Валентина Степанова – Смерть счетовода (страница 3)

- Возьми, Гавриловна, пригодится тебе теперь, - сказал он, доставая из-за дверцы нижней полки шкафа полуторалитровую бутыль самогона.

- Пшеничный будет, - сказал он, слегка обнимая своего верного товарища. Завернул в мешковину посудину с пробковой крышкой и проводил Марью Гавриловну до двери.

Петя был дома. Он хлебал щи прямо из чугуна и весело подсмеивался. Читал Петя потрепанную листовку от культпросвета.

- Собирайся, сынок! Вася умер. Надо комнату на тебя успеть переписать. В Москве теперь жить будешь. Маманьку не забывай там тогда, - она устало опустилась на лавку у двери.

Они выехали на колхозной лошади со знакомым колхозным мужиком, когда летний вечер еще только начинался, чтобы затемно добраться до улицы Пречистенки. Утром следующего дня надо было решить все формальности по устройству Петра Петровича на жилплощадь Василия Петровича, а уж затем забрать тело сына. Да и непонятно было Марье Гавриловне, как это Васенька оказался в морге отдела рабоче-крестьянской милиции. Хотя к этому времени удивляться она уже разучилась.

Глава IV. КАРЛА МОДЕСТОВНА

Начальницей конторы «МОССБЫТДРОВА» Васильева Карла Модестовна стала еще на заре Советской власти. Точнее, не самой организации, а этим занятием в виде распределения дров между домами нескольких улиц. Как только годы разрухи стали немного забываться (это когда жгли в домах, что попадалось под руку, включая мебель и книги, старые разваленные сараи и прочие хозяйственные, потерявшие надобность, постройки), и начали прибывать в город лошадиные обозы с дровами, останавливаясь между Остоженкой и Арбатом. Зрелая грамотная девица с гимназическим образованием и твердой социальной ориентацией по собственной инициативе записывала в тетрадку очередность распределения топлива между домами. Была справедлива, имела приятную наружность и склонность к урегулированию мелких конфликтов между жителями. Всегда находилась пара мужчин или женщин, встававших на её защиту в ходе этих сложных процессов. Поэтому, когда назрел вопрос, кто именно возглавит эту важнейшую коммунальную структуру, никто не удивился её кандидатуре.

Счетовод Иванов Василий Петрович появился в конторе в первый год её существования. Приняла на работу Карла Модестовна его по «звонку с верха» и ни единого раза об этом не пожалела. Мало того, он очень был ей симпатичен, но, трезво оценивая свои сорок семь лет, она не питала надежд на взаимность. Однако, наряжаясь по утрам на работу в свежую отглаженную блузку с обязательным чёрным бантиком, она (почему-то) всегда задавалась вопросом: «А понравлюсь ли я сегодня Василию Петровичу?».

Услышав из угла под лестницей крики Леночки, в груди Капитолины что-то рухнуло. Она, тяжело опираясь полными руками на стол, встала и пошла на крик. Василий Петрович не производил впечатления живого человека совсем.

- Карла Модестовна! Что с ним? Потрогайте, может он живой еще? – за спиной столпились члены коллектива конторы. Она потрогала руку Василия Петровича, которая была ещё теплой. Нашла на запястье место, где должен был прощупываться пульс, но там было тихо. Карла Модестовна закрыла свой рот руками, чтобы не закричать и не испортить себе репутацию начальника. Леночка и две сотрудницы заголосили. Мужчины находились в полном недоумении, страх читался в глазах у всех присутствующих в комнате. Леночке помогли подняться и отнесли чайник на место.

С темнотой в глазах Карла Модестовна, медленно переставляя ноги, пошла к своему столу, где с самым большим уважением разместился телефонный аппарат. Покрутив ручку старого этого агрегата, она сняла трубку.

- Алло! Девушка, соедините с отделом рабоче-крестьянской милиции…

Минут через двадцать в дверь забарабанили. Оказывается, она так и была еще на крючке с самого начала обеда. В результате выяснения деталей рабочего утра никакой ясности в обстоятельства смерти Василия Петровича внести не удалось. Те из конторщиков, кто вставал со своего места или выходил в расположенную на улице уборную, а затем на обед, видели его живым и здоровым. Он, не поднимая головы, щелкал счетами и, близоруко щурясь, писал в своей книге длинные ряды из цифр.

Посетителей сегодня уже больше не принимали. Тело Василия Петровича увезли в морг при милиции, а сами служащие еле дождались конца рабочего дня. Они покинули помещение, чтобы быстрее отнести новости по своим дворам и домам.

Карла Модестовна уходила последней. Она закрыла на большой висячий замок дверь своей конторы. Тяжелый, кованый ключ опустила в ридикюль, который в свою очередь положила в другую большую сумку. Каппа шла вверх по улице, опустив плечи, заметно косолапя левой ногой. Волосы цвета спелой ржи, собранные в пучок, лохматил ветерок, вдруг налетевший откуда то из-за реки в этот жаркий летний день. Никому до нее не было дела. Карла Модестовна плелась домой к старушке матери и такой же престарелой тетке, чтобы упасть лицом в белую подушку и завыть, не сдерживаясь, как ей этого очень хотелось.

Глава V. ЛЕНОЧКА

Мать Леночки, постоянно уставшая, худая и измученная женщина, убиралась в квартирах бывшего доходного дома на Остоженке в подвале, которого у неё была небольшая комнатка. В ней за занавеской на кровати спали её три дочери. Леночка была старшей, и было ей двадцать лет. Сама мать спала тут же подле них на широкой деревянной лавке. В жуткой тесноте, постоянных трудах и заботах она сохранила мягкий характер и любовь к своим детям. Леночка была такой же, только молодой и привлекательной. Ровесница Советской власти она не знала другой жизни и, не задумываясь, верила в светлое будущее и правильную политику молодой страны. Научившись читать и писать на курсах по ликвидации неграмотности, она мечтала о Рабфаке⁴

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.