Валентина Мельникова – Каникулы в Лондоне (страница 31)
Правда, в студии мне мгновенно пришлось забыть о романтических грёзах, так как Пол загрузил нас работой. Во-первых, сообщил наши планы на ближайшие выходные, расписав едва ли не по минутам, когда, где и что мы будем делать в Испании. Мои мечты о прогулках под солнечным небом тут же хлопнулись с пьедестала почета, и разум подкинул невеселую мысль о том, что я вообще не успею ничего там увидеть. Разве что концертный зал изнутри во время выступления Ларри.
Во-вторых, менеджер заставил нас написать заявление в суд и газеты, которые вышли вчера, с требованием об опровержении.
— Ну и наворотили вы, конечно, — выдохнул он, но в этот раз совершенно беззлобно. — Хотя и плохой пиар — тоже пиар. Теперь о вашей парочке снова говорят все, кому не лень. Фанаты разделились на два лагеря: кто-то поддерживает обоих, а кто-то — только Ларри, — Пол стрельнул в меня глазами.
Я пожала плечами. То, что меня вообще кто-то может поддерживать из армии фанатов Ларри — удивительно и приятно. На все остальное я давно предпочитаю закрывать глаза.
После делового разговора нас ждало интервью (не знаю уж, подкупленный то был журналист или нет), где мы с Ларри в красках (как научили), дали опровержение всей информации. Потом пять минут на обед, и снова в работу: записывать пост для моей странички в Инстаграм по поводу вчерашнего (терпеть не могу оправдываться), потом — два часа на занятия фотографией и поездка в свадебный салон, чтобы навести шороха фотографиями с примерки мной свадебного платья и в очередной раз отвлечь внимание прессы. Ларри в этот момент отправился в аэропорт.
Вспомнила о цветах я лишь вернувшись домой и, окунувшись в их аромат, сразу почувствовала себя счастливой.
Так мало нужно для того, чтобы ощутить это чувство полета. Но вместо того, чтобы радовать друг друга, люди почему-то предпочитают, наоборот, всячески отравлять это чувство друг в друге. И в самом себе тоже.
Вот только вчера я думала о том, что, наверное, брошу всё это и больше не буду мучаться. Я была рассержена и смущена, а потому видела только плохие стороны. А ведь, если задуматься, хорошего всё же больше. На агрессивных фанатов можно не обращать внимания. Просто не заходить на фанатские странички — ведь это просто. Это мой выбор. У дверей меня, слава Богу, никто не подкарауливает. А через несколько дней и вовсе отправляюсь в Испанию. И это только начало открытия мира!
Я общаюсь с Ларри и даже не задумываюсь об этом. А ведь провести рядом с ним хотя бы пару минут и получить такие же профессиональные совместные фотки, которыми пестреют журналы, мечтают тысячи девчонок по всему миру!
Я шаг за шагом осуществляю свою мечту: учусь в одной из самых крутых фотошкол заграницей, имею возможность пожить в Великобритании и носить такие крутые вещи, которые раньше могла увидеть (не то что надеть) лишь на глянцевых страницах.
Ещё мне за это платят!
И, в конце концов, эти розы. Приятный сюрприз с утра пораньше.
Разве имею я после этого право жаловаться на свою жизнь? Ни в коем случае.
Следующие три дня мы с Ларри не пересекались. Он был в разъездах и бесконечных делах. Я с удовольствием занималась в фотошколе, где лишь пару человек признали во мне «ту самую девушку Ларри». Но и у них хватило совести не соваться ко мне со светскими беседами и вопросами. И догадалась об их осведомленности я лишь по недвусмысленным пристальным взглядам и перешептываниям. Но, едва почувствовав возрастающее внутри раздражение, поспешила напомнить себе, что моя основная цель здесь — учиться. Каково Ларри? На него каждый второй смотрит
Еще я ухитрилась выкроить время между занятиями в фотошколе и спецкурсом по обучению «околозвездной жизни», как я его называла, для посещения настоящего английского чаепития!
Чаепитие в пять часов вечера — настоящий ритуал, существующий уже несколько веков. Я приобщилась к чайной церемонии в одном из отелей Лондона, где уровень проведения данного мероприятия, судя по отзывам, был довольно высок. Не хотелось, знаете ли, испортить себе впечатление с первого раза. Дресс-код должен был быть соответствующим: спортивный стиль, джинсы и куртки-косухи были совсем неуместны. Зато появилась возможность продемонстрировать свой вкус и умение выглядеть элегантно, чем я с удовольствием и воспользовалась.
Начитавшись отзывов, я предусмотрительно забронировала место за столиком за день до мероприятия, что оказалось разумным, потому что свободных мест в день посещения не было!
Проводили чаепитие, как ни странно, не в пять часов, а в четыре, но это не испортило праздник. Приглушенный свет, много белых цветов, чайный сервиз бело-кремового оттенка и красивая музыка создали неописуемую атмосферу полного погружения в средневековую английскую среду. Мне казалось, что я переместилась на страницы романтичной классической книги в стиле сестер Остен.
