Valerie Sheldon – Шоколадные хлопья с ванильным молоком (СИ) (страница 31)

Я молча кивнула и отвернулась к окну. Час еще спустя, проснулась я уже в салоне самолета. Все пахло роскошью. Вся мебель и рамки на окнах обтянуты молочного цвета натуральной кожей. Я зевнула и огляделась. Шон что-то задумчиво читал в телефоне.

— Что-то не так? — пытаюсь спросить его, но он только качает головой и прячет свою аппаратуру в карман.

— Ничего, — он чмокает меня в щеку и по коже пробираются мурашки. — Поспи немного, вечер окажется долгим.

Я мотаю головой.

— Нет, я не могу. Мне нужно быть с братом и поддержать.

— Ты сможешь это сделать. — Он выдыхает и закрывает глаза, затем снова открывает их, и я замечаю страдальческое выражение, почти кающееся

Я не понимаю и хмурюсь. С самого утра он ведет себя слишком странно для обычного своего поведения. Но сейчас мне нужно сконцентрироваться на более важном.

— Мы скоро будем там. Ты вернешься домой, и все встанет на свои места.

Он улыбается и отворачивается от меня, подзывая Марко, чтобы тот подлил еще шампанского. И только сейчас я понимаю, что не хочу жить, как обычно. Если там нет Шона, то я не рада тому, что происходит.

Между нами образовалась какая-то необъяснимая связь — пугающая и всемопоглащающая — но она есть. И я не знаю, как это объяснить. В одном я была уверена точно — я буду по нему скучать. Когда Шон делает несколько глотков, затем ставит бокал на подставку, я осторожно кладу голову ему на плечо и закрываю глаза.

33 ГЛАВА

Хло

На душе становится не спокойно. А когда самолет совершает посадку, то по спине пробегают мурашки, и я начинаю нервничать. Шон молча проходит мимо, я следом за ним. В Израиле жарче, чем в моем родном городе, но мне плевать. Я хочу увидеть своего брата и удостовериться, что с ним все в порядке.

— На Адам — Луиз, Марко, — распоряжается Шон, быстро печатая что-то в телефоне.

Я молюсь, что с Лео все будет хорошо, вспоминаю его последние слова и Вик. Ее нужно в первую очередь поблагодарить. Если бы не она, Лео бы не знал, как дальше жить.

Она моя подруга и к тому же невеста моего брата. Прекрасное сочетание. Теперь, спустя столько времени, я спокойна. За Лео. За Вик. За себя.

Со следующего года я уеду в колледж и начну новую жизнь. Одна мысль пугает меня: что будет с Шоном? Смешно, конечно, но я, вроде как, привязалась к этому парню.

— О чем задумалась? — спрашивает Шон, косо глядя на меня. Он улыбается мне и на сердце становится теплее. Я мотаю головой.

— О будущем.

— И какое оно? — с усмешкой в голосе задает вопрос парень.

Я придвигаюсь к нему ближе. От опьяняющего запаха, идущего от Шона, моя голова начинает кружиться. Я нервно перебираю его золотистые волосы, и от этого Шон издает удивленный вздох. Я чувствую, как его пальцы ласкают мою кожу. Начинаю смеяться и это первый раз, когда смех льется чисто и звонко. Не от иронии или разочарований, где только смех может быть выходом. Нет. Здесь было что-то другое.

— Довольно интригующее, — заканчивая, наблюдаю, как его глаза окрашиваются в глубокий синий. Дыхание стабилизируется, а касания становятся медленнее. Он отодвигается и склоняет голову.

— Поделись со мной. Я не обижу, — уверяет он. Я соглашаюсь, не медля. Все равно это лишь мои грезы. Я откидываюсь назад и смотрю в потолок салона.

— Если только ты расскажешь все о себе, — предлагаю ему такой вариант, потому что ему не удастся сломить меня просто так. Он смеется.

— О, значит так? — Райдер усаживается удобнее, скрещивая руки на груди.

Он закрывает ламинированное стекло, и теперь мы остаемся один на один. Мне кажется или воздух над нами действительно сгустился? Шон приподнимает подбородок, выдыхая через нос.

— По рукам, Квикли.

Я облегченно выдыхаю.

— Я думала, как поступлю в колледж и буду учиться там. Как обзаведусь новыми знакомыми и все эти перемены так изменят меня… — Я сглатываю, понимая, что сболтнула лишнего. Шон сжимает мою руку и дрожь во всем теле прекращается. — Я не хочу меняться. Для меня это подобно кошмару. Кошмару в реальности. От которого не убежишь и не спрячешься.

— Все будет круто. Уж поверь мне. Я столько школ закончил, что не перещетать. — Шон усмехается, уходя в воспоминания. Я освещаюсь от любопытства. С виду не скажешь, что он ботаник.

— Неужели ты издевался над младшими? — шокировано говорю, раскрывая рот. Шон качает головой, его щеки краснеют.

— На самом деле все было наоборот. Мне помогла мама окончить школу. Когда она узнала, что надо мной там потешались, даже учителя, она забрала мои документы и вложила в меня не только знания, но и нечто иное. Любовь к другим и силу воли.

