Валентина Панина – Нежная ловушка (страница 3)

— А ты отчаянная.

— Ага! — кивнула она, — ты давай рули, не отвлекайся. Хочешь, чтобы я его сняла с предохранителя и дослала патрон? Тогда у тебя не останется ни одного шанса выжить, рука случайно дрогнет, и я выстрелю. На самом деле она не собиралась в него стрелять, но решив припугнуть, сняла с предохранителя, но палец с курка убрала.

Только выехали со двора, как навстречу подрулила целая вереница машин, и тут же окружили джип. Мужчина, с подмоченной репутацией, которого Лиза слышала, как называли Андреем, вышел из машины, Лиза бросила быстрый взгляд на его штаны и, увидев мокрое пятно, улыбнулась. Он подошёл и открыл дверь джипа с Лизиной стороны.

— Дай сюда пистолет, бунтарка.

— Не дам. Я не вернусь. Мне у вас нечего делать.

— А я тебя и не собираюсь заставлять что-то делать, — он радостно хрюкнул, — не заставляй вытаскивать тебя насильно.

— А вы не заставляйте меня стрелять в вашего водителя.

— А ты думаешь так легко выстрелить в человека?

— Нелегко, но я защищаю свою жизнь.

— А твоей жизни что-то угрожает? Он без оружия и это будет с твоей стороны превышением пределов необходимой обороны, срок до трёх лет.

— А сколько дают за похищение человека?

— А кто сказал, что тебя похитили? Все подтвердят, что ты сама села в машину.

— Закройте дверь и пропустите нас или я выстрелю в него.

— Он-то, тебе, чем не угодил? Это я приказал тебя ко мне привезти, в меня и стреляй.

Только она отвернулась посмотреть на Андрея, он схватил её руку и дёрнул в сторону, раздался выстрел, и в лобовом стекле перед водителем появилась дырка от пули.

— Ты совсем дура?! — заорал водитель.

— А не надо меня хватать за руки!

Андрей забрал у неё пистолет, отдал водителю и потянул её из машины.

— Выходим.

— Не пойду! Я домой хочу!

— Теперь здесь будет твой дом. Начинай привыкать.

— Да ёкарный бабай! Как же вы меня достали! — вызверилась Лиза, резко вышла из машины и направилась по дороге, водитель выскочил и кинулся за ней следом. Лиза резко развернулась и зарядила узким носком туфли ему в пах, парень охнул, согнулся пополам и рухнул на колени.

— Да что ж ты такая неугомонная! — Андрей подбежал, схватил её за руку и потащил в дом. Дверь перед девочкой распахивает, пропускает вперёд, а сам сзади любуется на неё, глаз не отводит, сам себе завидует. Продолжает идти следом, скользя взглядом по фигуре, лаская им аппетитную попку, обтянутую узким сарафанчиком. Шумно выдыхает, глядя на голые плечи. Опасная штучка, о чём, поди, и не догадывается. Провёл сразу на второй этаж и отвёл её в гостевую комнату. Лиза быстро окинула взглядом обстановку: на полу ковёр бежевый и мягкий, на нём, наверное, так здорово лежать, не боясь простудиться, у окна два кресла и низкий кофейный столик на кривых ножках, большая кровать слева от окна накрыта красивым пледом в бежевых тонах, как и ковёр. Она прошла к окну, выглянула, во дворе никого не было, только машины стояли вряд. Она повернулась и посмотрела на Андрея.

— Ты зачем вылила на меня коктейль? — задал он вопрос, который его мучил всю дорогу.

— Хотела разделить вашу радость.

— Тогда почему не смеялась?

— Вам почему-то сразу стало не смешно и мне это радости не доставило.

— Ладно. Осваивайся. Здесь есть всё, что тебе может понадобиться. Сама разберёшься, где что, а мне надо переодеться, — вышел и закрыл за собой дверь на ключ.

— Эй! Вы зачем меня закрыли? Откройте сейчас же! — закричала она и даже пару раз стукнула кулаком по двери, но слушать её никто не собирался.

Андрей ушёл в свою спальню, переоделся в домашнюю одежду, подошёл к столу, налил себе полстакана виски и выпил залпом. Только поставил стакан, занюхал рукавом, зазвонил телефон. «Мама…, может не брать трубку…, нет, мама обидится», — он включил телефон, прижал к уху, сел в кресло и откинулся на спинку.

— Здравствуй, сынок! Так и знала, что не спишь. Совсем себя не бережёшь, — сказала с укором мама.

— Я тебя тоже очень люблю мамочка. Что-то случилось? Почему ты так поздно звонишь?

— Ничего не случилось, кроме того что мой сын никак не может остепениться! Когда ты уже найдёшь себе достойную девушку, чтобы моя душа была за тебя спокойна. Ты пойми, сынок, твоя мама уже не молода, мне хочется успеть внуков понянчить. Разве я тебя о многом прошу? Женись уже, наконец!

