк был необычным! — упираюсь я. — Сначала этот парень был человеком, а потом превратился в зверя и…

— Стоп! — опешил Питер, выставляя руку вперед, ладонью ко мне лицом. — Что? — Его брови взметнулись. Он отстранился от меня и нахмурился. Я нервно сглотнула, но молчала. Он сжал одеяло на моих глазах и я увидела, как заиграли его желваки.

— Керри, что на самом деле произошло? — требовательно спросил он. Он хотел знать правду.

— Что случилось на самом деле? Как ты тут оказалась? — Питер устало вздохнул и покачал головой. — Ты же сама твердила, помнишь, будем говорить друг другу только правду.

Глаза Питера полностью прикованы ко мне. Грудь опадала при каждом вздохе. Он в недоумении. Он хотел знать всё. Буквально. Я молчала, не поднимая глаз. Я не могла вымолвить ни слова.

— Посмотри на меня! — Его голос поднялся на несколько октав. Я вздрогнула от испуга, но всё-таки подняла глаза.

— Помню, Питер, помню. Я на самом деле гуляла…

— И?

— И заблудилась, — вздохнув полной грудью, я сильно зажмурилась. Была не была. Это больше нельзя тянуть. Хватит.

— Я на самом деле видела волка. Он был… не один. По правде говоря, двое… Их было, кажется, двое. — Мой разум не слушался, сердце остановило свой ритм. Я с опаской посмотрела на Питера, но он только ловил ртом воздух.

— Что? — Парень резко встал и сузил глаза в неверии. Я невинно смотрела на него. Ждала, пока он что-нибудь скажет. Хоть что-нибудь, кроме этого. Но он молчал, полностью пораженный. Питер стоял, как вкопанный. Я даже не знаю, сколько прошло времени, пока он не спросил:

— Где ты его видела? — Он стал ходить по комнате, измеряя шагами её размеры. Он завёл руки за спину, испепеляя горящими глазами белоснежный ковер.

— В лесу, — сглотнула я.

— Какого они были цвета?

Он остановился и перевёл свой взгляд на меня. Питер был холоден, твёрд, но спокоен, как море после шторма; такой же радушный, но всё ещё живой. Я сажусь на корточки и начинаю вспоминать более четкую картинку. А какой у них цвет шерсти? Попыталась углубиться дальше, но так ничего и не смогла вспомнить. Голова ужасно болит, как будто в неё вонзали наточенные ножи. Я морщусь от боли.

— Не помню. — Питер подошёл ко мне, присаживаясь напротив.

— Эй, что с тобой? — Он вытягивает руку и касается моего плеча.

— Всё в порядке, — отдергиваю я, хмурясь. — Питер, я правда не помню, как они выглядели. Помню, что их было двое. А когда я их заметила, ринулась со всех сил куда подальше. Потом зацепилась, наверное, за что-то, и упала.

— Упала? Ты мне не говорила. — Подбородок парня дернулся.

— Вот сейчас говорю. — Я попыталась натянуть улыбку, но он просто пожал плечами, закатывая глаза. Пусть Питер и опустил эту тему, но что-то подсказывало — он не оставит это так просто…

— Ладно, давай пока не будем продолжать это. — Он оглядел меня и встал.

— Принести воды?

Я кивнула и Питер ушёл вниз. Что я наделала? Что теперь будет? Как я буду смотреть Сэму и Уиллу в глаза? Хотя, что я переживаю?

В школу я и так должна идти, а к Сэму и Уиллу я не буду подходить, даже разговаривать! Лучше держаться в стороне от них.

"Никогда не подходи к людям, от которых веет холодом и ужасом" — В голове невзначай пронеслись слова отца. Я приняла решение моментально, и груз сразу исчез с плеч. Пусть даже и на половину. Дверь открылась и вошёл Питер со стаканом воды.

— Вот, держи, — он протянул мне стакан. Я сделала маленький глоток и отставила стакан на прикроватную тумбу, попробовав улечься вновь. Питер стоял возле двери, облокотившись плечом. Меня всё ещё клонило в сон, но закрывать глаза боялась.

— Попробуй заснуть, — отозвался Питер. Его лицо помятое; красные глаза говорили сами за себя. Голос неожиданно стал подавленным.

— Прости, — шёпотом проговорила я. Питер уселся на край кровати, ловя мой отрешенный взгляд.

— За что ты просишь прощение? — Его лицо побледнело, и я сглотнула.

— Возишься со мной тут, как с маленьким ребёнком.

— Тебе не за что извиняться. Это даже весело. Так что не надо, — он усмехнулся, дернув уголком губ.

— Весело? — Брови вздернулись вверх. — Значит тебе весело? — прищурив глаза, спрашиваю. Питер смеется и встает.

— Ладно, попробуй заснуть. — Он снова становится серьёзным и вся беззаботность и ребячество стираются с его лица.

На улице до сих пор сплошная темень. После дождя стало холодно и брезгливо; вода теперь стекается по ржавым трубам, деревья в лесу шумно шелестят, и кажется, что сейчас проснется весь город.

— Ладно, попробую, — вздохнула я. — И… Питер? — Парень останавливается возле открытой настежь двери.