Я улыбаюсь и прижимаюсь к его груди, нежно поглаживая по его костяшкам пальцев. Чувствую, как его пресс подо мной напрягается. Мне становится жарко. Я хочу приподняться и отодвинуться от него, но он перекрывает меня, давя на бедро.

— Давай полежим так. Мне спокойно с тобой, — я слышу часть искренности в его голосе и становится не так страшно. Я расслабляюсь и усмехаюсь.

— Как ни странно, мне тоже с тобой спокойно, — мой голос переходит на шепот. Я чувствую небольшую усталость, но я не хочу спать.

***

— Мы на месте, — слышу, как зовет Шон, но отголосками.

Я открываю веки, потягиваясь. Кости стонут и понимаю, что все-таки заснула. Шон стоит в проеме двери, держит стаканчики с кофе. Как раз то, что нужно. Я резко встаю с пружинистой кровати и подбегаю к нему.

— О. Бог. Мой. — Я делаю глоток горячего капучино и запах превосходен. Шон усмехается, когда тянется к моему стакану. Я отхожу назад, отводя его от Райдера подальше.

— Нет, у тебя есть второй, — протестую в ответ. Парень усмехается, закатывает глаза и приподнимает свой кофе к верху.

— Мой не вкусный. Я хочу испробовать твой, — он делает шаг ко мне. — Не заставляй меня умолять.

Я вздыхаю и позволяю ему отпить.

— Но немножко, — предупреждаю, делая акцент на последнем слове. Он кивает, что понял и делает несколько глотков.

— Вот, теперь я пометил тебя, — поясняет он, когда передает мне обратно стаканчик. Я хмурюсь.

— Ты пометил мой стаканчик, а не меня, — улыбаясь, уточняю. Он качает головой, пожимая плечами. От этого его лицо становится светлее, а в глазах притаился странный огонек.

— Как знать, — он достает телефон и машет перед моим носом. — Мне нужно кое-что доделать, а потом я вернусь, идет?

Я киваю. Перед тем, как уйти, он указывает одним указательным пальцем на меня и прищуривает один глаз.

— Если захочешь куда-нибудь выйти, скажи Марко. Он будет твоей охраной, пока меня не будет рядом.

— Я большая девочка, Шон, — говорю ему, смеясь.

На мое высказывание он ничего не отвечает. Просто щелкает пальцем и дверь открывается. В номер входит Марко. Он довольно высок и выглядит лет на тридцать с небольшим. Угольно-черный костюм с длинным галстуком под пиджаком удивительно подчеркивает цвет его глаз. Он коротко кивает Шону.

— Ты должен следить за ней и идти туда, куда она сама захочет. Это приказ, от которого зависит твоя душонка. Если с ней что-то случится, будешь отвечать головой, уяснил? — Марко кивает снова.

Он умеет говорить? Голос Шона становится на октаву выше. Я удивлена и одновременно прихожу в шоке от его действий. Впервые вижу такую сторону Райдера. И мне она не нравится. Райдер усмехается мне в последний раз и закрывает за собой дверь.

Шон

Оставив Хло с Марко, мне нужно было встретиться с сумасшедшей фанаткой, провозгласившей себя моей женой и теперь уже матерью троих, мать вашу, детей. По ее истории я — никчемный отец, сбежавший от нее во время беременности. Теперь эта бесстрашная просит элементы.

Спустя 10 минут она забегает в небольшое кафе. Тут не многолюдно, но лучше, чем один на один. Мне нужны были свидетели. Они сдерживали мой пыл и гнев.

— Ну, привет, — поет она, закидывая руки мне на шею. Я тут же отхожу назад, шипя.

Что она о себе возомнила? Я пригвождаю ее к месту, и она садится. Рыжие локоны пружинят при каждом ее движении. Она выглядит моложе, чем утверждала в интервью. К нам подходит официант с конским хвостиком на затылке. Ему бы сниматься в сериалах, а не раздаватьеду.

— Вам что-нибудь принести? — интересуется он, почти не смотря на нас.

Я качаю головой. Бесстрашная хочет что-то сказать, но я смотрю на нее угрожающе. Девушка замолкает, упираясь обеспокоенным взглядом в столик. Так-то лучше.

— Ничего не нужно, приятель, — кидаю ему, затягиваясь сигаретой. Официант удивленно смотрит на меня и прищуривается.

— Это вы? — переспрашивает он. — Шон Райдер, верно? — Парень срывает листочек, даже не удостоверяясь, чей заказ там был. Кажется, его это не очень волнует.

— Одолжите мне ваш автограф? — Его карие глаза молят меня, он придвигается ближе, будто заслоняя меня от вымышленных камер. Я быстро соглашаюсь и отдаю ему автограф. Он улыбается мне и пожимает руку, как музыкант музыканту. Я вымученно улыбаюсь ему.

— Благодарю, чувак. Ты лучший, — выпаливает он, когда замечает вид моей спутницы. Я усмехаюсь.

— Все в порядке, не парься, — говорю ему. Он еще раз кивает и уходит.

Бесстрашная усмехается и делает вид, что это ее не волнует. Конечно, слава, деньги и внимание никому не понравятся, если это все не обращено к тебе самому. Тупая зависть всех доведет до могил раньше времени.