Валентина Назарова – Когда тебя нет (страница 16)
Пока лифт со стоном ползет наверх, я представляю себе экран монитора, подключенный к аппарату МРТ, и желто-оранжевые всполохи в затылочной области, с которой соединены нейроны, посылающие зрительные сигналы в мои глаза, которые тоже никогда ее не видели. Я поднимаюсь на последний этаж, вставляю ключ в замок полосой вниз. Мигает зеленый глазок, я отворяю дверь комнаты номер 505.
Мы провели здесь пять ночей. Днем она работала, а вечерами мы слушали джазистов с Берега Слоновой Кости в маленьком баре напротив, жутко напивались домашним вином, которое подавали в заляпанном жирными пальцами хрустальном графине, а потом катались на арендованных велосипедах или просто бродили, не зная, куда ведут нас ноги, пока не трезвели и не упирались в пахнущий тиной берег реки. На следующий день, в Экспоцентре, от Иды Линн все еще пахло выпитым, но это не смущало тех, кто раздевался перед ней и давал ей водить жужжащей электрической иглой по своей коже, навеки вживляя в нее видения из ее беспокойных снов.
Я захожу в ванную и окатываю лицо холодной водой. На белой поверхности раковины я замечаю крошечный треугольный скол и провожу по нему пальцем — края затупились от времени. Она уронила туда стакан с зубными щетками, кругом было битое стекло, и она страшно боялась, что отель спишет с моей кредитки деньги за ущерб. Но они так ничего и не списали.
Циферблат электронных часов на телевизоре напротив кровати показывает десять вечера. Сквозь открытое окно в комнату врывается запах гари, наверное, где-то под окнами подожгли мусорку. Я закрываю ставни и навзничь падаю на жесткую полутороспальную кровать, не снимая обуви.
Кто бы знал, что я вернусь сюда?
Здесь не случилось ничего особенного, ни плохого, ни хорошего, просто мы спали здесь когда-то. Я вспоминаю, как она лежала на боку, ладони зажаты между бедер, глаза полузакрыты, такая тихая, почти спящая. Я моргаю, отгоняя видение, и перещелкиваю каналы в поисках чего-нибудь не на французском. Наконец, перед глазами мелькает знакомая картинка.
Темный дом, широкая уходящая вверх лестница. Парень останавливается в дверях, у его ног мелькает черная кошка, потом еще одна.
— О, дежавю.
— Что ты сказал?
— Черная кошка, а за ней другая такая же.
Кроме дежавю, есть еще одна штука, гораздо более странная, это стало случаться со мной после Иды Линн.
После смерти Иды Линн я не всегда узнаю себя в зеркале, думаю я, глядя на отражение чужого лица в оконном стекле.
Я перевожу глаза на экран.
— Дежавю означает сбой в матрице, когда кто-то меняет код, — говорит Морфеус, и тут до меня, наконец, доходит.
Телевизор. Это я выключил его. Вот что смутило меня в рассказе копа. Грабители не могли не заметить его звука, раз я услышал его с нижнего этажа. Значит, они знали, что в доме кто-то есть, когда зашли внутрь, значит, они пришли с намерением убить Илая.
Я выключаю звук, вскакиваю с кровати и начинаю наматывать круги по комнате, потом выглядываю на улицу. В свете фонаря я вижу стоящую напротив входа в отель машину, черный автомобиль. Внутри мерцает огонек тлеющей сигареты.
Я хватаю телефон, звоню по одному из номеров, вбитых в быстрый набор.
— Амир?
— Серж, привет! Как обычно? Куриный с двойной картошкой и чили-соусом?
— Нет, Амир, я… мне надо, чтоб ты пошел ко мне домой и проверил.
— Что проверил, Серж?
— Был ли… запер ли я дверь. Я уехал на выходные, понимаешь, и тут вдруг… Ты ведь знаешь мой адрес, столько раз приносил мне доставку. Это всего за углом от тебя.
— Конечно, я тебе перезвоню, жди.
Он вешает трубку. Я ложусь на кровать и закрываю глаза. Мне надо просто поспать, это все переутомление. Так не может быть, так не бывает. Это бред, чушь, конспирология. Сейчас Амир перезвонит мне, и я сам посмеюсь. Минут тридцать спустя телефон вибрирует где-то под подушкой.
— Серж, — его голос прерывается, он переходит на сбивчивый шепот, — Серж, квартира номер 9?
— Да. Что там?
— Черт…
— Да что там?
— Дверь приоткрыта. Тут кто-то был, думаю, только что, Серж. Такое чувство, будто это я их спугнул. Вызвать полицию?
— Что внутри?
— Сейчас загляну. — В трубке слышатся шорохи. — Бардак внутри. Вещи на полу, посуда битая. Кто-то тут был, Серж. — Что делать?
— Захлопни просто покрепче, хорошо? Я приеду, разберусь. Красть у меня нечего.
Я кладу трубку. Мерцание телевизора в темноте усиливается, контуры фигур становятся яркими и плывут у меня перед глазами, дробясь на тысячу линий. Комната номер пятьсот пять становится тесной, размером со спичечный коробок, мне нечем дышать. Стены дрожат и рушатся куда-то вниз, в пустоту. Я стою посреди огромного белого пространства, как единственная точка в пустом поле ввода. Я нашел Трона. Они нашли меня. Они думают, что я знаю секрет Илая. Я — их мишень.
