Валентина Панкратова – Коэффициент дружбы (страница 19)

Вопрос настолько задел Игоря, что даже во сне он с киркой в зубах искал философский камень, на котором был бы высечен ответ. Поначалу сложившийся жизненный стереотип упрямо подсказывал: «душа», но Игорь не искал простых путей и был ярым противником стереотипов. В итоге к утру неожиданный философ вывел для себя следующую формулу. «Главное в человеке – это его жизненная позиция. Помогает он людям или гребет все под себя. Деньги, зарабатываемые им, на дело тратит или на пьянки-гулянки. Слабых поднимает, чтобы сильными стали, или добивает и шагает по их головам.»

Вспомнив сон и, особенно, свои философские изыскания, Игорь мрачно усмехнулся и отправился на терраску, где у него была оборудована маленькая холостяцкая кухонька. «Упырицы», – сквозь зубы пробурчал он. Злость на вчерашний день, особенно на Наталью, все еще клокотала и выплескивалась из него порывистыми рваными движениями, запустившими целую цепочку неприятностей. «Все они единым миром мазаны», – философ с такой силой плюхнул оставшуюся со вчерашнего дня грязную чашку в раковину, что та, не выдержав столь неделикатного обращения, разбилась. Игорь, чертыхнувшись, собрал остатки чашки и столь раздраженно швырнул их в мусорное ведро, что осколки в отместку резанули по руке. «А ведь Наташка плоть от плоти такая же, как эта мегера Жанна. Только временно отошедшая от дел и немного размякшая. Генерального директора просто так никто с должности не снимет. Значит, было за что. Так ей и надо, – язык, отрабатывая досаду своего хозяина, с утроенными усилиями зализывал кровоточащий порез на правой руке. – Приятная женщина… Хвост распушил… Романтики захотелось! О чем я думал? Она ж работяг за людей не считает.»

Здоровой левой рукой Игорь рывком схватил закипевший электрочайник. Но тот, не захотев держаться в вертикальном положении, извернулся и нырнул носиком вниз. На ноги Игорю низвергся кипящий, окутанный паром водопад. От острой боли в глазах бедолаги потемнело, рот выдал весь жизненный запас нецензурных слов. Забыв о порезе, Игорь машинально перехватил чайник из левой руки в правую, за что и был моментально наказан. Чайник выпрыгнул из пораненной руки, выплеснув остатки кипятка на уже изрядно пострадавшие конечности.

Когда первый взрыв боли и эмоций прошел, Игорь обнаружил свои ноги покрытыми волдырями от шорт, которые заканчивались чуть выше колена, и до самого низа. Бонус от ожогов состоял в том, что обожжённые ступни не согласились всунуться ни в одну пару обуви. Что с этим делать их хозяин абсолютно не знал. Еще вчера он прямиком рванул бы к Наталье. Если не медицинскими познаниями, то житейской мудростью обычно женщины владеют лучше мужиков. Да и мозги ее, не отягощённые болью в ногах, работали бы лучше. Но сегодня этот путь был для него закрыт. А потому решение оказалось однозначным и банальным – ехать в больницу самому.

***

Серый мрачный коридор травмпункта неприветливо встретил нового пациента. Когда глаза бедолаги после яркого солнечного дня привыкли к царящему в предбаннике полумраку, Игорь разглядел томящихся в очереди коллег по несчастью. Преобладал сильный пол. Мужики, чтобы скоротать время и убить свой страх перед предстоящим осмотром, в красках рассказывали друг другу, какими агрессивными могут быть инструменты. На одного напала дисковая пила, другому топор чуть не разрубил ногу, третьего хлестнула разорванной цепью цепная пила, четвертому рубанок насыпал в глаза стружку. И что важно – ни один из рассказчиков совершенно не был виноват в произошедшем. В свою очередь Игорь тоже со всем полагающимся трагизмом поведал о коварстве электрического чайника. Сочувствие собратьев несколько приподняло ему настроение.

Устав от обилия и разнообразия душераздирающих историй, которые приводили к однозначному выводу о невозможности противостоять натиску техногенной цивилизации, желающей уничтожить простых смертных, Игорь как был босиком вышел во внутренний двор. Жизнь больницы бурлила своей обычной круговертью. Въезжали и выезжали машины скорой помощи и легковушки частников. Врачи, то медленно и плавно, а то скоренько и вприпрыжку доставляли привезенных больных в приемный покой, что находился неподалеку. Игорь доковылял до охранника, безмятежно примостившегося на лавочке с бутылкой воды. Увидев приближающегося пациента, тот подвинулся, предлагая составить компанию в мирном созерцании.

Игорь приземлился и вытянул горящие ноги, не боясь, что кто-то проходящий мимо споткнется о них.

– Что у тебя? – поинтересовался охранник, глядя на измученного пациента.

Игорь открыл было рот, чтоб ответить, но их внимание привлек небольшой скандал, разворачивающийся в режиме реального времени метрах в десяти от скамейки. Вслед за только что въехавшей во двор машиной скорой помощи в ворота влетел серовато-стальной Ниссан и резко затормозил прямо перед мордой скорой. Из Ниссана выскочил парень и, размахивая руками, начал что-то эмоционально вдалбливать медикам.

