Валентина Зайцева – Обитель Короля снов (страница 39)

— Нет. Я понимаю, что Грезар — король, а ты не из знати, но ты моя подруга. — Я повернулась к Грезару. — Я не позволю использовать её как прислугу.

Грезар сел. Я была приятно удивлена, не увидев крови на повязках. Вода, должно быть, сотворила чудо. Но я всё равно злилась на его небрежное отношение к подданным.

— Я не требовал ничего от Тианы. Я спросил, не захочет ли она сопровождать тебя сегодня. Пока я исцеляюсь.

Я подняла палец.

— Во-первых, мне не нужна спутница. Во-вторых, разве ты не видишь, что, даже если ты спросил вежливо, Тиана не в том положении, чтобы отказать? И она может погибнуть! То, что ты просишь, нелепо.

Грезар чуть улыбнулся моей вспышке.

— Сегодня никто не умрёт, особенно Тиана и ты. У меня есть связь с подданными. Я могу отправить её к дверям и вернуть. Если она почувствует малейшую опасность, я призову её сюда. Если она будет держать тебя, ты вернешься с ней.

— Ох. — Я забыла про их странную телепатию и телепортацию. Легкая ревность кольнула меня, но я быстро её отогнала.

Он почесал подбородок.

— Тиана, у меня нет денег, чтобы заплатить за твою службу…

Она подняла руку.

— Уверяю, это не нужно. Я рада помочь Марие.

Я усмехнулась. Несмотря на её непривычно покорный тон, она была на моей стороне.

— Позволь мне закончить. Ты оказала мне много услуг с приходом Марии, и, как она верно заметила, я использовал тебя, не думая о тебе. Я вечно в долгу за твою доброту. Если хочешь уйти, уходи, и не будет последствий. Я не подумаю о тебе плохо.

Это было немного. Я бы предпочла, чтобы он заплатил, но, как он сказал, он король без гроша. Живет в лесу, чёрт возьми.

— Я пойду с Марией. Если позволишь, Мария?

Похоже, у меня не было выбора.

— Ладно, — буркнула я. — Но мне не нужен официальный сопровождающий. Мне нужна подруга. Пойдем, покончим с этим.

Она взяла мою руку. Меньше чем через секунду я ощутила, как моё тело сжимает, словно выдавливают из тюбика зубной пасты, как в первый раз, когда я прошла через красную дверь.

— Спасибо, — сказала я, когда мы оказались перед красной дверью. — Ты правда не была обяз…

— Не хочу быть, как ты сказала, «занудой», но я должна быть голосом разума. В прошлый раз ты была в беде. Хотела сбежать от короля. Сказала, что у тебя нет… Стокгольмского синдрома.

— Стокгольм. Столица Швеции, — брякнула я бессмысленно, чувствуя мрак. Я точно помнила, что сказала ей в прошлый раз. Что не влюблюсь в Грезара. Какая чушь.

— Название не важно, Мария. Милая, я говорила, этот мир не для тебя. Хочешь всю жизнь быть ношей, которую таскают по лесу слуги? Какие бы сказки ни крутились в твоей голове, здесь ничего не изменится.

Я опустилась на землю, скрестив ноги.

— Всё изменилось, — раздраженно ответила я. — Он не тот, кем я его считала. Не виноват в том, в чём я его обвиняла.

Тиана грациозно села рядом, скрестив ноги.

— Мария, он тот, кого ты видишь. Может, он изменился с твоим приходом. Может, ему нужна была любовь хорошей женщины.

— Любовь… Нет. Это не любовь. Это… — Я не могла его любить. Это не любовь. Я не могла объяснить это даже страстью, ведь мы ничего не сделали.

Она положила руку на мою.

— Твоя жизнь — не моё дело, но даже если Его Величество окажется самым замечательным мужчиной в этом мире, сможешь ли ты жить во тьме всю жизнь, не видя друзей и семью?

Её слова впились в горло, как когти. Я ненавидела их, потому что знала — они правда. Не хотела слышать дальше, но она продолжала, разрывая меня.

— Посмотри вокруг. — Она обвела рукой деревья и двери. — Это всё. Это всё, что он может тебе дать. У него нет выходных от работы. Посмотри, что случилось, когда он стал недееспособен. Тебе пришлось взять его обязанности на себя.

