Валентина Кузнецова – Жизнь, как сказка. (страница 2)

– Если честно… Заходила в консерваторию… Даже поздороваться не с кем, кругом молодёжь, – грустно добавила гостья. – Почему ты спрашиваешь?

– Да …. Всё меньше нас остаётся…, – сокрушалась Алла Дмитриевна.

– Ты к чему разговор завела? – насторожилась Полина Германовна.

– Палинка, ты знаешь, Зайка в этом году свой Аграрный институт заканчивает, – опять из далека начала Барановская.

– Знаю, – подтвердила Пшеничная. – Профессия у неё будет хорошая – ландшафтный дизайнер. Сейчас это модно: парки, городское уличное оформление, дачный ландшафт. Богатые любят преображать свои загородные участки перед коттеджами, огороды и сады теперь не в почёте. – Полина Германовна внимательно смотрела на подругу. – Не томи, говори, – настаивала она.

– Я про то, что мы не молодеем, и с нами может всё случиться. В любой момент, ни сегодня, так завтра. А Зоя, у меня, совсем к жизни не приспособленная. До сих пор в облаках летает, всем верит, всем доверяет, с себя последнее снимет – нуждающимся отдаст. Боюсь нарвётся на не порядочных людей, – задумчиво произносила Зоина бабушка.

– Ты на что? Блюди, – возмутилась Полина Германовна.

– Я невечная, – вздохнула хозяйка квартиры.

Алла Дмитриевна поднялась и вышла из кухни. Она вернулась с желтой папкой в руках, в которой лежали какие – то бумаги.

– Документы на квартиру, – пояснила Барановская, передовая папку подруге. – Ты же знаешь, сколько я концертов отработала, чтобы её купить… Так вот, Палинка, я переписала её на Зою, перевела эту квартиру на неё. Прошу тебя, пусть эти документы, побудут пока у тебя. Отдашь их Зайке только в крайнем случаи… Хорошо? – озвучила свою просьбу Алла Дмитриевна.

– Хорошо, – согласилась с ней подруга, – пока ничего не понимая и убрала папку в свою сумку.

– Там в документах, есть номер телефона Наташи, моей непутёвой дочери, – спохватившись, вспомнила пожилая женщина. – Это так, на всякий случай, – добавила она.

Полина Германовна внимательно смотрела на подругу.

– Что с тобой? – настоятельно спрашивала Полина Германовна.

Алла Дмитриевна не успела ответить на её вопрос. Во входной двери щёлкнул замок. С учёбы пришла Зоя.

– Потом, – прошептала Алла Дмитриевна и пальцем, прижатым к губам, показала, что тише.

– Бабуль, – радостно крикнула Зоя из коридора, – я дома!

– Мы на кухне, – откликнулась бабушка.

– Полина Германовна, здравствуйте. – радостно приветствовала Зоя бабушкину подругу, снимая осенние туфли.

Девушка вплыла на кухню с «букетом» из осенних листьев.

– С праздником, вас! – торжественно объявила Зоя и разделив букет на две части, вручила пожилым дамам.

– Что за праздник? – удивилась Полина Германовна, принимая подарок, – Что – то не припомню?

Зоя рассмеялась и смех прозвучал, как звонкий колокольчик.

– Осень! – восторженно и многозначительно произнесла девушка, - Дама капризная… Сегодня у неё хорошее настроение! Сегодня погожий солнечный денёк! Радуйтесь! Когда хорошо – это же праздник! А то завтра, может настроение у дамы Осени испортиться… Нахмурится и расплачется холодным, промозглым дождём. И всем испортит настроение. А ещё, Осень – дама ветреная и очень капризная…. Но всё равно чертовски хороша! – Зоя так воодушевлённо описывала осень и аккуратно кружилась на кухне, будто танцевала вальс. – Живите, будьте здоровы и счастливы! – Зоя ласково смотрела на этих пожилых женщин, которые были ей примером многолетней дружбы, которых она знала и обожала с детства. – Как же я вас люблю! – призналась она в своих чувствах к ним.

Зоя нежно чмокнула каждую в щёку.

– О мои любимые шанежки! – воскликнула девушка, потирая ладони, – Я люблю бабули ну стряпню! – пропела девушка. – Я пью с вами чай, – взяв с полки чайную пару, Зоя в чашечку налила ароматного напитка и присоединилась к пожилым дамам за столом.

– Зайка, как у тебя дела в институте? – поинтересовалась Алла Дмитриевна, ласково глядя на внучку и подкладывая ей ещё шанежек.

– Бабуль, да всё хорошо, – улыбнулась ей Зоя, с аппетитом поедая бабушкину стряпню. – Сегодня все пары, со мной сидела Соня Сорокина…. Я тебе про неё рассказывала, – напомнила внучка бабушке, – все эти годы, она не удостаивала меня своим вниманием. А в этом году, с первого дня, с первой лекции подсела ко мне. Мы много болтали. Соня, девушка не плохая, – жуя рассуждала Зоя.

– Не красиво разговаривать с набитым ртом, – сделала ей замечание Алла Дмитриевна. – А ты пригласи её к нам в гости, мы и посмотрим, что она за человек, – предложила бабушка.

