Валери Бенаим – Он не тот, кем кажется: Почему женщины влюбляются в серийных убийц (страница 46)

Интервью заканчивается. Мы общаемся уже три часа. На дворе ночь. Она обещает держать меня в курсе. Я благодарю ее за то, что она открылась, как мне кажется, с такой искренностью и откровенностью.

Через несколько дней я получаю СМС. Сандрин появляется как гром среди ясного неба. Только что на нее обрушилось известие: несмотря на апелляции, иски, адвокатов, материалы дела, тесты ДНК, последняя апелляция Хэнка отклонена. Запланирована новая дата казни. Новый дамоклов меч над головой. 13 сентября 2023 года. Сандрин сражена прямым попаданием. Она, просившая немного передышки, так хотевшая в это верить, вновь брошена на передовую. Она говорит, что «раздосадована и очень встревожена». Сделать нельзя уже почти ничего. Сандрин измотана, но готова бросить оставшиеся силы в последний бой.

Наконец коснуться его, взять за руку, поцеловать

Сегодня, 14 декабря 2022 года, когда я пишу эти строки, Сандрин сообщает мне, что неделю назад Хэнка отправили в реанимацию. Ему лучше, но диагноз неутешителен. Ему предстоит довольно рискованная операция. Сандрин снова в тревоге. Она далеко, во Франции. Она снова должна бессильно наблюдать за ходом событий. Она, живущая борьбой, ничего не может сделать, только «скрестить все пальцы на руках и на ногах», как она пишет. После операции она решит, ехать ли в Техас до Рождества или сразу после.

Завтра у Хэнка опасная операция. Завтра у Сандрин день рождения… Я пытаюсь приободрить ее и говорю, что это знак. Она отвечает: «Я тоже хочу в это верить».

Четверг, 6 марта. У меня в разгаре съемки, еще несколько минут до конца передачи. Я вижу, как мой телефон на столе вибрирует и высвечивается имя Сандрин. У меня колотится сердце. Я судорожно жду выхода из эфира. В 21:16 я слушаю сообщение. Плохие новости. Без подробностей. Я перезваниваю. Автоответчик. Она перезванивает через полчаса. Хэнк умер. Сандрин спокойна и почти безмятежна. Как обычно, никаких театральных эффектов, она ни за что не примкнет к клану плакальщиц в трауре.

После операции Хэнк снова попал в больницу, как раз на День святого Валентина. Он уже не прочел последнее письмо Сандрин. Оно вернулось. Любовь как бумеранг…

У Хэнка диагностировали, но с запозданием, четвертую стадию рака мозга. Его победила не смертельная инъекция, а болезнь. Хэнк скончался 17 февраля 2023 года. Его казнь была намечена на 13 сентября. Он продолжал заявлять о своей невиновности. Сандрин была рядом. Как всегда. Это она дала согласие на отключение от аппаратуры. В реанимации, пока он находился в коме, она наконец смогла его коснуться, взять за руку, поцеловать… И поговорить с ним. Ее друг, врач, сказал, что «даже в коме они могут нас слышать». По крайней мере, он умер у нее на руках. «Он ждал меня, чтобы умереть, и я освободила его из этого ада».

Я кладу трубку с твердым убеждением, что она не перестанет сражаться. Я ее знаю – Сандрин Ажорж-Скиннер, «та, что защищает», «та, что помогает мужчинам», «та, что отбрасывает врага», продолжит сражаться, чтобы доказать невиновность своего мужа. Она не перестанет бороться против смертной казни, как для невиновных, так и для виновных.

Заключение

Все эти встречи заставляют меня задуматься о самой себе, моих установках, оценочных суждениях, а также об осуждении (слишком быстром?) и эмпатии (неуместной). Я постоянно колеблюсь между пониманием и абсолютным отторжением. Я думаю о семьях жертв, потом говорю себе, что книга не об этом… и спохватываюсь, досадуя на себя. Я инстинктивно выстраиваю этих женщин в иерархическом порядке, ничего не могу с собой поделать. И злюсь на себя за это. Я говорю себе, что есть те, кто виноваты сами, и те, кто совершенно ни при чем.

После 14 месяцев расследования, напряженных диалогов, внутренней рефлексии и взгляда внутрь себя эти женщины вынуждают меня задаваться вопросами. Они взбудоражили меня. Я хотела бы охватить их всех одним сочувствующим взглядом. Среди них есть те, к кому я ощущаю нежность, те, к кому испытываю злость, те, кто растрогал меня, но я их не понимаю, те, с кем я держу дистанцию, потому что они меня пугают, и те, кто изумляет меня.

Портреты этих женщин и их уникальные истории – это отражение того, чем в глубине души являемся мы сами, отражение общества, наших страхов и тревог, нашего отношения к насилию, смерти, любви. Эти женщины уникальны и в то же время архетипичны. Они похожи на меня и в то же время нет.