– Во дела! Глянь-ка, пацан пытается впихнуть врачам на лапу, – изумился охранник, – на фига? Не они же рулят с госпитализацией.

– Чудной, – согласился Игорь с охранником, – хоть бы как-то спрятался бы… за машиной, что ли… А то прет как танк на них со своими деньгами. Кто ж так взятки дает.

Не имея возможности услышать, о чем сыр бор, зрители первого и единственного ряда весело наблюдали в бесплатном театре за развитием событий. Кульминацией спектакля стало появление громилы Аллы. Поддерживаемая медиком она буквально вывалилась из машины скорой помощи. Повелительно взмахнув рукой, женщина пресекла все споры:

– Давайте, я подпишу, что там надо, – донесся до удивленного Игоря ее зычный голос.

– А не хилую пацан себе бабенку отхватил. За такую и денег не жалко. Правда старовата она для него. Но в любви жестких правил нет, – азартно прокомментировал охранник действия парня, который по-свойски обнял даму и смачно поцеловал ее в губы, приспустив свои руки сильно ниже того места, где обычно бывает талия.

Алла, горделиво улыбнувшись, помахала рукой опешившим медикам. И было от чего: высокий и тощий молодой дрищ в обнимку с не менее высокой, но достаточно плотной средневозрастной бабенкой представляли собой довольно колоритную пару.

– Чудны дела твои, господи, – Игорь автоматически прикинул разницу в возрасте между уверенно за тридцать Аллой и совсем молодым парнем, чуть больше двадцати. – По ним обоим психушка плачет, – доверительно сообщил он своему собеседнику, прикинув про себя, что Аллу сюда, похоже, прямо из Наташкиного дома забрали. «Неплохо, однако, девицы гульнули», – мысленно усмехнулся он.

После триумфального отъезда скандальной пары Игорь спохватился, что очередь ко врачу пусть медленно но идет, и он, зевая по сторонам, может пропустить ее. Попрощавшись с охранником, страдалец осторожно посеменил к нужному кабинету, из которого как раз выходил стоявший перед ним бедолага.

***

Возвращаясь домой после общения с бывшим участковым, Наталья воспряла духом. А ведь раньше она его прямо-таки иногда ненавидела за то, что вечно сманивал ее Ивана на чертову рыбалку. Она медленно шла по дачному поселку, разглядывая дома и радуясь, что жизнь подкинула ей давно забытого надежного помощника, понимающего толк в вещах подобного рода. Михаил Степанович подтвердил мысли Натальи, что раз деньги не пропали незнамо куда, то, значит, их можно вернуть. Это вопрос времени.

Главной загадкой оставалась личность того, кто непосредственно осуществил перевод. Этот подлой души человек накормил их снотворным, разузнал пароль от ее телефона и по какой-то причине перекинул деньги на счет фирмы. Последнее было самым загадочным. Как вор, не будучи ответственным работником Каравеллы, планировал взять деньги себе? Или ему действительно просто заплатили за переброску средств? Тогда на лицо заговор как минимум двоих: заказчика, связанного с ее фирмой, и исполнителя. Роль заказчика хорошо подходит как Жанне, так и любому связанному с платежами работнику Каравеллы. Роль исполнителя могли исполнить все, бывшие вчера у нее в доме – Лена, Алла и Игорь. Или некто таинственный, которого никто не заметил.

Наталье до ломоты в костях претила мысль подозревать подруг. Проще для начала было сконцентрироваться на работнике. Он прекрасно подходил на роль исполнителя. Все логично! Схема проста как ясный день. Игорь втерся к ней в доверие. А она, между прочим, даже почувствовала к нему искреннее расположение. Впрочем, в самом начале помощь, вполне возможно, была искренней. Потом кто-то из Каравеллы, узнав, что она живет на даче, подобрал к мужичку ключик в виде достаточно круглой суммы денег. Да много ли ему надо? Этот кто-то и пароль ее сообщил. Все пути вели в Каравеллу. А там, между прочим, видеонаблюдение. Его же могли в ее кабинете поставить и в один прекрасный момент заснять, как она пользуется мобильным банком. Зато одно было предельно ясно – пока не выяснится, кто стоит за пропажей денег, никому верить нельзя.

Проходя мимо забора соседа, Наталья сквозь щелку в заборе обнаружила на обычном месте темно-синюю шестерку. Воспоминания о поездке на этой развалине до сих пор приводили все части ее тела в содрогание. Наличие машины давало шанс на наличие ее хозяина! Подгоняемая злостью, женщина резво метнулась к калитке и позвонила. Тишина на соседском участке никак не отреагировала на ее действия, движения за забором также не наметилось. Наталья подняла валявшуюся неподалеку толстую ветку и, выдвинув вперед нижнюю челюсть, принялась упорно и методично избивать калитку в надежде, что хоть кто-то выйдет на шум. После очередного удара калитка язвительно приоткрылась гостье навстречу, красноречиво объяснив ей, что достаточно было приложить минимум смекалки и просто потянуть на себя рукой.