Валентина Кострова – Развод не приговор - Валентина Кострова (страница 28)

— Если я скажу, что беременна не от мужа, бабушка сама быстро организует мне развод и выставит с проклятиями из дома.

— Почему меня это не удивляет, но я не хочу, чтобы ты подвергалась такому. Хватит того, что она будет тебя морально давить. Конечно, я могу предложить один вариант, но боюсь, что вряд ли ты согласишься…

— Какой? Может твой вариант самый лучший выход из сложившейся ситуации. Я готова к радикальным переменам.

— Правда? Тогда может прилетишь ко мне, а твой развод пусть решается дистанционно?

У меня от предложения перехватывает дыхание. Я о таком даже не думала. Даже мысли не допускала. И сейчас становится страшно. Одно дело сказать, что готова на радикальные шаги, а по факту, как только выпадает возможность круто изменить жизнь, страшно что-то менять.

— Вот так сходу… Я не уверена…

Даю заднюю. Сильно на себя злюсь. Антон молчит и ничего не говорит. Не пытается уговорить, доказать, что рядом с ним мне будет намного лучше, пусть и в другой стране, о которой я ни сном ни духом.

— Прости. Я, как всегда, навожу смуту. Мне нужно подумать над твоим предложением. Ты действительно нескоро вернешься?

— Отец в больнице. У него онкология. Врачи ничего не обещают. Мама в стрессе, ее одну нельзя оставлять. Нужно время, чтобы найти человека, который присмотрит за ней и за магазином. Это задачка с уровнем звездочки. Мия скоро вернется, ей нужно учиться. Поэтому я пока остаюсь здесь.

Я отчетливо осознаю, что он не вернется. Антон еще сам к этой мысли не пришел, но что-то в его интонации подсказывает мне, он не сможет оставить маму одну. Слишком ответственный. Родители хорошо воспитали. И зная его, понимаю, что будет разрываться между долгом и желанием быть со мной. С нашим ребенком. Я должна решить, хочу ли быть с любимым и растить вместе с ним нашего малыша, или остаться в семье, которая через девять месяцев сделает из меня изгоя.

— Этот номер я могу сохранить7 – тихо спрашиваю.

— Да, конечно. У нас только разница во времени шесть часов.

— Я буду высчитывать, чтобы позвонить.

— Тебе можно звонить в любое время.

— Антон… - облизываю пересохшие от волнения губы. – Дай мне пару дней.

— Я не давлю. В любом случае, знай, тебе есть куда прийти. Я всегда жду тебя.

Он не говорит, что любит. Я тоже молчу. Но это так очевидно, что у меня на глазах появляются слезы. Никогда в жизни подобного не испытывала. И самое главное, я уверена в его чувствах. Как-то не приходилось сомневаться, хотя казалось, что сейчас как раз повод засомневаться. Наверное, его мама подобрала местную невесту.

Тяжело прощаться, особенно, когда так долго не общался, но мы завершаем разговор. После этого я еще некоторое время сижу на скамейке и смотрю перед собой. Мыслей много и разные.

Возвращаюсь домой ближе к ужину. Выйдя из машины, замечаю, как подъезжает Олег. Он выглядит каким-то раздраженным. Увидев меня, останавливается и потом подходит ко мне. Я внимательно смотрю на мужа.

— Лен, - поджимает губы, взгляд отводит в сторону, но через пару секунд смотрит на меня. – Твоя бабушка передает мне управления компании. На днях она сообщит об этом акционерам и будет подписаны бумаги. Однако, я никак не могу смириться с твоим положением, - выразительно смотрит на живот, а потом в глаза.

— Что ты хочешь этим сказать? – скрещиваю руки на груди, словно заранее защищаясь от слов Олега.

— Я не хочу этого ребенка. Я не готов его воспитываться под своей фамилией. Каждый раз, глядя на него, буду вспоминать этого адвокатишку. Можно, конечно, закрыть глаза на твою измену с ним, если бы…

— Если бы Антон был похож на нас, - усмехаюсь. – Но, увы, он другой. Во всех смыслах. Лучше.

— Да мне плевать, какой он там. Давай трезво посмотрим фактам в лицо. Ребенок не будет нас похожим, тут и к гадалке не ходит. Его гены возьмут свое. Как мы объясним такое отличие нашим знакомым, да даже твоей бабушке? Она будет в ужасе. А я не хочу быть козлом отпущения. Нет.

— И что ты предлагаешь? Какой выход видишь?

— Срок еще маленький, сделай аборт.

— Что?

Предложение Олега, как гром среди ясного неба. Я оглушена, изумленно взираю на мужа, не веря тому, что он только что предложил. Ни одна женщина, беременная долгожданным ребенком от любимого мужчины, не сделает аборт. Осознанно. Поэтому я отрицательно качаю головой. У меня даже слов нет, чтобы громко возмутиться.

— Что слышала. Я не собираюсь этого ребенка записывать на свою фамилию и выдавать за своего. От одной мысли тошнит. Так что тебе нужно сделать аборт. Бабушке скажем, что случился выкидыш. Погорюет и успокоится, мы потом заделаем нашего общего. Ну, или если тебе противно со мной спать, искусственное оплодотворение никто не отменял.