Я попыталась понять, поделиться с читателями моими вопросами, моим непониманием – но и моими ответами и ответами моих собеседников и собеседниц. Я не хотела ни нападать на этих женщин, ни защищать их, ни сравнивать их с Эриниями, инфернальными богинями греческой мифологии, которых римляне также называют Фуриями. Среди них нет ни полной ненависти злобной и сварливой Мегеры, ни ее сестер – мстительной Тисифоны или безжалостной Алекто.

Эта отсылка к мифологии не дает мне покоя с тех пор, как о ней упомянул мой первый собеседник Ален Бауэр, так как она показывает, что мужчины и женщины, их страсти, их отклонения – всегда одни и те же. Греческие авторы предусмотрели все возможные случаи. Достаточно погрузиться в мифологию, чтобы найти там родных сестер Элизабет, Мари, Софии, Сандрин и всех тех безымянных женщин, с которыми я не успела встретиться, или же они предпочли остаться неизвестными из страха мести и поспешного осуждения.

Богини Древней Греции остаются всего лишь женщинами, которые тоже порой губят себя из любви, становятся жертвами насилия, и в этом они до неразличимости похожи на тех влюбленных посетительниц, которых можно встретить в комнатах для свиданий или в холле камеры смертников.

Поиск ответов на множество вопросов, которые вызывают эти влюбленные, принадлежащие к мрачному и бесперспективному миру, – вот чем мне интересны и полезны эти трагические богини. Ариадна, которая спасла Тесея от тирании своего отца, а в итоге была покинута. Цирцея, которая отказалась от своих способностей ради любви к Одиссею. Гея, отомстившая мужу за власть над ней, чтобы освободить своих детей. Деметра, бьющаяся с установленным богами порядком, чтобы вернуть свою дочь.

Да, множество вопросов, на которые эта книга и многочисленные встречи не дали окончательных ответов. Будет ли их достаточно для читателя или читательницы? Эти женщины – в своих блужданиях, с их слабостями, силой или безумием – определенно заслужили, чтобы мы приостановили свой бег и дали себе труд приглядеться к ним.

Благодарности

Как вы только что прочли, это расследование длиной в 14 месяцев стало для меня погружением в глубины, насыщенные эмоциями.

После стольких дней, в течение которых я переживала и обманчивое затишье, и безжалостные шторма, я хотела бы поблагодарить на этих страницах тех, кто не отпускал мою руку и держал курс вместе со мной.

В первую очередь – моего партнера и моего сына, занимающих «почетные места», – они ни разу не вышли из себя, наблюдая мои перепады настроения и мою одержимость, порой отдалявшую меня от них. Моих родителей, которые часто беспокоились, но всегда поддерживали меня. А также подруг, посвященных в тайну: Жеральдин, Далини, Людивин, – зрительниц, занявших дальние места, но благожелательных, и тех, кто так или иначе оказал мне бесценную помощь: Алексиса Грамбла, Жоанну Бедо, Ингрид Дюримель.

Затем я хотела бы выделить особое место для той, кто немедленно поверил в меня и в эту книгу и дал мне шанс осуществить это расследование: моей издательницы, этой невероятной воительницы, всегда настроенной позитивно и готовой сражаться, – Изабель Сапорта. Никакие мои звонки (даже поздние и отчаянные), никакие письма и другие сообщения (то лихорадочные, то восторженные, то эйфорические, то тревожные) не сломили ее энтузиазм и безусловную поддержку. Спасибо и моему литературному редактору Марго Рюссо, которая тоже получала сообщения в 23:00 и СМС по выходным, всегда с широчайшей улыбкой отвечала добрым советом, вдохновленная, доброжелательная, готовая выслушать мои переживания и вдохнуть в меня энергию в минуты сомнения. Спасибо, девочки, вы потрясающий тандем!

Спасибо Франку Эрио, моему первому читателю, за проницательный взгляд и дельные советы. Я многим тебе обязана, дорогой друг.

Наконец, спасибо, конечно же, всем тем, кто согласился свидетельствовать, чтобы дать мне возможность прикоснуться к хитросплетениям этой темы, в первую очередь тем, кто раскрыл душу без прикрас и с большой искренностью: Элизабет, Мари, Софии и Сандрин. Спасибо вам за то, что открыли мне часть своей жизни. Я знаю, какие усилия вам потребовалось приложить и какое доверие вы мне оказали – надеюсь, я была его достойна.

Благодарю вас, Ален Бауэр, доктор Даниэль Загури, доктор Пьер Ламот, мэтр Якубович, мэтр Альфор, мэтр Понс, Жак Даллест, Мартин Монтей и Уилфрид Фонк, кто одновременно позволил мне и чуть отстраниться, и понять реальность мира, о котором я не знала ничего или почти ничего.

И наконец, спасибо вам, дорогие читатели, за то, что вы открыли свое сердце и согласились попытаться понять, прежде чем судить.