Андрей сделал большой глоток виски прямо из горлышка, отставил бутылку и сказал: «Жениться, как и повеситься никогда не поздно».

— Мои просьбы, как глас вопиющего в пустыне. Ты меня совсем не слышишь.

— Мам, я уже нашел девушку, она сейчас дрыхнет у себя в спальне.

— Андрей! Только не вздумай меня обманывать!

— Мама, я правду говорю! Только она ещё не знает об этом. — Он засмеялся, прикрыл глаза и перед его мысленным взором возник образ девушки с мокрым подолом. — Я сегодня встретил её на дискотеке, она там была с подругой, и я сразу решил, что она будет моей. Хорошая девушка, тебе понравится, вот только характер…, со временем и с ним разберёмся.

— Она по доброй воле находится в твоём доме? — поинтересовалась мама. Молчание Андрея затянулось, и мама всё поняла. — Значит я права, ты поступил как последний эгоист, забыл спросить девушку.

Он услышал тяжелый мамин вздох. До сегодняшнего дня это была единственная женщина на свете, которой он дорожил, и которой было позволено всё: давать советы и ругать его. С сегодняшнего дня рядышком с мамой он видел Лизу. Он понимал, что так делать нельзя, но он никогда не назначал девушкам свидания и как это делается, не знал и боялся, что она пошлёт его на три весёлых буквы, поэтому и принял такие радикальные меры.

— Ты с девушкой уже поговорил? Замуж предложил? Кольцо подарил? Или поставил перед фактом?

— Мама! Когда? Я её два часа назад первый раз увидел! Ей надо время ко мне привыкнуть!

— Так ты её как дикарь схватил, закинул на плечо и утащил в свою пещеру?

— Ну почему на плечо, посадил в машину и привёз к себе.

— Я тебя, сын, такому не учила! Так с девушками не обращаются. Только попробуй девочку обидеть, за каждую её слезинку ты мне ответишь!

— Мама, ты успокойся, она и без тебя справляется. Есть уже пострадавшие, но меня ещё почти не тронула.

— Как её зовут?

— Лиза.

— Красивое имя. Лиза…, Лизонька. Когда познакомишь меня с ней? Пришли мне её фотографию. А как вы с ней познакомились?

— Мы ещё практически не знакомы. На неё официантка опрокинула коктейли с подноса и облила ей платье, я захохотал, глядя на её растерянное лицо, а она подошла к моему столу, взяла мой коктейль и вылила мне его на ширинку. Ты бы видела, с каким удовольствием она это делала, лицо было такое довольное и улыбка во все тридцать два зуба.

— Молодец, девочка! Она мне уже нравится.

— Мама, ты не волнуйся, я разберусь. Всё, пока, спокойной ночи! Всё будет хорошо! — и пока мама не успела ничего сказать, быстро отключил телефон, решив, что надо как можно быстрее её познакомить с мамой и тогда она никуда не сбежит, уж мама постарается.

Утром, проснувшись, Лиза спросонья не сразу поняла, где находится, а вспомнив, быстро встала и пошла умываться. Почистив зубы щёткой, которой вчера вечером в ванной не было, отметив для себя, что пока она спала, кто-то заходил к ней в спальню. Вышла из ванной, оделась и стала ждать, когда откроется дверь, приготовившись пойти на таран, чтобы вырваться из западни.

Вскоре дверь открылась и вошла горничная с подносом, от которого наносило ароматом кофе и горячими булочками с корицей. Она бегом рванулась мимо подноса с кофе к открытой двери. Выскочив в коридор, пошла искать виновника, всего с ней случившегося. Шла и по пути открывала все двери подряд, заглядывала в каждую комнату, в надежде обнаружить Андрея, она вчера слышала, что его так зовут. Открыв очередную дверь, заглянув, услышала какой-то шум, зашла и, вскинув глаза, застыла на месте, ошалев. В дальнем конце огромной спальни у открытой двери ванной комнаты стоит обнаженный брутальный мачо увлечённо вытирающий волосы полотенцем. У неё взгляд непроизвольно опускается туда, куда хорошие девочки никогда не смотрят. Прежде чем она успевает себя остановить, у неё от смущения громко вырывается: «Вернёмся к нашим баранам... то есть к козлам!»

— Что? — уставившись на неё, рычит голый перец.

— Здравствуйте… — нервно сглатывая, говорит Лиза.

Глаза никак не хотят оторваться от нижней части тела мужчины, и она продолжает пялиться туда, чего ей не следовало бы делать. Под её взглядом его мужское достоинство начинает оживать. Рука с полотенцем опускается, но мужчина и не думает прикрываться.

— Ты что здесь делаешь? — услышала Лиза требовательный голос.

— Может, вы хоть прикроетесь?

— Зачем? Я в своей спальне.

— А ничего что я тут перед вами стою?

— Ты сама пришла.

— Вы либо крест снимите, либо штаны наденьте.

— Чёрт!.. Да какого хрена то, а?! Я же по дому не разгуливаю голым!

— Может, вы всё-таки занавесите своё достояние?