Не знаю, что меня больше всего возмутило в предложениях Олега, однако моя рука уже летела к его щеке. Глаза мужа широко распахнулись от удивления, а у меня ладонь горит от пощечины. Я злюсь и готова защищать свое родное внутри меня.

— Дура! – приходит в бешенство Олег.

Он хватает меня за локоть, дергает на себя, а я пытаюсь увернуться и отшагнуть от него. Наша возня выходит суматошной и бестолковой. Собираю все силы, толкаю его в грудь. Олег отшатывается от меня, я от него, но неудачно отступаю и обо что-то спотыкаюсь. Нога подворачивается, острая боль пронзает щиколотку. Охаю и оседаю, не сумев ни за что ухватиться. Как-то неудачно приземляюсь, боль пронизывает теперь все тело.

— Лена! Лена! – испуганно зовет меня муж, оказывается возле меня и помогает встать.

Мы поднимаемся. Чувство такое, что меня избили. Перед глазами какие-то точки, слегка ведет в разные стороны. Я опираюсь на руку Олега и пытаюсь прийти в себя.

— У тебя кровь.

— Кровь?

Широко распахиваю глаза и непонимающе смотрю на руки, опускаю взгляд на ноги и только сейчас замечаю тонкую струйку. Меня охватывает паника. Понимаю, что так не должно быть. Это опасно для ребенка. Умоляюще смотрю на Олега. Он тоже выглядит напуганным.

— Поехали в больницу!

Решительно берет меня под локоть и аккуратно ведет к своей машине. Усаживает сзади и спешно бежит к водительской стороне. Я откидываюсь на спинку и закрываю глаза, молясь про себя. Лишь бы успеть.

20 глава

Самый большой страх на сегодня у меня – это потерять то, что уже дороже всего на свете. Потерять малыша. В больницу приезжаем быстро, но нас сразу не берут, так как у нас самообращение. Были бы на «скорой», возможно, отреагировали сразу, а так приходится немного ждать своей очереди. Мне страшно.

Я звоню бабушке и срывающим голосом объясняю коротко ситуацию. Боюсь упустить время. Бабушка не задает лишних вопросов, ее главное качество как делового человека, она на лету понимает суть проблемы и знает, как ее решить. Впервые радуюсь, что у моей семьи есть много денег и есть возможность вызвать самых лучших специалистов, всего лишь раз позвонив кому надо.

Стараюсь никому не показывать свою панику, не закатывать истерику, но мысленно умираю, раз сто, пока врачи суетятся вокруг меня.

Олег рядом. Вижу, что переживает. Может быть, чувствует себя виноватым, но мне, откровенно говоря, плевать на его чувства. Он тот, кто создал эту ситуацию. Осознанно иль неосознанно – это уже мелочи и второстепенно.

Пока лежу под капельницей, приезжает бабушка и мама. Они сразу наводят шороху в больнице, выпытываю у лечащего врача все подробности моего состояния. Мне лично все равно, что они узнают, сейчас для меня важно сохранить малыша и максимально быть спокойной.

Одно я поняла точно: развод с Олегом дело решенное. Я не желаю быть с человеком, который вслух произнес свои тайные мысли, не совпадающие с моими. Мне даже фантазии не хватает, чтобы представить, как мы будем вместе жить, растить ребенка.

Бабушка будет против нашего развода. Очень против. Мама ее поддержит и будет меня уговаривать одуматься. Однако, сейчас ровно на их чувства, я хочу выбрать себя и свое спокойствие, чтобы беременность прошла гладко, и смогла родить без осложнений здорового ребенка.

— Лена, не переживай, я обо всем договорилась! – влетает в палату бабушка. От ее громкого голоса морщусь. – Пару дней полежишь, потом тебя выпишут и домой. Полный покой, никаких переживаний и стрессов. Что ты сделал? – поворачивается к бледному Олегу, он мечет в мою сторону испуганный взгляд, никак не может достойно ответить. Молчит. Бабушка хмурится.

— В любом случае, чтобы больше таких ситуаций не было, - показательно качает указательным пальцем перед носом мужа, он согласно кивает и облегченно выдыхает. Я закатываю глаза и хмыкаю.

— Что не так? – бабушка прищуривается, развернувшись в мою сторону. – Мне нужен здоровый внук, чтобы я достойно могла ему передала все, что имею.

— Боюсь, этого не произойдет, - спокойно встречаюсь глазами сначала с бабушкой, потом с мужем. Оба еще сильнее хмурятся.

— Что ты такое говоришь, Лена? – внезапно подает голос мама.

— Лена! – предупреждающе смотрит на меня Олег. – Не стоит, - он явно понял, к чему я сейчас веду разговор. Ему раскрытие правды ни к чему, не вовремя, полная передача власти от бабушки еще не произошла.

— Бабушка, мама, - смотрю на своих родственников. – У меня для вас есть неприятные новости. Их несколько. Начать с плохой или очень плохой.