Сначала было шампанское. Официант нашему столику попался очень общительный: разлил напиток в бокалы, много шутил, раздаривал комплименты. Затем пришло время сэндвичей на любой, даже самый изысканный вкус, так что после дегустации двух из них я думала, до чая дело уже не дойдет.
Но здесь никто не торопился — это ведь не просто «выпил чашку и побежал», а церемония! И к тому моменту, когда наконец-то подали чай, я уже готова была снова чем-нибудь полакомиться.
К чаю полагались пирожные и маленькие английские булочки с джемом. О-очень вкусные!
После такого чаепития можно уже обойтись и без ужина.
В пятницу утром я снова получила по телефону все необходимые инструкции от Пола и начала собираться. Вылет был вечером, поэтому я не слишком уж торопилась. А зря. Потому что в полдень меня выдернули из расслабленного состояния и попросили явиться на лекцию о том, как можно и нужно вести себя заграницей. О-о-о…
О том, что с незнакомцами общаться нельзя и, уж тем более, ходить куда-то и выпивать, я слышала уже за эти три дня раз пятнадцать! А вот о том, что в Испании у Ларри сумасшедшие фанаты и следует проявить осторожность — оказалось для меня неожиданностью. Впрочем, какое мне дело? Я же буду там не одна. Нам обещали приставить охрану.
Не сказать, что я была слишком расстроена, что не смогу никуда отправиться и всюду придется таскаться за парнем, но, если подумать, этой поездки могло бы вообще не быть. Поэтому пришлось, скрепя сердце, выдавить из себя улыбку.
На сборы осталось чуть больше часа, поэтому я судорожно припоминала, не забыла ли что-то важное. Зарядка для телефона, фотоаппарат, паспорта, виза, деньги, билеты, зубная щетка…
С учетом лондонских пробок прибыла в аэропорт я буквально в последнюю минуту до закрытия регистрации. Еще и, впопыхах, напрочь забыла о том, что телефон стоит на вибрации, а потому не ответила ни на один звонок Пола, чем, естественно, заслужила бурю негодования. Однако менеджер Ларри был из той категории людей, что быстро вспыхивают, но тут же остывают. К тому же завершилось ведь всё благополучно, на самолет я успела.
Наши места с Ларри оказались далеко друг от друга, но Пол, усмотрев это первым, быстренько решил вопрос и усадил нас вместе, а сам оказался в хвостовой части. На бизнес-класс Ларри еще, видимо, не наработал. Но, как ни странно, никто на нас не напал. Может быть, потому, что Ларри вновь проявил чудеса конспирации: кепка на глаза, темные очки, шарф, куртка с поднятым капюшоном. Эдакий замерзший лондонский парень.
С учетом того, что погода сегодня и впрямь была не самая теплая, подобным образом выглядело примерно шестьдесят процентов пассажиров, и Ларри удачно слился с толпой. Ну, не считая очков в ноябре, конечно.
Довольно привлекательный стюард лет тридцати любезно предлагал холодные закуски, сэндвичи и напитки. При этом он так мило улыбался, демонстрируя ямочку на правой щеке, что я не могла не ответить улыбкой.
— Спасибо, мне ничего не нужно, — ответила на английском, не спуская с него взгляд.
— Как пожелаете, — ответил он с легким поклоном и наконец ушел к другим пассажирам, оставив меня в легком, но приятном недоумении. Я уже и забыла, каково это — кому-то нравиться и ловить теплые мужские взгляды.
— Ты что, заигрывала со стюардом? — вклинился в мои мысли недовольный голос Ларри, и улыбка тотчас сползла с лица.
Я предпочла никак не комментировать этот выпад. Просто закатила глаза и отвернулась к иллюминатору.
— Пока ты моя девушка, будь добра не давать поводов слухам.
— О чем ты? Я всего лишь была вежлива и улыбнулась ему. Имею я на это право? — вскипела.
Какое имеет он право учить меня жить и как вести себя с остальными? Может, отныне мне вообще разрешено смотреть только в сторону мистера Таннера? Шаг вправо, шаг влево карается расстрелом?
— Иногда прессе достаточно одного только взгляда, чтобы раздуть скандал.
— Ты параноик. Это просто стюард, — стараясь не повышать голос и не привлекать внимания, шикнула я. — И зачем им писать про меня? Я — не ты.
— Ты — моя девушка, о которой все знают.
Я предпочла промолчать и свернуть разговор. Какой смысл спорить?
Но, что это, Ларри Таннер ревнует?
До конца полета он делал вид, что спит. Или правда уснул.
Я слушала музыку и предвкушала знакомство с новой, очень теплой и солнечной страной, которая раньше, как и Великобритания, была знакома мне лишь по картинкам из Интернета.