– Хорошо, приглашу, – согласилась с ней Зоя.

Молчавшая, но слушавшая Полина Германовна внесла свою лепту в разговор.

– Не будь жадной, всегда делись с друзьями, но запоминай тех, кто приходит к тебе только за сладким. Такие не друзья, – нравоучительно проговорила Полина Германовна.

– Ой, чуть не забыла, – всплеснула руками Зоя. – У нас в октябре преддипломная практика на целый месяц. Проблема в том, что каждый сам находит, где будет отрабатывать, – девушка умоляюще посмотрела на подруг. – Бабуль, Полина Германовна, у вас есть знакомые, занимающиеся ландшафтным дизайном? – обратилась она к ним с просьбой.

– Надо вспоминать, – озабоченно проговорила Полина Германовна. – Я у себя дома, проштудирую свою записную книжицу, со всеми своими знакомыми, – пообещала она. – Потом позвоню и сообщу результат.

– Спасибо, – заранее поблагодарила её Зоя.

– Пока не за что, – отозвалась Пшеничная. – Найду, тогда и будешь благодарить. Ладно, что-то засиделась я. Пойду к себе домой. Гостям рады до определенной поры. Так что, и мне пора честь знать. – Полина Германовна встала из-за стола, – Спасибо за чай.

Следом за подругой поднялась Алла Дмитриевна. Завернув в пакет шанежек, она положила их в сумку Пшеничной.

– Дома чай будет с чем попить, – приговаривала она.

Провожая гостью до входной двери, две подруги ещё о чём-то долго шептались в коридоре.

Зоя мыла посуду, она слышала, как тихонько закрылась дверь за Полиной Германовной.

Когда настал вечер, девушка удобно устроилась в кресле в общей комнате. Кот Граф вытянулся у неё на коленях. Бабушка Алла села за пианино…. И полилась мелодия, заполняя все уголки их квартиры.

Звуки из музыкального инструмента лились чистые, глубокие с болью и радостью, наполненные светом и каким-то потаённым смыслом. Музыка проникала прямо в сердце и в душу. Казалось, что каждая нота рассказывает о любви, о потерях, о надежде. Мелодия закончилась, тишина в комнате была такая густая, осязаемая. Казалось, что до неё можно дотронуться и она зазвучит.

Мелодия ещё долго оставалась в голове, в сердце и в душе.

– Бабуля, как же здорово ты играешь! – восхищалась Зоя, после последних аккордов.

– Зайчонок, ты знаешь, что перед тем, как родители купили мне инструмент, папа заявил мне, что игра в классики закончится через пару лет, а вот музыка останется со мной навсегда», – с грустью, вспоминала Алла Дмитриевна. – Вот я и играю до сих пор.

– Музыка останется навсегда, – повторила Зоя слова бабушки. – Бабуль, давай запишем всё на флешку, то – что ты музицируешь, – предложила девушка, – и тогда, действительно музыка останется с нами навсегда, - радостно заявила она.

– Давай, – согласилась с ней Алла Дмитриевна. – Как ты собираешься это сделать? – поинтересовалась бабушка

– Придумаем, – пообещала ей Зоя.

Глава 3

На следующий день, из института Зоя пришла не одна,

она пригласила в гости Соню Сорокину, а та с радостью согласилась.

Ещё на пороге, Алла Дмитриевна взглядом знатока оглядела гостью.

Хозяйка квартиры скептически отнеслась к экстравагантному образу гостьи. Сонину голову украшала красная, широкополая шляпа, чёрный плащ, красные перчатки и кроваво – красные туфли на высоком каблуке.

– Соня Сорокина, – сняв перчатки, представилась девушка и протянула руку Алле Дмитриевне.

– Зоина бабушка, Барановская Алла Дмитриевна, – представилась она и пожала протянутую руку. – Проходите, будем пить чай, – пригласила она гостью.

Соня сняла свою широкополую шляпу, освобождая кудряшки темных волос. Тряхнула ими и волосы разметались по её плечам. Сунув шляпу Зое в руки, она стала снимать плащ, потом не зная куда пристроить, перекинула его через руку.

– Проходи, – Зоя забрала у неё плащ.

Плащ, повешенный на вешалку – плечики и шляпа, были убраны в шкаф, который стоял в коридоре.

– Можно я посмотрю вашу квартиру? – попросила Соня. - У нас с мамой – однокомнатная, – пояснила она.

Зоя с Аллой Дмитриевной устроили ей экскурсию по квартире.

– Какая светлая! – восхищалась Сорокина, – Наверное, благодаря большим окнам? Какая уютная.

Соня подошла к шкафу «Чешская стенка», на полках которой стояли сувениры, подаренные поклонниками Аллы Дмитриевны, а там было немало дорогих вещичек.

– Какая прелесть! – Соня аккуратно дотрагивалась до статуэток, до позолоченной посуды.

Рядом с этой мебелью, на стене висели афиши с концертов Аллы Барановской.

– Это вы? – воскликнула Сорокина, восторженно посмотрев на Зоину бабашку.