Я покачала головой и провела рукой по глазам. Слишком рано для такого разговора, и я не пила кофе. Не то чтобы я пила его недели напролет, но сейчас он был нужен.

— Я не могу его оставить, Тиана. Ты видела его. Он сказал тебе, почему он в повязках? Или почему мы вообще на пляже?

Она посмотрела на меня с такой жалостью, что я хотела закричать.

— Не моё место спрашивать, только служить.

Я вскочила.

— Я устала от этой чуши. Ты права. Жизнь Грезара — отстой, и моя жизнь с ним здесь тоже будет отстоем, но что у меня есть? У меня всего один друг в реальном мире. — Я подняла палец. — Один, вот и всё. У меня сестра, с которой я едва говорю, моя квартира в ипотеке, и когда я проверяла в последний раз, только пыль была в кухонных шкафах. Здесь у меня хотя бы паршивые ягоды и листья.

Она опустила голову.

— Прости. Я не знала.

— Теперь знаешь, — огрызнулась я. Я не понимала, почему злюсь на неё. Мир — отстой, оба мира, и она не виновата. — Здесь может быть лучше. У Грезара есть двор, да? Дворец где-то? Мы могли бы пожениться и жить там. Может, сказка возможна.

Она в шоке посмотрела на меня.

— Ты говоришь о свадьбе?

Я поперхнулась. Что я несу? Я даже не спала с ним, а уже планирую свадьбу. Боже, я в полном раздрае.

— Я… Нет, я…

Она встала и снова взяла мои руки. Я не могла отвести взгляд от её глаз.

— Я не могу его оставить. Знаю, как это безумно. Знаю, что это место — кошмар. Знаю, что каждое твоё слово — правда, но если я пройду через красную дверь, больше его не увижу. И без меня кто будет следить за дверями? — слабо добавила я.

Она вздохнула.

— Двери — не проблема людей. Но по твоему лицу вижу, что это не главная причина. Я знаю боль любви, я чувствовала её давно. Это горькое жало, когда любовь теряется, но это не значит, что она правильна.

Я упала в её объятия.

— Почему тогда это кажется таким правильным?

Она гладила мои волосы, обнимая.

— Не знаю, милая. Выбор за тобой — остаться или уйти. Думаю, в сердце ты уже решила. Ты ошиблась, сказав, что у тебя один друг. Их два. Я с тобой. Но, возможно, пора думать головой, а не сердцем.

Ей легко говорить. «Горькое жало» не описывало, что я почувствую, уйдя. Полное опустошение ближе к истине.

— Пойду проверю двери, — сказала я, отстраняясь.

Она кивнула.

— Я не смею войти с тобой. Не моё место, но я буду ждать снаружи.

Обычно, входя в чужие сны, я испытывала трепет. Каждый был как книга, ждущая открытия, полная историй. Сегодня сердце было как свинец, и я едва смотрела на сны. Слова Тианы занимали все мои мысли, и у меня не было сил сосредоточиться. Я обрадовалась, когда через пару часов Тиана сказала, что Грезар просит нас вернуться.

Несмотря на иррациональную ревность к связи Грезара и Тианы, я не могла отрицать, что это удобно.

Грезар встретил нас улыбкой, когда мы появились на пляже.

— Всё в порядке?

Я заметила Ворона, прыгающего на камне рядом. Птица, должно быть, поняла, куда ушла Тиана, и прилетела.

— Нормально, — пробормотала я, когда он поцеловал меня в щеку. Это было наигранно и неестественно. Тиана чуть склонила голову. То ли кланялась Грезару, то ли не хотела видеть нашей близости, какой бы вымученной она ни была, я не знала.

— Спасибо, Тиана. Если я могу чем-то отплатить, дай знать. — Не только его поцелуй был странным. За пару часов его личность будто подменили.

— Не нужно, Ваше Величество. Мне было приятно в компании Марии. Мы мило поболтали. — Она многозначительно посмотрела на меня, и мой желудок сжался. Мы едва говорили у дверей. Единственный разговор — её предупреждение не влюбляться в Грезара.