Как давно они следят за мной? Что они знают? Приподняв край занавески, я вижу уголек сигареты, движущейся по параболе. Надо уходить. Я хватаю куртку и тут замечаю тяжесть в кармане — Алекса. Все ясно, они слушали все, что я говорил с помощью этой штуки! Как называл при ней полицейским свой адрес, имя и фамилию, как спрашивал ее про планы Илая. Его хостинг. Черт.
Куда мне идти? Домой нельзя. Бежать. Что, если они убили Илая сейчас, потому что он не должен был лететь в Барселону? Марцелла? Марселла? Как называлось то место?
Я втыкаю Алексу в розетку, ее нимб загорается зловещим красным светом. Нет сети. Нужно настроить ее через приложение, а для этого нужен телефон Илая или его логин и пароль. Ни того ни другого у меня нет.
— Алекса, ты «Скайнет»? — спрашиваю я, глядя а ее алый светодиодный глаз. Она только молчит в ответ. Я беру ее в руки и с силой швыряю в открытое окно. Внизу слышится тихий хлопок, вой сигнализации, а потом тявканье маленькой собачонки.
Я чувствую себя Эдом Сноуденом, отключившим телефон из розетки в гонконгском отеле. И полным придурком. Мне страшно, но в то же время я чувствую странный прилив сил, такой, что у меня начинает белеть в глазах. Адреналин и отсутствие кислорода. Я высовываю голову в окно.
Перед глазами возникает моя улица. Ступеньки вверх, дверь с окном-иллюминатором, серые стены коридора, сухой щелчок замка. Стол с кругами от горячей чашки. Блестящий монитор. Шкаф с одеждой Иды Линн. Окно во двор. Ночной крик соседского кота. Утро, дорога в офис, лицо Бекки из отдела кадров и горький вкус кофе. Мне нельзя домой Внезапно на меня находит что-то похожее на эйфорию.
Мне нельзя домой.
Барселона. 11 вечера, бар «Марселла». Мне нужно добраться туда завтра к 11 вечера. Но как? Самолетом я лететь не могу, поездом — тоже, у меня попросят паспорт. Лучше переоценить этих подонков, лучше предположить, что они могут отследить все: мои карты, паспорта, сим-карту. Если даже Илаю не удалось от них уйти, а он пытался. Перед глазами всплывает его бескровное лицо, шелест черной клеенки на сквозняке, голоса в телевизоре. Голоса в телевизоре… они настоящие. Я поворачиваюсь к нему лицом и тупо смотрю на мелькающие по экрану пиксели — зеленые клетки мироздания.
Конечно! Есть же такой сервис попуток. Я нахожу сайт. Ближайшая машина до Барселоны отъезжает в шесть утра от Северного вокзала, отсюда он в пешей доступности. Это слишком удобно, слишком подозрительно. Разве так может быть? Я кликаю на профайл водителя — Карлос, без фотографии. Потом проверяю другие сайты — это единственный вариант. Тогда я отправляю ему сообщение, он отвечает в ту же секунду. Пятьдесят евро, он даже не спрашивает мою фамилию.
Я собираю рюкзак и иду к вокзалу, сворачивая на каждом перекрестке так, что если смотреть на траекторию моего пути сверху, она будет представлять из себя череду угловатых, как на старых конвертах с почтовыми индексами, восьмерок. В зале ожидания я занимаю место в углу, такое, с которого мне видны все входы и выходы. Я достаю телефон и открываю папку с играми. Их немного, но я вспоминаю, что еще не пробовал одну, скачанную по совету Илая пару месяцев назад. Она начинается с того, что ты получаешь послание от незнакомца, который просит тебя о помощи.
Франция, 21 февраля
Когда раздается телефонный звонок, под сводами потолка уже искрится нерешительный утренний свет. Я вызволял бедолагу с разбившегося на Марсе корабля почти до самого рассвета под грохот мусорной машины под окнами. Потом просто сидел, уставившись в потолок и закусив до крови кончик языка, чтобы выгнать из головы улыбающийся мешок с торчащей из него головой Илая, а потом Иду Линн, лежащую на боку и смотрящую на меня из-под тяжелых накладных ресниц.
Номер незнакомый, с французским префиксом. С опаской я поднимаю трубку, ожидая услышать голос инспектора из Бретани.
— Серж, привет! — произносит голос с акцентом. — Мы немного опоздаем, минут на двадцать, ты подождешь нас, это не проблема?
Нет, не проблема. Это преимущество. Я закидываю рюкзак на плечо и выхожу на улицу. Утренний Париж встречает холодным ветром с запахом свежего хлеба и застарелой мочи. Я захожу в киоск и покупаю у красноглазого ночного продавца новую сим-карту, такую, которая не требует регистрации, — просто клади на нее деньги. Свою старую я вытаскиваю и убираю на дно рюкзака, предварительно написав Бекке короткое сообщение, начинавшееся со слов, что она права, и мне правда потребуется пара дней отгула.